Трюм
Шрифт:
Куда Каин собрался идти?
Когда они обсудят планы на будущее?
Хочет ли он вернуться к своей старой жизни и забыть о ней?
Все эти вопросы завязывали ее желудок в узел, пока она смотрела, как Каин натягивал рубашку.
Девушка глубоко вдохнула, приказав себе не паниковать, когда он спросил:
— В чем дело?
— Ни в чем.
— Ты выглядишь немного бледной. Тебе опять плохо? — спросил Каин, его лицо слегка смягчилось. — Возможно, это просто перепады давления после столь долгого пребывания в океане…
— Я в порядке, —
Он приподнял бровь, словно смущенный ее тоном.
Пытаясь скрыть свою нервозность, Рианна спросила:
— Как ты думаешь, мы можем показываться на публике? Поскольку мы видели их здесь… Я имею в виду, вдруг охранники все-таки пришли за нами?
— Это была скорее видимость поисков, чем реальная угроза. Кажется, они не вызвали подкрепление. Мы не враги государства, и они не захотят публично признаться, что кто-то смог убежать с одной из их тюремных планет. И до этого время от времени осужденные бежали, но подобные новости всегда замалчиваются. Это достаточно легко скрыть после бунтов и взрывов. Они просто объявят, что мы погибли в хаосе. Другие заключенные, вероятно, в это поверят, и никто больше не будет беспокоиться.
Это имело смысл. И зная, что Коалиция, прежде всего, прикрывает свою собственную задницу, она поняла, что именно так и произойдет в их случае.
— И что ты теперь собираешься делать? — голос девушки слегка охрип, когда ее эмоции и смятение снова вышли из-под контроля.
Хол сказал, что Каин заботится о ней. Конечно, он бы не солгал об этом.
— Поеду домой.
Ох…
Она понятия не имела, где находился его дом. Где он жил. Что делал. Кто был его семьей.
У него могут быть жена и дети.
Каин мог быть кем угодно.
— Куда ты хочешь, чтобы я отвез тебя? — он слегка повернулся, как будто собирался вернуться в ванную.
Рианна сглотнула и попыталась подумать.
— Я не уверена. Поскольку я осуждена, и они знают мое имя, я вряд ли смогу вернуться в университет. Даже если они не будут пытаться вернуть меня, я не могу просто появиться на Земле и потребовать назад свою работу.
— Нет, но в наши дни не трудно взять себе новую личность. Я бы так и сделал, но я отказался назвать им свое имя, поэтому они никогда официально не знали, кто я такой.
Как только технологии продвинулись настолько, что идентификация отпечатков пальцев устарела, Коалиция обратилась к другим методам отслеживания людей. Но Коалиция была слишком обширной, чтобы вести учет всех, так что, только те, кто родился в больницах Коалиции или сотрудники Коалиции, имели свои генетические идентификаторы. Те, кто родился на недоразвитых планетах, такие как Каин, возможно, легко могли избежать навешивания ярлыков. Это не имело никакого значения в уголовной системе, так как в тюрьму заключали людей, не разбираясь, настоящее имя или нет, но теперь она поняла, почему Каин был так упрям в отношении раскрытия своего имени. В ином случае, он потерял бы свой шанс вернуться домой.
После недолгих размышлений Каин продолжил:
— Ты,
Нарастающий ужас осел болезненной тяжестью в ее животе, пока девушка пыталась представить, как начать свою жизнь.
В одиночестве.
Без Каина.
Но Хол сказал, что у Каина есть чувства к ней.
— У меня нет семьи, — пробормотала она, разглядывая свои руки.
— Друзья? Жених?
— Я всегда была одна, но я разберусь. Я никогда не смогу отблагодарить тебя за все…
Он нетерпеливо поднял руку.
— Ничего подобного.
— Но…
Его губы скривились от каких-то сдерживаемых эмоций.
— Я не был бескорыстен. То, как я использовал тебя…
Рианна чуть не подавилась.
— Что? Что ты имеешь в виду?
Каин повернулся и вновь уставился на нее.
— Я воспользовался тобой. Мы оба это знаем. Ты была беспомощна. А я использовал это, чтобы трахать тебя так, как хотел…
— Нет! — воскликнула она в ужасе от самой мысли о том, что он верил в то, что между ними все было именно так. Девушка вдруг поняла, что имел в виду Хол, когда попросил передать Каину, чтобы он не чувствовал себя виноватым. — Нет. Я пошла на это добровольно. Это была сделка. Консенсуальный договор. И после первого раза это не… Это не…
Каин наклонился вперед, его глаза широко раскрылись.
— Это не что?
Она сдалась, даже не пытаясь сохранить последние остатки своей гордости. Он должен был знать всю правду.
— После первого раза это не стало похоже на сделку. Я имею в виду, я не думала об этом как о чем-то, что была вынуждена делать. Я хотела этого. И я думала… думала, что ты это понимаешь.
Каин долго молчал.
Вне тюрьмы он казался более человечным. Каин был по-прежнему сильный, крепкий, устрашающий, но уже совершенно не казался таким первобытным в своем поведении и манерах. В конце концов, он был просто человеком — сильным, мужественным, в высшей степени умелым. Но человеком.
Человеком, который выглядел смущенным и немного неуверенным прямо сейчас.
Наконец Каин сказал:
— Я знал, что тебе понравился секс физически, но ты не можешь утверждать, что занялась бы со мной сексом, если бы тебя не принудили к этому обстоятельства.
Рианна прищурила глаза.
— А ты бы согласился, со мной?
— Это не то же самое, Рианна, — он почти никогда не произносил ее имени, и теперь эти звуки, произнесенные им, заставляли ее живот сжиматься от эмоций. — На моей стороне была сила.
— У тебя была сила, да. Но я выбрала тебя, помнишь? Я выбрала тебя, потому что мне понравилось то, что я увидела в тебе. Ты никогда не брал меня против моей воли. Так что, если ты все эти недели носишь в себе эту бессмысленную вину, выкинь ее нахрен! — ее голос стал резким. Ей хотелось придушить Каина.