Тряпичная ведьма
Шрифт:
Анхивар взяла Джулию за руку, почувствовав, как вздрогнул от ужаса Мирран. Даже он, повидавший на войне немало чудовищного и отталкивающего, был потрясен тем, что увидел сейчас.
Джулия не столько увидела, сколько почувствовала, как девушка ступила на траву и тут же рухнула у ног Лиссы. Потом Лисса спела короткую печальную песню, в которой слышался скорбный плач арфы. Когда Джулия открыла глаза, ее двойника не было. Только в воздухе вился слабый дымок, да на траве осталась маленькая горстка пепла.
— Она хорошо сослужила свою службу, — сказала Лисса, заметив,
— Знаю, — прошептала Джулия, — только… такой ведь могла стать и я…
— Но не стала, — улыбнулась Лисса. — И никогда не станешь. Мы еще доберемся до ведьмы! Посмотри, сколько ты уже сделала!
Джулия кивнула и улыбнулась. Она была благодарна Анхивар за то, что та не отпускала ее руку. Конечно, сейчас все выглядит куда более обнадеживающе, чем еще несколько дней назад, когда она была совсем одна, и ее принуждали смотреть на мир глазами Тряпичной ведьмы.
Эта мысль заставила ее вспомнить про Пола. Она повернулась к Анхивар и спросила:
— Вы не скажете, что происходит снаружи? С Полом все в порядке? Она до него еще не добралась?…
— Нет! — ответила Анхивар. — Ни ей, ни ее тварям не удалось заполучить твоего брата. И я могу не просто сказать. Я могу показать тебе все ее глазами. Если хочешь.
— Я бы хотел увидеть королевство и все, что там происходит, — сказал Мирран. — Но ты уверена, что это не привлечет к нам ее внимание?
Анхивар качнула головой.
— Ее мысли сейчас заняты, она раздает приказы своей армии.
— Будет сражение? — спросил Мирран. Он сжал кулаки, а потом стал от волнения похрустывать пальцами. — Кто против нее?
— Нынешний король и все силы, которые ему удалось собрать, — ответила Анхивар, глядя мимо него, куда-то в темноту. — Ее миперы следят, как королевская армия стекается к месту сражения — множество отдельных колонн движутся, чтобы присоединиться к королю. Они все подходят к длинной узкой гряде невысоких холмов… Миперы говорят, что на солнце переливаются знамена… Это обелиск Рэддоу.
— Я знавал холм Рэддоу, — тихо самому себе сказал Мирран. — Но в мое время там не было никакого обелиска. Мы сражались с Северной королевой вдоль перешейка между двух холмов. Ожесточенная и суровая была битва, первая из многих, которые она выиграла. Мой брат Азаран погиб тогда — его одолели гварульхи. Это место ей прекрасно знакомо… плохой знак для предстоящего сражения.
Анхивар моргнула и выпустила руку Джулии. Отколола серебряную звезду, приложила ее ко лбу и прошептала несколько слов. Она произнесла их так тихо, и они были такие странные, что Джулия ничего не разобрала. Потом Анхивар сказала:
— Закройте глаза и помолчите, тогда мы увидим все, что видит она.
Джулия послушно зажмурилась. Сначала даже слишком сильно — перед глазами поплыли красные круги. Но вот появился вместо красных кругов солнечный свет. Постепенно до нее стали долетать и звуки — вой ветра, визг и фырканье гварульхов, громовая поступь ангарлингов. Все это перекрывал голос Тряпичной
День давно перевалил за середину, солнце жарило и слепило, рождая длинные тени. Тряпичная ведьма двигалась в кольце ангарлингов. Каменные гиганты передвигались гораздо быстрее, чем раньше. Они словно нашли новый, ускоренный ритм для своей тяжелой переваливающейся поступи. Они взбирались на широкий холм с плоской вершиной, поросшей серо-зеленой травой.
По обе стороны от Тряпичной ведьмы скакали гварульхи. Они передвигались группами по тридцать — сорок голов под предводительством старшин — особо крупных и свирепых гварульхов.
Безжизненные бежали странными зигзагами — красные глаза уперты в землю, языки высунуты наружу, как у собак. У них было всевозможное оружие, и выли они, совсем как гварульхи.
Темные тучи миперов заполонили все небо. Их тени мелькали по залитому солнцем склону. Каждые несколько минут от стаи отделялся какой-нибудь мипер и хрипло каркал свое сообщение Орочу. Тот останавливался выслушать донесение и бегом догонял Тряпичную ведьму, отчего напоминал паука, рывками пересекающего пол на кухне.
Джулия окинула взором эту несметную армию. Она чувствовала ее мощь и скорость, ее решимость и предвкушение крови. Поначалу девочка не поняла, чем это вызвано, но потом заметила впереди отблески солнца на стали и услышала рев, который могли издавать только людские глотки. А в следующее мгновение хребет ощетинился шеренгами солдат.
В самом центре гряды гарцевала группа конников под знаменами и штандартами. Джулия догадалась, что там должен быть и король. Похож ли он на Миррана? Наверняка похож, потому что привел армию на битву с Тряпичной ведьмой, а не спрятался в дальний угол.
По обе стороны от королевских знамен выстроились отряды пикейщиков. Отсюда они напоминали перевернутую щетку, где каждая щетинка шевелится. Похоже, они еще не были готовы к битве, и Тряпичная ведьма снова припустила вперед. Ангарлинги и вся ее армия тоже прибавили шагу. Ритмичный грохот камней и топот лап гварульхов ускорились. Джулия заметила, что и пикейщики зашевелились. Они перестроились в сплошной фронт по шесть-восемь шеренг и выставили пики вперед.
В ощетинившемся строю появились лучники, и на гварульхов обрушился ливень стрел с голубым оперением. Первые ряды гварульхов стали напоминать толпу пьяных — они спотыкались и падали. Но их сменяли несметные ряды других.
Тряпичная ведьма закричала. Крик прокатился по холмам, изливая кровожадный восторг, и заметно поколебал уверенность в передних рядах королевских солдат. Их тени дрогнули, словно даже они, тени, страшились того, что грядет.
С этим криком все как-то сразу началось — гварульхи взвыли, ангарлинги взревели, и все они длинными скачками помчались к вершине. В этой сумасшедшей атаке не было даже видимости какого-то порядка. Миперы посыпались вниз под шквалом обрушившихся на них стрел. Холм буквально ожил от мелькавших голубых стрел, с глухим стуком достигавших своей цели.