Троецарствие
Шрифт:
– Боюсь, что слова ваши расходятся с мыслями, – выразил свое сомнение Ми Чжу.
– Я уже много лет следую за своим старшим братом и ни разу не терял его доверия, – раздраженно бросил Чжан Фэй. – Почему вы так недоверчиво относитесь ко мне?
– Мой младший брат говорит правду, но все же сердце мое не совсем спокойно, – сказал Лю Бэй. – Я просил бы Чэнь Дэна помогать Чжан Фэю и следить, чтобы он поменьше пил, иначе ему не избежать ошибок.
Распределив обязанности, Лю Бэй во главе тридцати тысяч воинов покинул Сюйчжоу
Теперь перейдем к Юань Шу. Когда ему донесли, что Лю Бэй желает захватить его округ, он пришел в ярость:
– Циновщик! Башмачник! И он хочет равняться с князьями! Безобразие! Я уничтожу его! Как он смеет выступать против меня! – И немедля послал лучшего своего полководца Цзи Лина со стотысячной армией захватить Сюйчжоу.
Обе армии встретились в Сюйи. У Лю Бэя войск оказалось мало, и он разбил лагерь, прикрывая свой тыл рекой и горой.
Вооруженный трехгранным мечом, Цзи Лин выехал из строя и начал ругательски ругать Лю Бэя:
– Эй, ты, деревенщина, как ты посмел вторгнуться в наши владения?
– Я получил повеление Сына неба покарать непокорного подданного! – отвечал Лю Бэй. – Ты осмеливаешься сопротивляться и будешь за это наказан!
Цзи Лин в гневе хлестнул коня и, размахивая мечом, помчался на Лю Бэя.
– Глупец! Брось хвастаться своей силой! – крикнул ему в ответ Гуань Юй и понесся навстречу.
До тридцати раз схватывались они, но без решающего успеха.
– Отдохнем немного! – предложил Цзи Лин.
Гуань Юй вернулся в строй. Через некоторое время Цзи Лин выслал в бой своего помощника Сюнь Чжэна.
– Э нет, давай сюда самого Цзи Лина! – требовал Гуань Юй. – Я еще покажу ему, кто курица, а кто петух!
– Ты безвестный воин и недостоин сражаться с полководцем Цзи Лином! – отвечал Сюнь Чжэн.
Кровь ударила в голову Гуань Юйю. Он бросился вперед и в первой же схватке сбил Сюнь Чжэна с коня. Тогда Лю Бэй повел свою армию в наступление. Цзи Лин потерпел поражение и отступил к Хуайиню. Еще несколько раз он пытался овладеть лагерем противника, но все его попытки были отбиты с большими для него потерями.
Теперь вернемся к Чжан Фэю. Проводив Лю Бэя в поход, он возложил второстепенные дела на Чэнь Дэна, военные же дела решал сам. Однажды он созвал на пир всех сановников и, когда они уселись, обратился к ним с такой речью:
– Уходя в поход, мой старший брат наказывал мне поменьше пить, дабы я не наделал оплошностей. Так вот, сегодня можете пить сколько угодно, а с завтрашнего дня вино будет запрещено всем, ибо вы должны помогать мне охранять город.
И он принялся чокаться со всеми гостями по очереди. Все пили, только Цао Бао отказался.
– Я повинуюсь запрету неба и вина не пью, – заявил он.
– Может ли быть, чтобы воин не пил вина? – загремел Чжан Фэй. – Я хочу, чтобы ты выпил один кубок!
Цао Бао ничего не
– Я действительно не могу пить, – уверял тот.
– Да ведь ты только что пил, – удивился Чжан Фэй. – В чем же дело, почему ты отказываешься?
Цао Бао упорно твердил, что не может больше пить, и Чжан Фэй, уже совершенно опьяневший, вспылил:
– Ты нарушаешь приказ своего начальника и за это получишь сто ударов палкой!
И он кликнул стражу.
– А что вам наказывал перед уходом господин Лю Бэй? – спросил Чэнь Дэн.
– Вы гражданский чиновник, так занимайтесь своими делами, а остальное предоставьте мне!
У Цао Бао не было иного выхода, как просить о прощении.
– Если бы вы, господин Чжан Фэй, видели моего зятя, вы не стали бы наказывать меня, – сказал он.
– Кто же такой твой зять?
– Мой зять – сам Люй Бу.
– Я уже раздумал было драть тебя, – приходя в еще большую ярость, вскричал Чжан Фэй, – но теперь, когда ты вздумал пугать меня своим Люй Бу, я вынужден это сделать! И я буду бить тебя так, как будто бью самого Люй Бу!
Не слушая никаких уговоров, он отхлестал Цао Бао плетью. Гости приумолкли и вскоре разошлись. Цао Бао вернулся домой глубоко возмущенный Чжан Фэем. Не раздумывая долго, он послал человека в Сяопэй с письмом к Люй Бу, в котором жаловался на грубость Чжан Фэя и заодно сообщал, что Лю Бэй отправился в Хуайинь, а Чжан Фэй мертвецки пьян и что, воспользовавшись этим, можно нынче ночью напасть на Сюйчжоу. Он советовал не упускать такой случай.
Прочитав письмо, Люй Бу призвал на совет Чэнь Гуна.
– В Сяопэе нам все равно долго не удержаться, – сказал ему Чэнь Гун, – и раз уже в Сюйчжоу образовалась брешь, надо пролезть в нее. Если прозеваем этот случай, жалеть будет поздно.
Люй Бу тут же вскочил на коня и во главе пятисот всадников двинулся в поход, приказав Чэнь Гуну с большим войском идти следом.
От Сяопэя до Сюйчжоу было рукой подать, и ко времени четвертой стражи Люй Бу был уже у стен города. Ярко светила луна, и стража со стены заметила его.
– Прибыл гонец господина Лю Бэя с секретным письмом! – крикнул Люй Бу.
Об этом доложили Цао Бао, и тот велел открыть ворота. Перебив стражу, Люй Бу ворвался в город. А в это время Чжан Фэй мирно спал в своей опочивальне. Слуги разбудили его и растолковали, что произошло.
Чжан Фэй загорелся гневом. Второпях одевшись, он схватил свое длинное копье и выбежал из дому. Воины Люй Бу уже приближались. Еще не совсем протрезвившись, Чжан Фэй не мог сражаться, как подобало воину. Но Люй Бу, зная его храбрость, не осмелился вступить с ним в поединок. И Чжан Фэй с восемнадцатью всадниками пробился к восточным воротам и удрал из города, позабыв о семье Лю Бэя, оставшейся во дворце.