Трудный выбор
Шрифт:
— Но почему? — удивленно посмотрела на него Рейчел — Почему они это делают? Уилл усмехнулся:
— В лагере больше пятисот человек. Полагаю, найдется пять сотен причин. Но остальное население нашей страны должно быть по крайней мере благодарно им, что они соглашаются на это. Когда железную дорогу закончат, можно будет всего за неделю доехать от Нью-Йорка до Сан-Франциско За одну неделю, мисс Боннер. Что скажут об этом люди, пересекавшие эту огромную страну в крытых фургонах или верхом? Это удивительно, просто удивительно. Ну, вот
В его тоне сквозило неодобрение, и Рейчел собралась было спросить, в чем дело. Но она не успела ничего сказать, потому что Эвелл Рэнкин увидел их и заторопился навстречу. Он окинул взглядом растрепанную девушку.
— Черт побери, Рейчел, что с тобой случилось?
— Я в порядке, Эвелл, — дрожащим голосом ответила она. — Благодаря мистеру Симмонсу.
— Парочка негодяев пыталась позабавиться с ней, — сказал Уилл тем же сухим тоном. — Я проучил их.
— Кто они? — спросил Эвелл звенящим как сталь голосом.
— Не знаю, — ответил Уилл. — Я не знаком с ними.
Рейчел вспомнила, что нападавшие называли друг друга по имени, но теперь, когда ее ярость немного остыла, она решила не говорить об этом. Какая от этого будет польза?
— Ты их видела раньше? — спросил ее Рэнкин.
— Нет. И надеюсь, что никогда больше не увижу.
— Не волнуйся, моя дорогая, я позабочусь, чтобы эти и им подобные мерзавцы тебя больше не беспокоили. — Рэнкин бессознательным движением, удивившим Рейчел, вытащил из кобуры пистолет.
— Еще раз спасибо, Уилл, что проводили меня до работы, — поблагодарила Симмонса девушка.
— Да, спасибо, парень. Позволь мне отблагодарить тебя. — Рэнкин извлек из кармана несколько золотых монет и протянул великану. Уилл отпрянул, как от удара.
— В этом нет никакой нужды, — резко ответил он. — Я помогал мисс Боннер не ради денег.
— Как хочешь, парень, — пожал плечами Рэнкин и опустил монеты обратно в карман.
Уилл повернулся к Рейчел и вежливо коснулся полей шляпы.
— Мэм, — попрощался он и зашагал прочь.
— Я прикажу Бекки приготовить тебе ванну, — сказал Рэнкин. — Тебе станет лучше, когда ты примешь ванну и переоденешься.
— Да, конечно. Спасибо, Эвелл.
— Увидимся наверху.
Бекки как следует постаралась, готовя ванну, и Рейчел, окунаясь, тут же оказалась среди пушистой пены и приятных ароматов. Мягкая вода смыла не только грязь с ее тела, но и заглушила отвращение, которое еще оставалось после столкновения с двумя негодяями.
Наконец Рейчел все же вылезла из ванны и, обнаженная, подошла к шкафу с одеждой. Поймав свое изображение в зеркале, она покраснела, вспомнив, что Уилл Симмонс имел возможность насладиться таким же видом. Но вместе с чувством стыда в ней шевельнулась и женская гордость — Рейчел знала, что мужчинам нравится смотреть на нее. Откровенно говоря, ее больше не смущали глубокие вырезы платьев, которые ей приходилось носить. Более того, она даже испытывала
Бекки разложила на кровати три платья, и Рейчел принялась разглядывать их. Одно было белым и скромным, второе — голубым и элегантным, а третье — красным и откровенным. Она внимательно рассматривала их, прижав палец к щеке; карие глаза девушки не пропускали ни одной детали.
Послышался стук в дверь.
— Входи, Бекки.
Дверь открылась, и в комнату вошел Эвелл Рэнкин.
— Это не Бекки, — сказал он. — Я просто заглянул проверить, все ли у тебя в порядке.
— Да, все чудесно. Вот только одно — никак не могу решить, какое из этих платьев мне надеть сегодня.
— Моя дорогая Рейчел, это не имеет никакого значения, — с улыбкой произнес он. — Когда ты спустишься вниз, все глаза будут обращены на тебя, а не на платье.
— Но все-таки женщине хочется одеться соответственно обстановке.
Она наклонилась, чтобы взять одно из платьев, халат немного разошелся спереди, так что Рэнкин получил возможность увидеть ее грудь — две розовые прелестные округлости с тугими темными сосками.
Рейчел подняла голову и поняла, куда направлен его взгляд. Внутри возникла жаркая волна, подобно летней молнии пронзившая ее тело. Рейчел почувствовала, что ее охватывает волнение от мысли, что она может оказаться в рискованной, но совершенно безопасной ситуации. В присутствии Эвелла Рэнкина, изысканного и воспитанного джентльмена, ей, вне всякого сомнения, ничего не угрожает.
Но он был мужчиной, и — она в этом не сомневалась — сильным мужчиной.
Она застенчиво улыбнулась, а затем с отважной кокетливостью принялась развязывать пояс, стягивавший полы ее халата. Она точно рассчитала свои движения и в последний момент скрылась за ширмой для переодевания, чтобы не оставить сомнений в своей скромности. Она перекинула халат через ширму, передавая его Рэнкину и одновременно демонстрируя свои обнаженные плечи.
— Эвелл, не будете ли вы так любезны передать мне платье, которое вам больше нравится, — попросила она, невинно глядя на него поверх ширмы. — Ведь я не одета и не могу выйти отсюда.
Рейчел сама удивлялась собственной смелости и немного стыдилась своего поведения, но ничего не могла с собой поделать.
Рэнкин взглянул поверх ширмы, а потом заметил то, о чем Рейчел и не подозревала. Он обнаружил, что обнаженное тело девушки прекрасно видно в расположенном позади нее зеркале. Улыбнувшись, он пристально посмотрел на ее отражение.
Рейчел поймала его взгляд и вскрикнула, осознав свою ошибку. В этот момент она внезапно потеряла контроль над ситуацией — предприняла безнадежную попытку добраться до халата, который Рэнкин отбросил в сторону, и нечаянно опрокинула ширму, открыв его пылающему взгляду свое обнаженное тело.