Тропа в Огнеморье
Шрифт:
Когда они вернулись в комнату, Ровена, вопреки их ожиданиям, не спала.
– Хорошо провели время?
– поинтересовалась она.
– Фели рассказывала про тени изнутри. Страшно, но интересно. Тебе как-нибудь тоже стоит об этом послушать.
– Ну, страхов мне на сегодня хватило, - сказала Ровена и села в своей кровати.
– Неужели даже чемпионы и ураганы могут чего-то бояться?
– Подковырнула подругу Феличия.
– Смеешься? Ладно, еще час назад я думала, примерно, как и ты.
–
– Не наяву - во сне. Но сон поразительно кошмарный. Из-за кошмара я и проснулась.
Некоторое время она собиралась с мыслями, а потом сказала:
– Я видела озеро Архам, и город Гарес на его берегу. Вернее, развалины Гареса. И над руинами клубился туман. Он становился все гуще и плотнее, и превратился вдруг в армии призраков... Снова и снова сходятся они там, в небе, чтобы биться в великом сражении за Гарес...
– Так это ж "Легенда об Армии Фантомов".
– Сказала Феличия.
– Габор давал нам ее месяц назад. Ты прочитала, и теперь она приснилась.
– Но того, что оказалось самым страшным, в "Легенде" нет. И об этом я нигде не читала. Высоко, над всеми над ними - над городом, над призраками, над облаками в холодной-холодной черноте на звездном шесте сидела огромная ужасная птица. Я знала, что это птица Эрийон. Она хлопала гигантскими крыльями, ее клюв был полон крови, и когда она пронзительно...
– Ровена остановилась, подыскивая нужное слово.
Изабелла и Феличия принялись наперебой подсказывать варианты: "крикнула, каркнула, крякнула, квакнула..."
– Ну и дуры же вы!
– Оценила их деятельность Ровена, и все же продолжила.
– В общем, она издала пронзительный звук, и из ее раскрывшегося клюва упала капля крови. И понеслась вниз с головокружительной высоты. И эта капля крови почему-то казалась такой зловещей, холодной, страшной. Казалось - самое страшное в мире - это столкнуться с ней. И она неслась прямо на меня! Хорошо, что я успела проснуться...
– Шутки шутками, - сказала Феличия, - а здесь скрыто что-то очень важное. И советую выяснить - что.
– Тут фиг что выяснишь.
– Возразила Ровена.
– Такой сон можно толковать и так и эдак.
– Есть один хороший метод, - предложила Феличия, - называется пирокатарсис.
– А это что за штуковина?
– Ну, ты просто сиди спокойно, прислушивайся к себе, и отвечай на мои вопросы.
– Ладно, давай.
– Этот сон связан с угрозой снаружи?
– Да.
– Удивленно сказала Ровена.
– Сама не знаю почему, но чувствую, что да.
– Этот сон связан с угрозой изнутри?
– включилась в процесс Изабелла.
– Да, - слегка растерялась Ровена, - я опять чувствую, что надо ответить утвердительно.
– А тебе не кажется, Фели, - поинтересовалась Изабелла, - что мы сами подсказываем ей ответ?
Ровена вдруг вскочила с кровати.
– Елки-палки!
– У нее был изумленный вид.
– Я только что слышала голос.
–
– наперебой спросили подруги.
– Елки-палки, это же надо!
– Ну-у!!!
– Даже боюсь повторить. Ладно: "Тени извне объединились с тенями изнутри. Большая беда на подходе. Человек, которого ты любишь, связан с ней".
– Спокойно!
– Потребовала Феличия, хотя сама была возбуждена не меньше остальных.
– Мы приближаемся к цели. Ты, Изабеллка, заткнись. А ты, Ураганчик, отвечай и не отвлекайся.
– Чего отвечать-то?!
– Теперь все просто. Перечисляй людей, которых любишь.
– Всех что ли?
– Не тех, которые только лишь симпатичны. Тех, кого любишь по-настоящему, крепко.
– Ну, - замялась Ровена, - даже как-то неловко. Вас, конечно, Феличию и Изабеллу. Ближе вас у меня никого нет. Ну, потом Илону. Мы очень сблизились в последнее время. Она мне так помогает. У отца ведь ужасно тяжелый характер. Но, благодаря Илоне, я этого теперь почти не чувствую...
– Дальше, Ровенка, дальше.
– Ну, - голос Ровены дрогнул, на глазах появились слезы, прогоняя их, она стукнула себя кулаком по ноге.
– Я что-то совсем расклеилась.
– Все нормально, Ураганчик! Ты ведь сама сказала - мы самые близкие люди - зачем же стесняться своих?
– Короче, когда я была маленькой - я очень любила отца, Варона. И верила, что и он любит меня. Тогда я жила у матери, родители были в разводе. Но на мои дни рождения... Мне так хотелось, чтобы он пришел хотя бы на день рождения... Мама устраивала большой праздник, в квартире было полно гостей, а я все время выбегала на улицу - надеялась, что придет и он. Но улица оставалась пустой...
– Мудак твой папаша!
– Изабелла!!! Мы договорились, что ты будешь молчать.
– Хрена лысого! Это ты, Фели, договорилась, что я буду молчать. Ладно, ладно - молчу.
– Ровена, продолжай, пожалуйста.
– По-моему - все.
– Развела руками Ровена.
– Не очень-то уверенно ты это произносишь.
– Может быть. Если совсем честно - есть еще один человек. Но о нем я говорить не хочу. Могу сказать лишь одно, и это строго между нами.
– Разумеется, как и все, что было до сих пор.
– Я влюблена в одного парня. Но кто это - не скажу никому.
– Даже ему самому не намекнешь?
– Поинтересовалась Изабелла.
– Уж ему-то особенно!
– Горько усмехнулась чему-то известному только ей одной Ровена.
– Ладно, завязали. А в горле что-то совсем пересохло. Схожу-ка я за лимонадом.
– Ну, и как ты сама расцениваешь этот свой э-э "парокатарсис"?
– Спросила Изабелла, когда за Ровеной закрылась дверь.
– "Пиро".
– Поправила ее Феличия.
– Возможно, я не все сделала наилучшим образом. Перед сеансом рекомендуется предупреждать клиента: процесс надо доводить до конца, или не начинать вообще.