Трон тени
Шрифт:
— Ясное дело, не все они станут драться. — Джейн расправила блузку и отряхнула с себя пылинки. — Точно так же, как у Кожанов. Но и те, что помладше, тоже могут чем–нибудь пригодиться.
— Ты и вправду не шутишь… — Винтер глубоко вздохнула. Боже Всевышний, как ее вразумить?
— Не понимаю, что тебя так смущает. Мы не один год дрались с откупщиками Орланко.
— Нашла с чем сравнить! Стычки в переулках — это одно, но здесь против вас будут регулярные войска. Ты не представляешь, что такое настоящее сражение.
— Но ты
Винтер запнулась, на время обезоруженная этим доводом.
Джейн скрестила руки на груди.
— И потом, ваш полковник, насколько я знаю, берет всякого, кто желает драться. Может, мои девчонки и не настоящие солдаты, но они дадут сто очков вперед многим парням, которые уже собрались в ополчение.
— Но… — Винтер стиснула зубы. — Дело во мне, так? Ты просто не хочешь со мной расставаться.
— Так вначале и было, но…
— Неужели? Мне все равно, что там у тебя на душе, но посылать на убой две сотни человек только ради того, чтобы быть рядом со мной, — это подло, Джейн, подло!
— Я сказала — вначале! — Джейн глубоко вдохнула. — Послушай. Прошлой ночью я подумала: если Винтер сбежала и записалась в армию, отчего бы мне не поступить так же? Просто пойду за ней и буду присматривать, чтобы ничего не случилось. Я поднялась пораньше — уладить, как тут будут справляться без меня, хотя бы первые дни. Но когда я спустилась вниз, Крис сообщила, что четверо девчонок только что пытались тайком выбраться из дома, потому что, видите ли, тоже решили сбежать в солдаты.
— По мне, ты должна была пресечь это на корню, — процедила Винтер.
— Я и собиралась, — кивнула Джейн. — Но потом поняла: негоже запрещать им то, что задумала сделать сама. Так ведь? А к тому времени уже во всем доме были в курсе, что случилось, и другие девчонки признались, что помышляют о том же. Понимаешь, Винтер, они хотят помочь. Они ненавидят откупщиков, ненавидят Орланко — и хотят защищать этот город.
— Значит, у них каша в голове. И притом они не представляют, что такое солдатская служба.
А те мужчины, которые идут в добровольцы, представляют? И тебя не смущает, что мушкеты выдадут любому подмастерью мясника или ученику рыбника — но только не нам?
— Это… — Винтер осеклась. Она хотела сказать «совсем другое дело» но ведь это не так?
Она вспомнила, как тогда, в Форте Доблести, разглядывала новобранцев и думала о том, какие они молоденькие. Зеленые юнцы, завлеченные на службу щедрыми посулами сержантов–вербовщиков и отправленные по воле начальства через море, чтобы драться с людьми, о которых они и слыхом не слыхивали. Эти девчонки — эти люди — всего лишь хотят защищать свой дом.
— Я не знаю, — призналась она.
— Я тоже. Но я и не решила, что одного этого достаточно, чтобы пресечь их желание на корню.
Винтер
— Даже если кто–то из них не вернется назад? А ведь так и будет, поверь. Даже если мы победим.
— Думаешь, они этого не понимают? — Джейн покачала головой. — Может, для тебя наши здешние войны всего лишь «стычки в переулках», но, знаешь ли, откупщики и их наемники дерутся не подушками. Все, кто сейчас марширует там, в трапезной, не понаслышке знают, что такое потерять своих близких.
— Но… — начала Винтер и смолкла, до сих пор не веря, что вот–вот даст себя уговорить. — Послушай. Если я и соглашусь с тобой, Янус ни за что такого не позволит. Выдать всю эту ораву за парней у нас в жизни не выйдет. Даже тебя одну, — она глянула на грудь Джейн и слегка покраснела, — спрятать будет непросто. Если мы приведем целую толпу переодетых девчонок, рано или поздно кого–нибудь из них раскроют.
— Ты права, — сказала Джейн.
— Значит, ты согласна, что у вас ничего не получится?
— Я согласна, что нам ни к чему выдавать себя за мужчин.
То есть… что ты предлагаешь? Привести к полковнику две сотни девиц и объявить, что вы хотите записаться в добровольцы?
— Именно, — кивнула Джейн.
— Янус решит, что ты чокнулась.
— Меня и так уже зовут Чокнутой Джейн.
— Но он нипочем не согласится!
— Может, и согласится… если его попросишь ты.
Часом позже, переходя по мосту Святого Валлакса на Северный берег, Винтер все так же с трудом могла поверить, что в это ввязалась.
— И не забудь наш уговор, — на ходу, понизив голос, бросила она Джейн. — Если Янус скажет «нет», на том все и закончится. Для всех вас.
— Да, я помню, — отозвалась Джейн.
И оглянулась через плечо:
— Джесс! Не давай им сбавлять шаг!
Девушки вышли в путь колонной и поначалу даже старались идти в ногу, но уже в конце первой улицы превратились в нестройную толпу. Они прошли через Остров, словно компания заезжих зевак, пересмеиваясь и оживленно тыча пальцами в роскошные дома. Большинство впервые в жизни покинуло Южный берег, и центральная часть города была для них внове, как для уроженцев провинции, хоть они и жили всего в паре миль отсюда.
Помощницы Джейн следили за тем, чтобы девушки шагали бодро и не разбредались. И все же необычная колонна привлекала всеобщее внимание: прохожие беззастенчиво на них глазели, а то и кричали вслед.
Иные выкрики были откровенно непристойными, и им с готовностью отвечали в том же духе, но в основном местные жители просто хотели узнать, куда это они направляются. Всякий раз, как задавали такой вопрос, кто–нибудь из девушек звонко кричал: «Мы хотим записаться в армию!» — и прохожие покатывались от смеха.