Трудные дети
Шрифт:
— Ты уснула?
– Марат выдернул меня из размышлений.
— Нет. Я хлеб режу.
— Там был маленький кусок.
— Ножи тупые.
Мужик затих.
Это был самый напряженный момент. Если все получится…Нет, у меня обязательно все получится. Я маленькая, юркая, с ножом управляться умею. Он неповоротлив, он не ожидает моей атаки, а значит…я наконец-то сбегу.
Стремительно развернулась и запустила в него тарелкой с хлебом, попав по голове, сама же рванула к выходу. Быстрее, быстрее…Все приходилось делать на ощупь, набегу, но за
— Стой, сука, - прошипел Марат, выбегая за мной в коридор.
– Сюда иди!
— Не подходи!
– двумя руками сжимая рукоять ножа, я направила его на чечена. Нож в моей руке не дрожал и не ходил ходуном. Я знала, как им управлять.
– Предупреждаю тебя, лучше не суйся.
Он неожиданно успокоился, стал хладнокровным, даже непривычно хладнокровным. Расслабился, мягко мне улыбнулся, как неразумному ребенку, взявшему цацку взрослых, и сделал крохотный шажок в мою сторону.
— Ножик отдай.
— Не подходи!
— Санек, не дури!
— Не суйся, я сказала!
— Саша, Саша, глупая такая. Зачем тебе проблемы? Все равно не убьешь.
Я захохотала - жутко, очень громко и как-то зловеще.
— Я тебе кишки выпущу, если хоть пальцем тронешь. Не веришь? Тогда ты последний идиот!
Одну руку завела за спину, пытаясь нащупать замок. Другой - уверенно держала нож, не собираясь его убирать. Я убью его, если он сделает шаг ко мне. Я не хочу его убивать, но я сделаю все, чтобы уйти отсюда.
— Саша, - с угрозой склонил голову набок и скользнул ко мне. Едва заметно.
— Я сказала, не подходи!
– срываясь на визг, выкрикнула я.
– Не трогай меня!
Он рыпнулся ко мне - очень быстро, рвано, разрезав пространство как молния, и я потеряла те драгоценные секунды, которые еще были в запасе. Но нож удерживала крепко. То ли не успела его убрать, то ли не хотела, то ли просто про него забыла…Марат выкрутил мне запястье, ударив по рукам и заставив разжать пальцы, но перед этим я смогла его поцарапать. Случайно.
Дальше началась неравная борьба. Марат меня ненадолго оглушил, развернул к себе спиной, скрутив тонкие руки и сжав их одной своей.
— Говорил же, дурная ты, - тяжело дыша, проговорил Марат.
– Я тебе что сказал? Положи нож. Смехота одна, а не нож. Только свитер мне испортила, засранка. Мне этот свитер бабушка связала.
— Да пошел ты.
— Нехорошо, нехорошо так ругаться, Сань. Чего ты добилась? Я же тебя на цепь посажу нафиг и все дела. И будешь сидеть до тех пор, пока не образумишься и вся эта дурь из тебя не выйдет.
— Ублюдок.
Меня резко нагнули, больно обхватив за заднюю часть шеи, не позволяя выпрямиться. В такой унизительной позе чечен повел меня в комнату.
— И это тоже исправим, - спокойно проинформировал мужик.
– Ты другие слова знаешь? Чеканья твои постоянные…
— Ненавижу! Я убью тебя, тварь!
— Плавали, знаем. Не злись, Саш. Потом спасибо скажешь.
В гробу я тебе скажу спасибо.
— Отпусти меня отсюда. Я не хочу здесь быть. Я хочу домой.
— А он у тебя есть?
– усмехнулся цинично и толкнул меня лицом вниз на диван.
– Может быть, и паспорт есть? Место жительства?
— Ненавижу!
– выплюнула я и попыталась пнуть его ногой. Марат ловко перехватил мою лодыжку.
– Чтоб ты сдох, падла!
— Повторяешься.
Я тяжело задышала, чувствуя, что неравная схватка меня осушила. И дело не в том, что он сильнее меня, совсем не в этом. Я злилась. Злилась и ненавидела его сильнее, чем кого бы то ни было. Я внутренне сильно горела тогда, растрачивая силы на ярость, когда должна была руководствоваться лишь холодным рассудком. А Марат был спокоен как сто китайцев.
— Все равно убегу, - пообещала я.
– Ты не сможешь удерживать меня вечно.
— Не убежишь. Потому что я тебя не отпущу.
Он открыл вторую комнату, до этого закрытую на замок. Встряхнул меня, затолкнул туда и включил свет. Квартира чечена находилась на втором этаже - в принципе, я могла убежать. Но Марат, словно предугадывая мои планы, поспешил меня разочаровать:
— Не убежишь. Рама разбухла от времени. На окнах решетки, - спасибо, я уже заметила.
– Будешь спать пока здесь.
— Сколько?
— Сколько потребуется.
— Я не буду тут всю жизнь сидеть.
— Кто сказал?
– он поморщился, коснувшись царапины на животе. Сквозь прореху на свитере виднелась кровь, успевшая уже и пропитать шерсть.
– Будешь здесь сидеть, пока я не скажу. А это как раз от тебя зависит.
— Че ты хочешь, можешь объяснить в конце концов?
— Прекрати кричать. Сопротивляться. Я помогу тебе, и лишь от тебя самой зависит, сколько на это времени потребуется. И какими методами мне придется пользоваться - тоже зависит от тебя. Чем больше сопротивляешься, тем сильнее затягиваешь процесс, заставляя меня срываться, - он покачал головой, сетуя на мою глупость и недальновидность.
– Ты думаешь, мне это удовольствие доставляет?!
— Тогда отпусти, - зашипела, не в силах сдержаться. Рванула к нему, но остановилась, когда Марат многообещающе сверкнул глазами. Шутки кончились.
– Зачем я тебе?
Он не ответил, и мне даже показалось, что не слышал моего вопроса. Застыл, о чем-то напряженно думая, смотрел в пространство, не моргая, и пальцами пробегал по своей царапине. Меня как будто и не было рядом.
Я была реалистом. Меня уже мало интересовало, по какой причине Марат так настойчиво пытается оставить меня у себя. Я не понимала мотивов, которыми он руководствовался, но мне тогда на них было как-то плевать. Меня больше интересовали следствия, а не причины. Для меня этот тип был психом, а зачем пытаться понять психа? Я не хотела усложнять себе жизнь, ни раньше, ни сейчас, поэтому просто, не мудрствуя, решила узнать, что он хочет в конечном итоге. Что надо сделать, чтобы оказаться на свободе.