Трудный путь
Шрифт:
— Никогда не бывал там.
— Это удивительно для такого человека, как вы. Конечно, там нужны деньги. — Она усмехнулась. — Теперь-то вам не придется больше о них думать?
Она распахнула плащ, который был надет прямо на купальник, и продемонстрировала свое бронзовое тело. Потом, изогнувшись, прижалась к Фесдею. Он посмотрел на нее.
— Не покупаю, — сказал он.
Она пожала плечами и снова запахнула плащ. Фесдей направил машину прямо к отелю «Фримонт». Они проехали мимо рекламы Финча: «Финч — 5.10 и 26 центов».
— Вам
— В отель «Фримонт». Но высадите меня где-нибудь здесь. — Она легонько подмигнула ему.
Он подумал, что этот отель самый большой в Сан-Диего, что в нем всегда останавливается несколько сот человек и что фон Рашке и эта Эйприл живут по соседству. Это не случайно.
Фесдей остановил машину, и его пассажирка вышла. На секунду она задержалась у дверцы.
— Не говорите мне, что я могу идти и что вы довольны.
— Я недоволен. Надеюсь, что еще увижу вас.
Она захлопнула дверцу, и зло усмехнулась через стекло.
— Можете на это не рассчитывать, дорогой.
Она купила газету, еще раз оглянулась на него и направилась к отелю.
Фесдей смотрел ей вслед, пока ее легкая фигурка не скрылась в толпе.
Глава 7
Пятница, 24 декабря, 12.30 дня
Фесдей немного подождал, а потом медленно двинулся вперед. Он давал возможность девушке идти, куда ей нужно. Затем он проехал в гараж возле отеля.
Десятиэтажный отель находился в центре города. Он занимал очень большую площадь и представлял собою город в городе. Там располагались два ресторана, два бара, несколько магазинов, где обитатели отеля могли купить все, начиная от одежды и цветов и кончая бриллиантами и билетами на самолет в любой конец света.
Фесдей вышел из гаража и направился по коридору прямо в вестибюль отеля, который напоминал железнодорожный вокзал. Он был битком набит людьми. Они сидели, стояли, ходили.
Фесдей подошел к стойке клерка и спросил, где остановился граф фон Рашке. Клерк сообщил, что граф живет в комнате 628.
— Я полагаю, он там, сэр, — проговорил клерк. — Могу я узнать, кто хочет его видеть?
Он внимательно посмотрел на музыкальную шкатулку, которую Фесдей держал в руке.
Фесдей назвал себя и подождал, пока клерк сообщит это по телефону.
— Вы можете подняться, сэр, — сказал наконец клерк. — Лифт находится прямо.
— Благодарю вас — Фесдей отошел от стойки, но тут же вернулся обратно. — Мисс Эйприл Эймз зарегистрирована у вас?
Клерк сверился с книгой регистрации.
— Да, сэр, комната 710. Ей тоже позвонить?
— Не стоит, благодарю вас. Я увижу ее позднее.
Проходя по вестибюлю, Фесдей удивился, что девушка сообщила ему правильное имя. Теперь посмотрим на графа фон Рашке.
— Что-то по-оперному звучит его имя, — вслух проговорил он.
— Простите,
— Я сказал — шестой этаж, пожалуйста.
Выйдя из лифта на шестом этаже, он почувствовал себя, как в катакомбах. Дверей в коридоре было очень много, и все они были одинаковы. Потом он вспомнил о шкатулке ценой в сто тысяч и крепче прижал ее к себе. Он подошел к двери комнаты 628.
Его рука была поднята для стука в дверь, когда в дальнем конце коридора раздался резкий металлический звук. Макс обернулся. Хорошенькая горничная захлопнула дверь служебного лифта. Он подождал, пока она скроется, потом постучал.
Дверь открылась, и из нее выглянул человечек с абсолютно лысой головой. Его маленькие, как у зверька, глазки быстро посмотрели на лицо Фесдея, а потом на шкатулку.
— Входите, я с нетерпением жду вас.
Фесдей, не оборачиваясь, вошел в номер. Номер был дорогой. Видно, он состоял из нескольких комнат, потому что нигде не было видно постели. Стул, два кресла, консольная радиола и письменный стол составляли всю обстановку комнаты. Два окна выходили на Бродвей.
Лысый граф запер дверь и удовлетворенно потер руки. Он кивнул на кресло.
— Я не сомневаюсь, что вы мистер Фесдей, — произнес он, и Фесдей не заметил ни малейшего акцента в его голосе.
— Вы правы, — сказал он и сел в кресло. — А вы граф фон Рашке?
Тот кивнул и тоже сел в кресло.
— Обойдемся без титулов, мой мальчик. Ваше имя — Макс. Хорошее немецкое имя, не так ли? Два плода одной земли. — Рашке весело улыбнулся, но Фесдей не находил, что этот человек обладает чувством юмора. Работа детектива сделала его чувствительным к различным оттенкам голоса. Под своим жиром Рашке был холоден, как лед.
Фесдей даже почувствовал некоторую нервозность этого человека.
— Может быть, это ускорит дело, — уклончиво проговорил Фесдей.
Маленькие глазки уставились на руки Фесдея, которые поглаживали крышку шкатулки.
— Я вижу, вы принесли предмет искусства.
— Да, она и играет хорошо. Настоящая музыка.
— Возможно, но я не люблю музыку. Вы полностью слышали эту мелодию? — спокойно спросил Рашке.
— Вы можете сами попробовать прослушать ее до конца.
— Понимаю. Могу я посмотреть на марку изготовителя? — Рашке протянул руку к шкатулке.
Фесдей покачал головой. Внимательно глядя в глаза Рашке, Фесдей повторил слова, услышанные от старого Финча.
— Вы знаете, как говорится, дурак и деньги неразлучны.
Рашке усмехнулся.
— Я все понимаю, мистер Фесдей. Я вижу, вы сохранили все как положено.
— С трудом, но сохранил.
— Я не сомневаюсь вэтом, мой мальчик. Теперь поговорим о деле. — Рашке встал. — Вы принесли одну часть, у меня есть другая. Я вижу, нет смысла оставлять дело незаконченным.
— Поэтому я и пришел. — Фесдей тоже встал.