Туманы осени

Хоуп Алекс

– Ты всё такая же, правду ищешь, - беззлобно хмыкнул Тошка, - говорю же тебе, не принято в моей семье в дела Богов вмешиваться. Им виднее, почему так, а не иначе. Ладно, - уже другим тоном добавил он, - пойдем тебе охрану выбирать.

Антон поднялся и подождав меня, вывел в другие двери. Оказавшись на улице, я искоса посмотрела на него, он и в детстве был симпатичным, таким и остался. Приятное лицо, крепкая фигура воина. А вот не лежит душа, абсолютно. Может я бы и попыталась забыть детскую неприязнь, но то, что он не вмешался, то, что пустил на самотёк жизни Бера и Ветра... И не надо на Богов

всё сваливать, они-то как раз постарались, себе подобными людей сделали. Так что подлость человеческая и лень души к ним отношения не имеют.

Антон-Велес шел медленно, стараясь подстроится под мой шаг, причем делал это не нарочито, а как само собой разумеющееся. Почему-то вспомнилось, взрослые всегда его в пример ставили, мол, как хорошо воспитан мальчик. Нет, все же недаром говорят, не по-хорошему мил, а по милу - хорош. Ничего с собой поделать не могу. Не быть нам друзьями. Словно прочитав мои мысли он негромко произнес:

– Не быть, согласен, но и открытая вражда мне ни к чему. И, если с Темным эльфом, я бы еще потягался, то со Льдом враждовать дураков нет, он же на всю голову отмороженный.

Я фыркнула:

– Постараюсь не сталкивать вас без острой необходимости.

– А ты можешь?
– он неприязненно взглянул на меня.

– Лёд - мой друг, - ответила я и удивилась собственным словам.

Хотя, почему? Пусть его считают "лютом" другие, мне он помогал всегда. А ведь мог бы, так же, как и Тошка, отмахнуться. А он захотел понять. И даже признал, что не прав, пусть и частично. Но у таких, как он это дорогого стоит.

– И почему я не удивлен, - пробормотал Тошка вполголоса, но так, чтобы я слышала.

– Потому что ты Макака, - так же, в полголоса, не осталась в долгу я.

Он неожиданно вскинулся, на в общем - то безобидную подначку, но глянув на меня, увидел кого-то за моей спиной и осекся.

Я обернулась, надеясь, что это не очередная "бяка" с его стороны, ведь ловушка достаточно примитивна. Но позади меня стояла Лана, в обманчиво расслабленной позе.

– Ты что здесь делаешь?
– Антон был не просто не рад видеть девушку, казалось, он потрясён встречей.

– Лана моя телохранительница, - встряла я, - и естественно, она поможет мне выбрать телохранителя - мужчину.

Велес был ощутимо раздосадован, скорее даже, зол. Но я не могла понять, на неё или на меня.

– Тогда зачем тебе кто-то еще, раз уже выбрала?

Наверно, это было глупо, но терпеть и улыбаться я больше не могла, или не хотела:

– Вообще-то твой отряд для этого и существует, насколько я знаю, но все вы мне постоянно не нужны. Личным стражем мне Лана предпочтительней, а за пределами дома пусть уж твои содержание отрабатывают.

– Личный телохранитель Макоши, значит, - скривив губы протянул Антон, оценивающе взглянув на девушку.

– Так точно, - отозвалась она и я изумилась. Оказывается тоном можно не только значение обычных слов менять, а и таких, командных. Ланка ответила так, словно её назначение было вершиной чего-то там, пусть и не понятного мне, но явно не пришедшегося по вкусу Антону.

Между этими двумя что-то происходило, насколько яростно смотрел на мою телохранительницу Антон, настолько безмятежным взглядом отвечала она. Наконец он сделал

над собой усилие и переведя взгляд на меня бросил сквозь зубы:

– Будь любезна, подожди меня здесь, я распоряжусь - и отошёл.

И уже я посмотрела на Лану:

– Что происходит, могу узнать?

Девушка как- то сникла, виновато взглянув на меня:

– Прости, что не сказала раньше. Просто все знают, вот я и не подумала. Видишь ли, Велес - мой отец, но у них в Отряде считается, что если рождается девочка, да еще первая, это позор для мужчины. Даже слово для такой женщины есть - "обабилась", значит, дочку первой родила. У них принято женится после родов, чтобы все видели, что жених в силе, раз сын родился, - Лана говорила всё тише, а закончила почти шёпотом, - вот он и не стал, и жениться, и меня признавать. Мама из Лад была, мы ушли и жили в другом Мире, она дом там вела у одних, а меня в военное училище для девочек отдала, как время пришло. Не пропадать же крови Велеса.

Я растерялась, конечно, в словаре Даля я натыкалась и на это слово, и на его значение, вот только всерьез как-то не принимала, а оказалось - зря.

– И чем всё закончилось?
– поторопила я.

– Мама замуж вышла, там. Я с Марьяной познакомилась. Думала, мне в Марах самое место.

– Ты хотела отцу что-то доказать?
– уточнила я.

Лана с минуту помолчала, словно, из всего потока мыслей и эмоций выбирая, что можно мне сказать, и произнесла словно со средины монолога:

– Теперь я не просто доказала, благодаря тебе я его переплюнула. Меня, безродную, взяла в охрану Макошь! Даже не просто в охрану, а в личную! А его - нет!
– и такая радость была в голосе Ланы, вперемешку с обидой и печалью, что я не стала усугублять произошедшее вопросами, а только спросила:

– Ты действительно телохранителя сможешь мне помочь подобрать? А то я просто не знала, что сказать, вот и ляпнула.

Лана рассмеялась:

– Конечно, смогу, я ж с детства "в солдатах". Слушай, тогда по-быстрому, и прости, сейчас не до титулов, - она вопросительно взглянула.

– Да какие титулы, невеждой надоело быть!
– в сердцах бросила я.

Она кивнула и продолжила:

– Велес тебя к Ведомыслу отведет, тот спросит, что тебе ближе: Огонь, Вода, Земля или Воздух. Так отряды специализируются. Подготовка у всех своя. Тебе надо выбрать, с кого начать отбор.

Я растерянно взглянула на Лану:

– Мне лес ближе всего, а его ты не назвала.

– Лес, говоришь, юная Макошь, - услышала я спокойный и какой-то густой голос сзади.

Резко развернулась - напротив стоял мужчина, чем-то неуловимо напомнивший мне Льда. Камуфляжная форма, но крой немного другой. Да и цвет отличается от цветов Велеса. В такой в лесу точно затеряешься. Волосы до плеч, назад отброшены. Лицо загорелое, видно, что человек много времени на воздухе проводит. Фигура крепкая, но тут других, похоже и нет. Но, меня притягивали глаза. Было в них какое-то спокойствие и мудрость времён, но без насмешки. Скорее, мягкий интерес, в котором хотелось плескаться как ребенку, в прозрачной воде реки, нагретой теплом солнца, зная, что взрослый смотрит на тебя с улыбкой, и с удовольствием разделил бы твою игру, да уже "не по чину".