Тухлое дело

Алешина Светлана

Лариса проехала через двор, миновала арку и очутилась в другом дворе. Там она тоже не увидела ни одной из машин. Ларису едва не охватило отчаяние. Она наобум стала объезжать все дворы, кружась на одном и том же месте, но все было безрезультатно.

Устав гоняться по этим катакомбам, она снова свернула в один из дворов, и тут увидела припаркованную «девятку». Лариса напрягла зрение, чтобы рассмотреть, есть ли кто-нибудь внутри машины, но ей это не удалось. Она подъехала поближе и тут заметила стоящую неподалеку «Волгу».

Лариса уже подъезжала к «девятке», как

вдруг неожиданно раздался оглушительный грохот. Она резко ударила по тормозам, потом быстро сдала назад. Мимо нее на огромной скорости промчалась «Волга». Вид у машины был далеко не такой шикарный, как до въезда во двор: решетка радиатора разбита, сама машина во многих местах помята. Взрыв, от которого взлетела на воздух машина Олега Колесникова, оставил свои следы и на «Волге».

Лариса отъехала в сторону, пропуская «Волгу», которая стремительно стала уходить прочь. Во дворе полыхал огненный столб, и Лариса быстро выехала в переулок и затормозила.

Посидев несколько секунд и убедившись, что все стихло, она осторожно выбралась из машины и прошла во двор.

Там она увидела, как посреди двора догорают остатки колесниковского автомобиля…

— Ой, е-мое-о-о-о… — глядя на полыхающее пламя, протянула Лариса, вмиг забыв о том, что решила больше не разговаривать сама с собой. — А с меня-то, пожалуй, на сегодня достаточно… Мало того, что спала на столе в ресторане на скатерти, так еще и чуть под взрыв не попала.

Она осознавала, как ей здорово повезло, что она на время потеряла обе машины из вида. Если бы этого не случилось, неизвестно, чем могла закончиться для нее эта история. Вспомнив о покореженной «Волге» и кинув взгляд на то, что осталось от «девятки» и ее обладателя, Лариса передернулась.

Постояв немного, она пошла к своей машине и достала сотовый телефон.

— Олег, — произнесла она в трубку. — Это Лариса. Тут небольшое происшествие в Первомайском переулке, ты не мог бы подъехать?

…Когда капитан Карташов с сотрудниками приехал на место происшествия, там уже собралась приличная толпа. Каждый из присутствующих спешил высказать свое мнение по поводу случившегося. Карташов прошагал во двор, увидел обгоревший «жигуленок», повернувшись, нашел взглядом Ларису и поманил за собой.

Они вышли со двора, и капитан моментально накинулся на Ларису. Таким разъяренным она его еще не видела.

— Ты что, совсем сдурела? — орал он. — Как какая мокруха в городе — ты тут как тут! Чего тебе на месте не сидится, ненормальная! Или это ты взрыв устроила?

— Что ты несешь? — закричала в ответ Лариса.

— Да с тебя станется! Как ты здесь оказалась?

— Случайно, — почти честно ответила Лариса.

— Это ты дяде будешь говорить! — рявкнул Карташов. — Что ты во все лезешь, что ты нам все карты путаешь?! Мы уже собирались брать Колесникова, а теперь его взял к себе господь бог! И это все по твоей милости! — категорически заключил капитан и, круто развернувшись к стоящему за его спиной сержанту, заявил:

— Посмотрите на нее внимательно. Если еще хоть раз вы увидите ее на месте преступления, немедленно хватайте и тащите в каталажку!

Я с удовольствием лично упеку ее на пятнадцать суток.

Толстый усатый сержант с тупым выражением лица недоуменно пожал плечами:

— А какие основания-то?

— Основания она тебе даст, не волнуйся! — пообещал Карташов и, развернувшись, побежал во двор.

— Сошников, начинай составлять протокол! — зазвучал оттуда его сердитый голос. — Свидетели, прошу не расходиться, сейчас будем производить допрос.

Поняв, что Карташов ее просто грубо проигнорировал, Лариса возмущенно пошла к своей машине. Сев в нее, она закурила, нервно выпуская дым. Толстый сержант потоптался на месте, потом пошел во двор за капитаном.

Лариса, кипя от злости, докурила сигарету в считанные секунды и тут же закурила следующую.

— Черт! — Она бабахнула кулаком по панели. — Чтобы я еще раз спала с этим ментом позорным?! Да ни за что в жизни! Пусть с ним спит какая-нибудь кухарка! Приехал, понимаешь, на раздолбанном ментовском «уазике» и еще права качает! Раз в жизни прокатился в приличном автомобиле и возомнил о себе бог знает что! Хам! Даже не расспросил меня ни о чем! Ну и не надо! Фиг теперь ему скажу про черную «Волгу», пусть сам разгребается, раз такой умный!

Выплеснув эмоции, Лариса выбросила окурок в окно и снова поехала в ресторан.

— У тебя своя работа, у меня — своя, — на прощание сказала она Карташову.

Правда, только условно, поскольку Олег Валерьянович ее все равно не слышал. Он находился во дворе, занимаясь протоколами, допросами, свидетелями…

Лариса приехала в ресторан и сразу прошла к себе в кабинет, куда через некоторое время постучал Дмитрий Степанович Городов.

— Лариса Викторовна, — кашлянув, сказал он. — Раз уж вы вернулись, может быть, мы сегодня и решим вопрос с поставками колбасы?

— Господи, ну я же сказала — завтра! — раздраженно откликнулась Лариса. — У тебя что, на самом деле со слухом плохо?! И оставьте меня все в покое! Не кабинет, а проходной двор!

Степаныч на несколько секунд замер, потом захлопнул дверь и, круто развернувшись, пошел по коридору. Через некоторое время он остановился и сказал:

— Видно, совсем у бедной крыша поехала! То на столе спит, то орет не по делу. Точно, авантюры до добра не доводят! Ну ладно, Лариса Викторовна, в следующий раз ищите отмычки где хотите. Или что вам теперь потребуется? Автомат Калашникова?

Пройдя на кухню и съев с расстройства двойную порцию бифштекса, Степаныч почувствовал себя гораздо лучше и отправился заниматься своими делами. В кабинет Ларисы он не заходил больше весь день.

Лариса, кое-как промаявшись несколько часов в ресторане, пытаясь унять расшатанные нервы, вышла в коридор, заперла кабинет и с гордым видом прошествовала на улицу. На Степаныча она даже не взглянула, хотя чувствовала себя перед ним слегка виноватой.

Выйдя на улицу, она собралась сесть в машину, чтобы ехать домой, где можно было наконец-то спокойно отоспаться. Только тут она вспомнила о своем обещании поговорить с Настей, и на душе у нее стало совсем муторно.