Трон

Димов Максим

— Не зря мне его физиономия сразу не понравилась, — с недоброй улыбкой произнес Филипп и оглянулся. — Надо полагать, это какая-то ловушка.

— Не похоже, — отозвался близнец. — Во всяком случае, меня она не впечатляет.

Ланс подошел к сероплащнику и присел рядом.

— А вот мы сейчас спросим у нашего приятеля.

С этими словами он выдернул изо рта того кляп и, предупреждая уже готовый вырваться вопль, схватил его за горло и слегка придушил. Пленник только что-то негромко прохрипел и задергался, тщетно пытаясь освободиться от хватки.

— Не нужно быть таким шумным, — наставительно проговорил принц. — Если хочешь еще пожить, веди себя

хорошо.

Серый замер, испуганно глядя, и Ланс ослабил хватку.

— Что все это означает? — не давая пленнику отдышаться, спросил Леонард.

— Я… я не знаю. Мне велели запереть вас в этой комнате.

— Кто?

Лежащий на полу человек опустил глаза.

— Кто? — повторил вопрос Леонард.

— Мой… господин… принц Фредерик.

— Где он? — сумев скрыть волнение, выпалил Виктор.

— Я не знаю, — ответил пленник и, увидев нахмурившиеся лица братьев, заторопился объяснить:

— Я правда не знаю. С тех пор, как мы приехали сюда, я не видел Его Светлости. Но он где-то здесь.

— Ваши люди окружают Храм?

— Нет, нас здесь совсем немного. Мы дежурим только у внешних дверей. Заперев вас, я должен был оповестить об этом остальных.

— Почему именно нас?

— Его Светлость предупреждали о возможном появлении четырех-пяти мужчин и описали вас.

— Как вам удалось войти в доверие к серым… то есть, к служителям Храма?

Связанный слегка улыбнулся:

— Мы и не входили. Мы просто отлавливали их поодиночке и отбирали одежду.

— Что вы сделали с людьми?

— Заперли в подвале.

— И их лидера тоже?

— Вы говорите о щуплом старике с больными глазами? Нет, его я там не видел.

— Как вы объяснили свое появление остальным?

Пленник захихикал уже откровенно:

— А им не надо ничего объяснять, они всему верят на слово.

Лансу захотелось ударить этого человека, но он сдержался. Вместо этого он указал на дверь в глубине комнаты:

— Куда она ведет?

— К лестнице на второй этаж. Оттуда можно попасть в Ритуальный Зал.

— Ключи! — потребовал принц.

— У меня их нет. Клянусь!

Пока Ланс неприязненно разглядывал пленника, Винсент, немного повозившись, сумел справиться с замком и без ключа.

На втором этаже было безлюдно и покойно, как в склепе, вот только от покоя этого хотелось бежать, куда глаза глядят. Казалось, что-то огромное и абсолютно чуждое скрывается где-то неподалеку, внимательно следя за незваными гостями. Братья беспокойно заозирались, но полутемный коридор был пуст. Принцу-оборотню, чья вторая, звериная, натура сейчас рвалась наружу, пришлось напрячься изо всех сил, обуздывая странные желания — то смутные и невнятные, то яркие и подробные, заставляющие содрогаться от отвращения. И абсолютно все нечеловеческие. Братьям о своем состоянии он не сказал. В пятой или шестой по счету комнате они обнаружили целый ворох серых плащей, и, выйдя из нее, принцы уже ничем не отличались от прочих братьев этой новой странной религии. Они уже не надеялись встретить кого-либо на этом этаже, как их внимание привлек неожиданно громкий хохот, донесшийся из-за самой дальней в этом коридоре двери.

За деревянным столом в центре комнаты кидали кости четверо вооруженных людей. Они были настолько поглощены игрой, что совершенно не обращали внимания ни на застывших на пороге гостей, ни на двух сидящих в углу связанных полураздетых мужчин. Эти двое переносили свое заточение по-разному. Один из них, бледный худощавый юноша, казалось, готов был вот-вот упасть в обморок, и сил его хватало лишь на то, чтоб

пожирать обезумевшими от страха глазами то наглых пленителей, то своего товарища по несчастью, который изо всех сил пытался выразить мучителям свое презрение. В целом, у него получалось неплохо, несмотря на то, что из одежды на нем оставались только кальсоны да сапог на правой ноге. Его серая хламида, драгоценности, богатое верхнее платье и великолепный меч с позолоченной рукоятью уже распределились между игроками. На мальчишке пока отсутствовали лишь серый плащ да камзол, переброшенный сейчас через плечо нового хозяина — мужчины весьма плечистого, намного переросшего размер своего трофея.

Прошло не менее полуминуты, прежде чем их заметили — сначала пленники, а затем и один из игроков. Немая сцена длилась недолго. Надежда, вспыхнувшая с их появлением на лицах пленников, мгновенно улетучилась, едва один из игроков нехорошо осклабился.

— Только посмотрите, кто к нам пожаловал. Интересно посмотреть, а что они носят под плащами? Входите же, братья, просим вас.

Никто не пошевелился, и глаза солдата полыхнули пьяной злобой:

— Вы что, оглохли? Сейчас я… вам… я вас!

Пьяно раскачиваясь, он полез из-за стола.

— Постой, Лог, — остановил его товарищ, самый старший из всей четверки по годам и, судя по наибольшему количеству навешанных на плечи выигрышей, и самым умным.

— Вы не из Братства, — заявил он, прищурившись. — Вы те, о чьем приходе предупреждал Его Светлость!

Его рука потянулась за оружием.

Они не хотели убивать и больше всего опасались поднять шум, и только поэтому в наступившей короткой, но яростной потасовке, одному из солдат удалось выскользнуть из комнаты. Его приятели, так толком и не успевшие прийти в себя, вскоре были сбиты с ног и оглушены.

Вслед за солдатом, в коридор выбежал и Ланс. Как раз вовремя, чтоб успеть заметить захлопывающуюся чуть дальше дверь. Беглеца нужно было схватить до того, как тот поднимет тревогу!

Спустя полминуты все это уже не имело значения. Погоня привела его на кольцевую галерею, опоясывающую на уровне второго этажа Ритуальный Зал Храма.

Такие же галереи располагались и выше, еще на двух уровнях, но смотреть вверх он был пока не готов.

Зал потряс Ланса своими размерами — он просто-напросто оказался куда просторнее и выше, чем все здание Храма, каким оно виделось снаружи. Стены Зала лоснились мраморной облицовкой и испускали ровный белый свет. Казалось, изнутри они подсвечивались каким-то неведомым источником, да так, что, приглядевшись, можно было различить внутреннюю структуру камня. Подсветка завораживала, затягивала взгляд, и Лансу начинало казаться, что он стоит в центре гигантского идеально отполированного алмаза-куба. Никаких картин, статуй, рельефов и прочих излишеств, которые бы только погубили законченную лаконичную красоту этого места, в Зале не было.

Более половины площади поверхности пола занимал овальный бассейн, заполненный ярко переливающейся золотистой жидкостью. Свет, исходящий от нее, заливал большую часть Зала и падал на два чудовищно неуместных здесь, грубо сколоченных, деревянных щита, установленных у самого края бассейна с той стороны, где стоял принц. Ланс не сразу понял, что своей формой бассейн напоминает овал, вышитый на его сером плаще. Он непроизвольно опустил глаза и вздрогнул. Пустая эмблема у сердца светилась тем же светом, что испускали золотые воды. Принцу захотелось сорвать плащ, но что-то не позволило ему сделать это. И тогда он заставил себя вновь посмотреть вверх.