Троечник

Вайнин Валерий

Что именно ему ясно, Инин уточнять не стал: лифт открылся, они вышли из подъезда и вежливо разошлись в разные стороны.

Глава 11

В субботу Антон Климов без зазрения совести проспал до десяти утра, намереваясь соблюсти такой режим и в воскресенье. Очередное дежурство в поликлинике у него состоялось уже в прошлый уик-энд и в ближайшие две недели, по крайней мере, ему не грозило. Утренней гимнастики, однако,

никто не отменял, и выспавшийся Антон проделал её так, словно песню спел. Прыжки его и кульбиты были столь энергичны, что, казалось, они угрожали безопасности соседей снизу и сверху. Затем в обычном порядке последовали контрастный душ, бритьё и гречка с овощами. А затем – задачки по теории вероятности и погружение в космологию.

Время летело, как всегда, незаметно. С теорией вероятностей на любительском уровне Антон, в принципе, уже разобрался. С завтрашнего дня он планировал перейти к изучению теории множеств. А вот космология… космология Антона завораживала. «Фоновое излучение, – читал он, – несёт в себе информацию о Вселенной в целом. Если бы известна была его природа, можно было бы установить, какая из космологических моделей наилучшим образом описывает крупномасштабную структуру Вселенной…»

Прервав чтение, Антон задумался. «А если, – предположил он, – структура Вселенной не определена однозначно? Если структура эта комплементарна развивающейся Экосистеме? Притом сама Экосистема – не что иное как микрочастица всё той же Вселенной. Экспансивная частица, принуждающая Вселенную мутировать, адаптируя к себе законы физики…»

Тряхнув головой, Антон с усмешкой прервал полёт околонаучных своих фантазий, глянул на часы и спешно убрал учебники в стол. Пора было двигать к родителям – знакомиться с последней кандидаткой. В том, что она последняя, Антон поклялся себе страшной клятвой.

Погода по-прежнему стояла отменная. Антон вышел из дома, закатав рукава сорочки, с неизменной сумкой на плече. Жмурясь от солнца, он всмотрелся в компанию ворон, расположившихся на перекладине детских качелей. Подруги его, Клеопатры, птицы с белым пятнышком на клюве, среди них не было.

– Кар-р! – обратился Антон к воронам. – Где она, отвечайте!

Вороны будто переглянулись. Одна из них, раздражённо каркнув, повернулась к Антону хвостом.

– Ты мне тоже не нравишься! – парировал Антон и зашагал прочь.

Дверь ему открыла мать. Она, как и давеча, была принаряжена, выглядела превосходно и, конечно же, об этом знала.

– Йогой занималась? – строго спросил Антон.

– А то! – Мать выдала ему тапочки. – В полулотос почти сажусь.

– Почти! – упрекнул Антон. – Давно уже в «лотос» пора. А папа?

– Тоже

занимался. Тем, что давал мне советы.

Из комнаты донеслось:

– Наглый поклёп! Я достаю уже лбом до колен, а поза «змеи» для меня – просто семечки.

– Ох, проверю! – Антон переобулся. – В четверг вы профилонили… Вашей крали, кстати, опять нет?

– Придёт, не расслабляйся, усмехнулась мать. – Мог бы и галстук надеть.

Антон прыснул.

– Галя, ты в уме?

– Трудно тебе? – слегка смутилась мать. – Несолидно как-то смотришься.

Антон развёл руками, чмокнул её в щёку, и они пошли в комнату.

Стол, конечно же, был накрыт. Правда, уже не ломился, однако избыточность снеди ощущалась. Антон лишь вздохнул, без комментариев. Отец, расположась на диване, пролистывал какой-то журнал для компьютерщиков.

– На кларнете играть запретила, – пожаловался он. – Уйду в монастырь.

– Ой, прекрати… – завелась было мать, но в дверь позвонили. – А вот и Ксюша! – Она метнулась из комнаты.

Антон удержал её.

– Сиди, сам открою. – И, не торопясь, направился в прихожую.

Оксана и вправду оказалась девушкой привлекательной. Стройная, насколько позволял судить стильный брючный костюм. Ухоженная кожа, осветлённые волосы, и в глазах такое выражение, будто их обладательница готова провалиться сквозь землю.

Антон улыбнулся.

– Заходите, Оксана. Я Антон.

Девушка храбро переступила порог.

– Как вы узнали, что я Оксана?

Антон прикрыл за ней дверь.

– Погадал на кофейной гуще.

– Ой! – округлила она глаза. – Вы умеете гадать на кофейной гуще?

Антон бросил на гостью пристальный взгляд: ехидничает?

– Это мой конёк, – подтвердил Антон. – Ещё я предсказываю судьбу по банановой кожуре.

– О таком не слышала, – смутилась Оксана. – Научите?

Тема эта, похоже, вела в тупик. Появление матери, к счастью, дало диалогу иное направление. Цепким взором оценив «кандидатку», Галина Павловна чуть заметно кивнула себе самой. Кивок этот, очевидно, означал, что фотография соответствует оригиналу.

– Здравствуйте, Ксюша, – улыбнулась родительница. – Обувь не снимайте.

Оксана пошаркала туфлями о половичок.

– Ой, Галина Павловна! Вы моложе, чем я думала. Мы с вашей мамой по телефону общались, – поведала она Антону.

Антон счёл за благо промолчать.

Мать, однако, улыбнулась шире.

– Поддерживаю форму. Этот тип, – она потрепала Антона за ухо, – заставляет заниматься йогой и голодом морит.

Оксана покосилась на Антона одобрительно.

Конец ознакомительного фрагмента.