Тройные неприятности
Шрифт:
— Хватит! Надеюсь, после всего сладкого ты сможешь разговаривать спокойно и не набросишься на нас с упреками?
— Кажется, это вы готовы на меня наброситься, — мгновенно отреагировала Катерина.
Жанна поглядела на часы и отставила чашку.
— Катерина, не морочь нам голову, немедленно рассказывай, с кем ты была на выставке!
— И вчера в кафе, — добавила Ирина.
— Я же тебе уже говорила, — протянула Катька, — а ты еще и Жанне наябедничала. Нет, я не понимаю, девочки, что тут такого?
— Понравилось? — деревянным голосом спросила Ирина.
— Ну не то чтобы понравилось, — Катерина отвела глаза. — Что там может понравиться, газеты старые? Но о вкусах не спорят, вот что я скажу!
— Значит, говоришь, приличный человек, тетя в Мюнхене и все такое? — окончательно разозлилась Ирина. — Жанка, мне надоело ходить вокруг да около, держи эту тетеху, а то она со стула свалится.
Она схватила свою сумочку и вывалила из нее на стол фотографии, приговаривая:
— Симпатичный такой блондин.., брови черные… Этот? , На снимке Катькин блондин, племянник мюнхенской тети-искусствоведа обнимался с хорошенькой девицей, чем-то неуловимо знакомой Кате.
— Этот, — пробормотала Катька упавшим голосом, — а откуда у тебя фотография? И кто это рядом с ним?
— Вот-вот, и к делу подошли! — обрадовалась Ирина. — Так я тебе сразу отвечу на оба вопроса. Фотографии эти я нашла в квартире Ксении Стрижевской. Это именно она на снимке обнимается с тетиным племянником. Что молчишь, ты же не можешь ее не узнать, вот же она, вторая справа рядом с Феликсом, ты же сама принесла мне эту фотку из казино!
— Не может быть, — прошептала Катя одними губами.
— Да? — совсем уж озверела Ирина. — Это я тебе не далее как сегодня по телефону говорила, что не может быть таких совпадений, что ты мне ответила? Чтобы я не совала нос, куда не просят, и оставила тебя в покое? Своего идиотского Мамбазимбру еще приплела!
— Оставь его в покое! — пылко вступилась Катя. — Мамбазимброчка хоть мужа пока что мне и не нашел, зато жизнь спас. Я ведь им оборонялась от злодейки Марго, ведь это он ей глаз подбил!
— Хоть какая-то от него польза! — вздохнула Ирина и устало добавила:
— Катька, ну когда ты повзрослеешь? И когда перестанешь верить первому встречному? Вроде бы жизнь тебя учитучит… Все без толку!
— Но зачем? — В голосе Кати звенели слезы. Девочки, может, вы мне объясните, за каким чертом я ему понадобилась?
— С этого надо было начинать, — ехидно проговорила Жанна, — первым делом нужно себе этот вопрос задать.
— Все, хватит причитать! — заявила Ирина, видя, что глаза у Катерины на мокром месте. Катька, не реви, давайте думать! Что он от тебя хотел, о чем вы с ним разговаривали?
— Да так.., о жизни расспрашивал… — Катя смущенно потупила глаза. — Я, кажется, много ему
— Пить надо меньше! — хором заорали подруги. — Вспоминай!
— Ну, кажется, все вертелось вокруг чемодана, еще я ему рассказала о вас, о том, что жила некоторое время у Ирки…
— Спасибо! — вставила Ирина.
— Но про убийство того водителя я ни слова! ь заверила Катерина.
— А еще он очень извинялся, что чемодан в таком виде, — оживилась Катя, — компенсацию заплатил, больше даже, чем чемодан стоил…
— И в каком же виде чемодан? — зловеще спросила Ирина. — Катька, ты же утром говорила, что с ним все в порядке!
— Ну.., он немножко попорчен…
— Показывай! — приказала Жанна.
— Девочки, может, не надо? — жалобно запричитала Катя. — Этот чемодан мне уже так надоел.., хуже горькой редьки… Ну мы же ведь раскусили того мужика, теперь я буду начеку и просто пошлю его подальше… Давайте забудем про это, а?
Жанна поглядела на нее так выразительно, что Катерина встала и без слов отправилась в прихожую, говоря на ходу:
— Я его подальше запихнула, чтобы не вспоминать. Сейчас придется шкаф открывать, а там пылищи…
Говоря это, она с трудом повернула старый шпингалет. Дверь стенного шкафа сама собой распахнулась, и прямо на Ирину, которая стояла ближе всех, выпало что-то большое и неудобное. В самый последний момент Жанна успела оттащить подругу в сторону.
— Ой! — пискнула Катька. — Что это было?
Ее слегка прищемило дверью, так что она замешкалась, а когда выглянула из-за двери, то увидела, что ее подруги стоят посреди прихожей, окаменев от ужаса, словно увидели Медузу Горгону. Они смотрели на что-то, лежащее на полу.
Прихожая у Кати была большая, так что на полу вольготно раскинулся рослый мужчина, в котором все трое безошибочно признали того самого брюнета, который в последнее время слишком часто попадался у них на пути. Брюнет был в помятых замшевых брюках и замшевой жилетке, немного попорченной с левого бока. Замша была разрезана и на этом месте расплывалось огромное буро-коричневое пятно, в котором без труда можно было опознать засохшую кровь. Брюнет был абсолютно мертв, и, если судить по пятну, расстался он с жизнью не пять минут назад.
Катя, увидев на полу в собственной прихожей мертвое тело, разинула рот, собираясь заорать, но крика не получилось: она беззвучно упала на пол рядом с ним.
Подруги наконец вышли из ступора, потащили ее в комнату. Жанна с видимым удовольствием била несчастную по щекам, а Ирина брызгала в лицо холодной водой. Катька закашлялась и открыла глаза.
— Где я? — слабым голосом произнесла она. Неужели это был сон? До чего же страшный…
— Если бы! — вздохнула Ирина. — Боюсь, что это был не сон.., соберись, Катюша…