Трюм
Шрифт:
Несмотря на ее знание того, что происходило, его слова заставили ее нервничать.
— Я должна раздеться? — переспросила девушка, так как знала, что ей необходимо было потянуть время, пока Каин и Хол не займут свои места. — Эти… другие охранники…
— Никто не увидит тебя, кроме меня, — заверил ее Дэвис. — Если только не потребуется удерживать тебя на столе. Тогда мне придется позвать других охранников, и мы сделаем это силой.
— Я сделаю все, что должна, — быстро произнесла она, раскрывая глаза
Это похоже понравилось Дэвису. Уголок его губ слегка приподнялся.
— Я так и думал. Я выйду, но буду должен наблюдать за тобой в окно, чтобы убедиться, что ты не предпримешь ничего недозволенного.
— Я понимаю.
Когда Дэвис вышел из комнаты, и дверь захлопнулась за его спиной, Рианна сняла с себя одежду и кинула ее на пустой стол. Она ощущала дрожь и смущение от своей наготы, от понимания, что Дэвис наблюдает за ней, но девушка забралась на стол, легла на спину и положила ноги и руки в предназначенные места.
Раздался громкий щелчок, когда манжеты застегнулись. Она оказалась голой, пристегнутой к столу с раздвинутыми ногами.
Единственный раз, когда Рианна могла вспомнить чувство большей уязвимости, был тот момент, когда ее бросили в Трюм.
Но Дэвис не собирался причинять ей боль. Возможно, он не был по-настоящему добрым человеком, но он был истинным профессионалом и не станет причинять ей боль или унижать ее.
Она сама пришла к такому выводу, но ее успокаивало и то, что Каин оценил этого человека подобным же образом.
Каин не позволил бы ей сделать это, если бы не был уверен в ее безопасности рядом с Дэвисом.
— Тебе холодно? — спросил Дэвис, вернувшись в комнату.
Действительно. Кожа девушки покрылась мурашками, а соски сжались в вертикальные пики.
— Немного, — ее голос дрогнул, ей даже не приходилось притворяться. — Стол действительно холодный.
Дэвис, все еще не глядя на нее, как будто не замечая, повернулся, чтобы настроить один из элементов управления на панели, занимающей половину стены.
— Я посмотрю, можно ли здесь сделать немного теплее.
— Спасибо, — прошептала Рианна.
Он встретился с ней взглядом, умудрившись не посмотреть на ее распростертое, обнаженное тело.
— Сначала я проведу визуальный осмотр в поисках очевидных признаков плохого здоровья. Затем ты пройдешь серию компьютеризированных тестов. Это будет несколько неудобно, но ты должна вести себя хорошо.
— Ладно.
Она очень надеялась, что Каин скоро придет.
Девушка предполагала, что с ним все будет в порядке до тех пор, пока он не запустит свое устройство. Тогда весь ад вырвется наружу, и все они будут в большой опасности.
Впервые Дэвис позволил своим глазам пройтись по ее телу. Они задержались на ее упругой, округлой груди, хотя, он явно
— Что-то беспокоит тебя?
Кроме того, что ее бросили в тюрьму, чтобы ею пользовались, как хотелось преступникам?
Но она понимала, что мужчина имел в виду.
— Моя кожа сильно зудит, потому что я не могу искупаться должным образом, — пожаловалась Рианна, хотя и предполагала, что подобным страдают все. — И у меня есть пара порезов. Я боюсь, что они инфицированы.
Дэвис внимательно осмотрел ее тело, изо всех сил пытаясь сохранить профессиональную незаинтересованность. Но она заметила, как участилось его дыхание и слегка покраснело лицо. Девушка была уверена, что все это были признаки возбуждения.
— Где порезы?
— Один здесь, — она указала подбородком на правую подмышку. — Я получила его недавно, и он действительно беспокоит меня.
Порез на самом деле был на ее груди. Этим утром Каин осторожно нанес ей поверхностную рану своим ножом.
Рианне показалось, что она услышала, как Дэвис втянул воздух, но он ничего не сказал, когда отвернулся, чтобы достать какой-то дезинфицирующий бальзам из медицинского набора. Очень осторожно он протер порез, а затем наложил бальзам на рану.
Когда Дэвис случайно задел ее напряженный сосок ладонью, девушка резко втянула воздух и слегка выгнула спину.
Когда во второй раз он задел ее сосок, она уже не была уверена, что это случайность.
— Он… — начал Дэвис, прочистив горло. Его лицо стало еще краснее, а в глазах угадывался едва подавленный жар. — Он причиняет тебе боль?
Рианна не стала спрашивать, о ком он говорит.
— Ты хочешь сказать, избивает ли он меня или что-то подобное? Нет. Он этого не делает.
Глаза Дэвиса ненадолго встретились с ее глазами.
— Не делает?
Ей удалось слегка улыбнуться, надеясь, что ее реакция похожа на понимание, основанное на скептицизме в его голосе.
— В самом деле, не делает. Он считает меня своей. Ему нравится… убеждаться, что все знают, что я принадлежу ему. Но он не хочет, чтобы я страдала.
Дэвис перевязал порез и в последний раз прикоснулся к нему, позволив своей руке задержаться на ее груди на секунду дольше необходимого.
— Где другой порез?
Она с трудом сглотнула, закусив нижнюю губу.
Дэвис нахмурился.
— Где он? — его голос стал мягче, чем раньше.
— Вон там, — прошептала девушка, кивая вниз между своих ног. — Он… Он меня порезал.
Рука Дэвиса заметно дернулась.
— Как?
— Он меня порезал, — объясняла она, — когда… брил меня.
Мужчина уставился на ее гладко выбритый лобок.
— Он бреет тебя? — в его голосе прозвучал совершенный ужас.
— Он любит, чтобы я… выглядела определенным образом.