Троечник

Вайнин Валерий

– Внуков решила побаловать. Возражения есть?

– Со внуками не конкурирую, – легко согласилась Зоя. – Куницын мой не пробегал?

Дверь распахнулась.

– Куницын твой, – передразнил сменщик Антона ехидным тенорком, – за тобой только и гоняется. Привет всем, кого не видел.

Зоя захлопала ресницами, изображая туповатую секретаршу.

– Ой, Вячеслав Иванович! С этой диспансеризацией у нас такая неразбериха…

Куницын перебил:

– Неразбериху эту зовут Зоя Гринько! – Тенорок его повысился на терцию, притом гладко зачёсанные волосы подчёркивали дряблость кожи. – Где данные по тестам на туберкулёз?! Во вторник

я их видел, теперь не могу отыскать!

Зоя продолжала хлопать ресницами, но было заметно, что гнев начальства ей по барабану.

– Вячеслав Иванович, найду я ваших туберкулёзников. Но если будете так орать, я впаду в кому.

Сдержав смешок, Антон обратился к своей медсестре:

– Пойдёмте. Пора освободить коллегам помещение.

Надежда Фёдоровна проворно подхватила свои вещи.

– Ну да, мы ведь ещё вызовы не взяли…

Доктор Куницын указал на корзину для бумаг.

– Опять банановая кожура, кудесник биополя!

Антон похлопал его по плечу.

– Не ворчи, Славик. Скажи лучше, как там вчерашний твой пациент, которого в пот гонит? Иннокентий, кажется?

Куницын испустил вздох.

– Педик этот… Как он меня достал! Зря ты брякнул ему, что он не болен. Во-первых, из-за этого он плешь мне проел. Во-вторых, он болен реально. Дождусь результатов анализов, но и без них мне очевидно…

– Всё, молчу! – Антон поднял вверх руки. – Впредь не полезу! – Он повлёк Надежда Фёдоровну к выходу. – Пока, ребята. До понедельника.

Вслед ему Куницын бросил:

– Слыхал про Брагина? О том, что его на пенсию.

– Проинформирован, – отозвался Антон, и дверь за ним закрылась.

Доктор Куницын, мужчина средней упитанности, воззрился на свою медсестру.

– Ещё и не орать на тебя?

– Желательно, – подбоченилась Зоя. – Я и так работаю, как трактор.

– Трактор здесь неуместен. Не сменить ли тебе профессию?

– Только после вас.

– Может, прекратишь наконец ёрничать?

– Может, начнёте наконец приём? Там вас люди ждут.

Вячеслав Иванович грузно присел за стол.

– Чтоб тебя… Приглашай.

Зоя выглянула в коридор.

– Туберкулёзники есть? – И, перекрывая встревоженный гул, распорядилась: – Если нет, заходите по очереди!

Доктор Куницын тихо застонал. В глазах его, однако, мелькнуло нечто, похожее на улыбку.

Глава 8

Если вчера после полудня стояла теплынь, то сегодня было прямо-таки жарко. Будто Земля, притормозив, начала вращаться в обратную сторону, к лету. Расстегнув рубашку ещё на пуговицу и закатав рукава повыше, с сумкой на плече Антон шагал по своему участку. И конечно же, насвистывал «Сан-Луи блюз». В завершение рабочей недели вызова было два, плюс один и ещё один. Два – законные! – вызова поступили от старшеклассников: першение в горле, насморк, температура: типичные симптомы ОРЗ – в такую вот погоду! Плюс вызов – разумеется, липовый – к диспетчеру ДЭЗа Валуевой с целью выдачи ей, заднице с ушами, больничного листа, чтоб не скандалила. И последний вызов – вообще никак не оформленный – на чужой участок, по настойчивой, мягко сказать, просьбе, старушки Земновой, задолбавшей доктора-милягу пословицами-поговорками до такой степени, что он, олух небесный, взял адрес некой Валентины, которая, видите ли, кашляет. Такой вот получился расклад. И в такой именно последовательности намеревался терапевт Климов реализовать право граждан на бесплатное медобслуживание.

И очевидно, воодушевлённый почётной своей миссией, участковый врач насвистывал и покачивал сумкой, входя в дом старшеклассницы Оли.

Беглого взгляда на завёрнутую в одеяло пигалицу Антону оказалось достаточно, чтобы определить: девчонка симулирует. Причём мамаша её, интеллигентная дама в очках, похоже, подозревала то же самое.

– Что у неё? – настороженно осведомилась она. – Жить будет?

Антон, присев на стул у кровати, достал фонендоскоп.

– Сейчас выясним.

Девчушка прямо-таки съёжилась. Старательно шмыгая носиком, она тёрла глаза, очевидно, чтобы те покраснели. Мать наблюдала за ней поверх очков.

– Ну! – потребовала она. – Поведай нам о своих недугах! Температура с утра была тридцать восемь и две. Не знаю, как она это делает.

Девчушка отчаянно пыталась спасти положение:

– Мам, ну правда… Першит в горле, дышать трудно…

– Насколько трудно? – съязвила мамаша.

Антон сделал строгое лицо.

– Поднимите верх пижамы, синьорина. – После того как школьница Оля, трепеща, подчинилась, он тщательно прослушал грудь её и спину. Затем с помощью чайной ложечки осмотрел гортань юной симулянтки, после чего объявил: – Острое респираторное заболевание. Режим постельный. Желательно, чай с мёдом или с малиновым вареньем. Справку для школы выпишу вам до среды.

Ошеломлённая пигалица, казалось, лишится чувств. Родительница её также пришла в смятение:

– Надо же, а я уж подумала… Температуры у неё, похоже, нет. Странно…

– Вирус такой сейчас гуляет. – Антон проворно выписывал справку. – Симптоматика – периодические скачки температуры.

На лице родительницы проступила тревога.

– Ну и… что вы рекомендуете?

– Проветрите комнату, наденьте марлевую повязку и ешьте лимоны. – Антон вручил школьнице вожделенную справку. – Поправляйтесь, мадемуазель.

– Спасибо, – потупилась девочка.

На втором вызове произошла примерно та же история, только в постели здесь отлёживался мальчик. Верней, юноша спортивной комплекции, которого пестовала бабушка, души не чаявшая в красавце-внуке и трепетно верившая в его болезнь. Сей отпрыск совестью не мучился, но также побаивался врача и симптомы сочинил себе те же: насморк, першение в горле, температура. Вогнав юнца в панику скептической своей усмешкой, Антон, справедливости ради, выдал справку с диагнозом ОРЗ и ему. Выписывая эту справку, однако, он обратил внимание на то, что оба «заболевших» старшеклассника, девочка и мальчик, учатся не только в одной школе, но и в одном 10-м «Б». Когда бабушка отлучилась на кухню, Антон не сдержал любопытства:

– Что у вас там, контрольная по алгебре?

После короткого замешательства паренёк признался:

– По английскому. Англичанка у нас – просто засада. Спасайся кто может.

В сопровождении вернувшейся бабушки Антон направился к выходу, пожелав «пациенту» выздоравливать, и за спиной услыхал «спасибо». Уже второе «спасибо» подряд за укрывательство оболтусов от свирепой училки – вот она, великая награда медику.

Теперь Антон шагал к дому диспетчера ДЭЗа Валуевой, дабы авторитетом своей благородной профессии официально откосить чаровницу оную от трудовых тягот, может, дня на три или на недельку, чтоб не скандалила. Хрен с ней, убеждал себя Антон: она, по сути, такая же школьница, только тормознутая в развитии. С глаз долой – из сердца вон, как говорится.