Тульпа
Шрифт:
Дверь автоматически открылась, и Данил вышел на улицу:
– Ты что, Лили, не можешь через стекло пройти? – подумав о том, что двери открываются тогда, когда датчик фиксирует приближение физического объекта, но Лили не видима для всех, в том числе и для датчиков, а, следовательно, датчики не открыли перед ней дверь.
Для Тульпы стекло, как и железобетон, не являются преградой, она существо с телом, гораздо более разряжённым, чем воздух, которым мы дышим, поэтому Данила это так удивило. Лили подняла глаза. Её лицо было напряжённым, словно
– Что с тобой?! – не обращая внимания на группу подростков, проходящих мимо, спросил Данил.
– Я не могу пройти в эту дверь. Стоит защита, – ответила Лили.
– Какая ещё защита? – не понял Данил.
– Защита от таких как я, – ответила Лили и сделала шаг назад. Её лицо тут же расслабилось, видно было, что воздействие на неё неведомой силы в виде защиты прекратилось.
– Мне нужно приглашение, чтобы войти, – спокойно сказала Лили.
– От кого приглашение? – Данил увидел, что на него смотрит толстая тётка, но ему было наплевать.
– Человек должен меня пригласить войти, – ответила Лили.
– Да заходи, я приглашаю, – всё еще находясь в недоумении, сказал Данил.
– Спасибо, Дань! – Лили улыбнулась и прошла мимо него, вслед за толстой тёткой, что с любопытством смотрела на Данила.
Только позже Данил узнал, что Тульпы не могут заходить в некоторые квартиры и помещения без разрешения человека. На многих зданиях стояла определённая, магическая защита. Зачем кто-то поставил такую защиту на гипермаркет «Магнит», Данил не знал, но в будущем убедился, что на всех «Магнитах» стоит подобная защита.
Бегая вдоль полок, обходя людей, Лили с восторгом рассматривала яркие этикетки. Данил обратил внимание, что если Лили ненароком задевала кого-то из людей вокруг, то человек тут же оборачивался или приподнимался озираясь вокруг, что говорило о том, что не только он ощущает Лили, посторонние люди тоже чувствовали её присутствие. Только не видят её, как Данил, и поэтому остаются в недоумении, что это с ними такое произошло.
– Дань, давай возьмём это? – остановившись возле кукурузных хлопьев с очень яркой и красивой упаковкой, крикнула Лили. Естественно её крик слышал только один человек в магазине.
– Зачем тебе хлопья? Я их не ем, ты же знаешь, – подойдя ближе, ответил Данил, опустив голову, словно он говорит по телефону.
– А как ты узнаёшь, что в этих коробочках? – спросила Лили.
Вдруг до Данила дошло, что он научил Тульпу говорить, а вот читать она совершенно не умеет. Странно, но ему даже в голову не пришло, что читать, как и писать необходимо учиться отдельно, стало почему-то стыдно за свою необразованную Лили.
– На всех коробочках, пачечках, баночках и пузырёчках есть надписи. Это слова, записанные специальными символами. Данил указал на надпись: «Кукурузные Хлопья».
Лили с любопытством посмотрела на буквы, а потом на Данила, изменив свой взгляд на мольбу:
– Дань, а ты меня научишь читать?
– Научу обязательно, но позже, сейчас
Лили нахмурилась, но быстро сменив свой гнев на милость, спросила:
– Это чтобы денежку заработать, да?
– Да, – просто ответил Данил и продолжил толкать тележку.
В мясном отделе Данил попросил взвесить ему пару килограмм куриных окорочков, крылышек и небольшой кусочек филейной части свинины без косточки.
– Дань, смотри какое красивое мясо. – Лили указала на действительно замечательную вырезку мраморного мяса.
– Это для стейков, нам оно не по карману, стоит как чугунный мост, – отойдя в сторону, с сожалением ответил Данил, внутренне облизнувшись, представив такой кусок мяса на сковородке.
– Но разве ты не получил денежку сегодня? – озабоченно спросила Лили.
Данил нахмурился, не зная, как ответить на этот вопрос Лили:
– Понимаешь, есть продукты, которые по цене всем доступны, – Данил, указал на свою полную тележку, продолжил:
– Вот, например, как эти, а есть такие, что позволить себе большинство людей не могут, например, мраморное мясо, крабы, дорогущие вина, ну в общем таких примеров куча.
– А зачем же их тогда продают? – не унималась Лили.
– Продают их тем людям, что могут себе такие продукты позволить, у них денюшки гораздо больше, получают они зарплату, намного превышающую мою, – грустно ответил Данил.
– Почему ты не пойдёшь работать туда, где платят намного больше, как ты говоришь?
Данил задумался:
– Не так всё просто, для этого нужно учиться, а там тоже деньги нужны. Для многих построить карьеру очень важно, вот они стремятся к этому, учатся, стараются, а мне моя жизнь нравиться.
– А если больше работать, можно больше денежки заработать? – вдруг спросила Лили.
– Это вряд ли, быстрее грыжу заработаешь, чем деньги. Понимаешь, есть лёгкие деньги, они всегда большие, а есть тяжёлые деньги их соответственно наоборот, мало. Так вот тяжёлым трудом, которым я зарабатываю, невозможно заработать много. Огромные деньги крутятся, там, где люди не работают, а добывают, наживаются, навариваются - это другой мир, со своими тараканами и законами, там тоже нелегко. Я бы даже сказал намного тяжелее, чем просто работать, – закончил свой монолог Данил в алкогольном отделе.
– На Форексе тоже люди работают? – неожиданно спросила Лили, выслушав Данила.
Посмотрев удивлённо на Лили, совершенно не обращая внимания на то, что за ним давно наблюдает чей-то ребёнок, отбившийся от родителей, Данил ответил:
– На Форекс как раз не работают, там навариваются, получают профит[1] – прибыль в случае удачной сделки, а в случае неудачной, что со мной чаще бывает - лося[2], такого жирного лося, убыток проще говоря, – грустно улыбнулся Данил.
– Тогда почему ты не бросишь зарабатывать тяжёлые деньги и не начнёшь навариваться лёгкими? – озабоченно спросила Лили.