Трон тени
Шрифт:
— На площадке двое часовых, — озабоченно хмурясь, прошептала она. — Жандармы. Я не смогу без шума убрать обоих. Либо кто–то из вас возьмет одного на себя, — она посмотрела на Винтер, затем на Гифорта, — либо, вице–капитан, попробуем действовать по–вашему.
— Я с ними поговорю, — сказал Гифорт.
Только голос не повышайте. — Роза глянула на потолок. — Люди Росса наверняка где–то рядом.
Вице–капитан кивнул, расправил плечи и молодцевато двинулся вверх, почти чеканя шаг, словно на плацу. Остальные шли следом, отставая примерно на половину витка лестницы. Двое жандармов, охранявших площадку,
— Тихо! — театральным шепотом гаркнул он.
Есть, сэр! — отозвался жандарм слева и вытянулся так усердно, что весь затрепетал. Его товарищ, постарше, заметно обрюзгший, с подозрением уставился на появившихся на лестнице спутников Гифорта.
— Э-э… сэр? — промямлил он. Прошу прошенья, сэр, но нам сказали, что вы хотели сдать крепость бунтовщикам и что вас следует задержать на месте.
— Обстоятельства изменились, сержант, — жестко отрезал Гифорт. — Я получил личный приказ капитана Д’Ивуара вступить в переговоры. Когда Росс узнал об этом, он бросил капитана в камеру и захватил командование.
— Чертов Росс! — выпалил молодой жандарм. — Я так и знал, что он подлая змея!
— Но… — Сержант замялся, поглядывая на четырех женщин.
— Это представители осаждающих, — пояснил Гифорт. — Я согласился освободить заключенных, которые содержатся на этом ярусе, — так или иначе, они были незаконно задержаны Министерством информации. Взамен нам будет предоставлена возможность безопасно покинуть крепость. Всю ответственность за это решение перед министром и его величеством несем капитан Д’Ивуар и я.
Этого сержанту было более чем достаточно.
— Так точно, сэр! — браво козырнул он.
— Где прочие наши люди?
Около половины здесь, стерегут камеры вместе с парой–тройкой «черных шинелей». Остальные на баррикадах. Росс хотел забрать всех, но капитан еще раньше лично приказал нам охранять заключенных.
— А на тюремных ярусах выше кто–нибудь есть?
— Ни единой души до самого низа. Росс в ожидании штурма согнал всех подчистую. Хотя, думаю, он все же оставил людей в башне, где держат Дантона.
— Разумно. — Гифорт оглянулся через плечо. Судя по всему, путь для вас свободен, по крайней мере до самой башни.
— С парой охранников я управлюсь, — отозвалась Роза. — Рас, держись на полвитка за мной. Пошли.
— А нам, — сказал Гифорт, — предстоит решить трудную задачу. Как известить остальных жандармов, чтобы при этом никто не поднял тревогу?
Сержант неловко кашлянул.
— Сэр, — сказал он, — не хотелось мне лезть не в свое дело, но Росс вряд ли согласится сложить оружие но одному только вашему приказу. И людей у него гораздо больше.
Не всё сразу. — Вице–капитан посмотрел на Винтер. — Есть предложения?
Как устроен этот уровень? — спросила она.
— Здесь, — указал сержант пальцем на дверной проем, — что–то вроде передней. За ней коридоры расходятся в двух направлениях. Один ведет
— Сколько человек сейчас находится в передней?
— Ни одного, — тут же ответил жандарм. — Мы в ней отдыхали, но Росс отозвал всех наверх.
Превосходно. Вице–капитан, вы останетесь ждать там. Вы, сержант, пойдете к камерам и попросите одного из ваших товарищей заглянуть сюда на минутку. Скажите, мол, Росс требует отчета о заключенных, или что–нибудь еще в этом роде. Как только человек уяснит, что к чему, отправляйте его назад и зовите другого.
— А как же люди Конкордата? — спросил Гифорт.
— Вряд ли наших парней придется долго уговаривать взять их на прицел, — отозвался сержант. — Черт, да у меня самого уже руки чешутся проучить паршивцев!
— Мы с Кит будем следить за лестницей, — добавила Винтер. — Я хочу, чтобы каждый из этих охранников видел только людей в зеленых мундирах.
Гифорт решительно кивнул.
— Не будем мешкать, сержант. За дело.
— Нам лучше на половину оборота подняться, — сказала Кит. — Оттуда проще следить за верхней площадкой.
Винтер одобрительно кивнула; трое жандармов скрылись в недрах каземата, и девушки двинулись вверх по ступеням. Масляные лампы в настенных светильниках мерцали, отбрасывая на лестницу неровные тени. Когда дверь внизу закрыли, вокруг вновь воцарилась глубокая тишина, лишь изредка нарушаемая приглушенным невнятным шепотом.
А если что–то пойдет не так? — почти беззвучно спросила Кит.
— Тогда мы услышим крики, — отозвалась Винтер. — Или выстрелы.
Они затаились и стали ждать. Винтер по опыту знала, что в таких случаях время тянется, как патока, и минуты превращаются в бесконечность. Жаль, у нее нет при себе карманных часов — по крайней мере поняла бы, когда и впрямь пора беспокоиться. Хотя, в конце–то концов, что проку в беспокойстве?
Сверху донеслись звуки, вначале едва различимые, но с каждой секундой все более отчетливые и громкие — шаги на лестнице, перебивающие друг друга голоса.
— Спускаются, — сдавленно прошептала Кит.
— Может, они сюда и не дойдут. Просто проверяют камеры.
— А если дойдут?
Винтер протяжно выдохнула.
— Тогда нам придется их убрать. Как можно тише.
— Убрать, — повторила Кит и для верности сжала рукоять рапиры. Ясно.
«Уходите прочь, — молила Винтер приближающиеся шаги. — Вернитесь наверх. Вы проживете дольше, и я тоже».
За поворотом лестницы возникли две пары черных сапог. Полы кожаных черных шинелей мерно колыхались в такт шагам. Она обнажила саблю, переждала еще мгновение — и бросилась в атаку.
Наверху показались двое солдат Конкордата с мушкетами за плечами. Взбегая, Винтер потеряла скорость, и солдат справа получил секунду форы. Он вздернул мушкет наискосок, готовый отбить выпад клинком в грудь или ударить противника прикладом. Ее ответный ход оказался для него полной неожиданностью: тяжело дыша, девушка резко остановилась на несколько ступенек ниже, взмахнула массивной саблей и полого рубанула его под колено. От удара коленный сустав словно лопнул, нога солдата неестественно вывернулась вбок, и, рухнув вперед, он кубарем покатился по ступеням.