Троецарствие (том 2)

Гуань-чжун Ло

Цао Жуй выразил желание взглянуть на Ван Шуана и приказал привести его во дворец. Вскоре вошел богатырь ростом в девять чи, со смуглым лицом и карими глазами. Государь улыбнулся:

– С таким воином ничто не страшно!..

Он подарил Ван Шуану парчовый халат, золотые латы и, пожаловав почетное звание полководца Тигра, назначил его начальником передового отряда.

Цао Чжэнь получил звание да-ду-ду и, почтительно поблагодарив государя за милость, покинул дворец. Вскоре сто пятьдесят тысяч войска выступило в поход. Военачальники Го

Хуай и Чжан Го, по приказу Цао Чжэня, охраняли проходы в горах.

Дозор армии Чжугэ Ляна вышел к Чэньцану. Разведав обстановку, воины донесли:

– В Чэньцане построена крепость, и в ней обороняется вэйский военачальник Хэ Чжао. Он очень осторожен, окружил лагерь рвами, расставил «оленьи рога», насыпал высокий вал. Крепость можно обойти по дороге через хребет Тайболин и выйти к Цишаню.

– Прежде всего необходимо овладеть селением севернее Чэньцана, – решил Чжугэ Лян, – потом будем наступать дальше.

Военачальнику Вэй Яню был дан приказ взять селение. Он несколько дней подряд безуспешно пытался выполнить приказ и в конце концов, явившись к Чжугэ Ляну, доложил, что городок взять невозможно. Чжугэ Лян разгневался и хотел предать смерти Вэй Яня, но один из военачальников, стоявших у шатра, вышел вперед и сказал:

– Господин чэн-сян, разрешите мне поехать в Чэньцан и уговорить Хэ Чжао сложить оружие. Я давно служу вам и должен хоть чем-нибудь отблагодарить вас за все милости…

Это был советник Инь Сян.

– Как же ты сумеешь уговорить его? – заинтересовался Чжугэ Лян.

– Мы с Хэ Чжао уроженцы Лунси, – сказал Инь Сян. – И в детстве были друзьями. Я растолкую ему, в чем его выигрыш и в чем проигрыш. Он послушается меня.

– Хорошо, поезжай! – разрешил Чжугэ Лян.

Инь Сян верхом поскакал к стенам Чэньцана.

– Хэ Чжао! Твой старый друг Инь Сян приехал к тебе! – закричал он.

Воины, находившиеся на городской стене, вызвали Хэ Чжао. Ворота открылись, Инь Сян въехал в город и поднялся на стену.

– Говори, друг, зачем приехал? – спросил Хэ Чжао.

– Хочу поговорить с тобой, – отвечал Инь Сян. – Я служу в царстве Шу военным советником, и Чжугэ Лян относится ко мне с почетом. Он послал меня к тебе…

Хэ Чжао вдруг изменился в лице.

– Чжугэ Лян злейший враг нашего царства! Прежде с тобой мы были друзьями, а сейчас стали врагами: ты служишь царству Шу, а я – царству Вэй. Уходи из города! Не желаю тебя слушать!..

– Друг мой… – начал было Инь Сян, но Хэ Чжао повернулся к нему спиной и скрылся в башне.

Воины подхватили Инь Сяна, посадили на коня и вытолкали за городские ворота. Инь Сян, обернувшись, вновь увидел Хэ Чжао и, указывая на него плетью, воскликнул:

– Друг мой Хэ Чжао! Почему ты так суров?..

– Ты знаешь законы царства Вэй! – отвечал Хэ Чжао. – Наш государь милостив ко мне, и я готов за него умереть! Молчи! Скажи Чжугэ Ляну – пусть берет город штурмом! Я не боюсь его!..

Инь Сян возвратился в лагерь и доложил Чжугэ Ляну, что Хэ Чжао не дал ему и слова

сказать.

– Попытайся еще раз поговорить с ним, – предложил ему Чжугэ Лян.

Инь Сян опять поскакал к стенам города и вызвал Хэ Чжао. Тот поднялся на сторожевую башню.

– Хэ Чжао, друг мой! Выслушай меня! – закричал Инь Сян. – Что ты держишься за какой-то жалкий городишко? Неужели ты думаешь сопротивляться несметным полчищам Чжугэ Ляна? Сдавай город сейчас же, а то позже будешь раскаиваться! Неужели ты пойдешь против воли неба? Понимаешь ли ты, в чем твоя выгода? Подумай!..

– Я уже сказал тебе свое решение! – отвечал Хэ Чжао, угрожающе поднимая лук и натягивая тетиву. – Довольно болтать! Уходи, пока цел!..

Инь Сян вернулся к Чжугэ Ляну и передал ему разговор с Хэ Чжао.

– Вот неотесанная дубина! – воскликнул Чжугэ Лян. – И он еще смеет оскорблять меня! Думает, я не смогу взять этот городишко!

Чжугэ Лян велел привести местных жителей и стал их расспрашивать:

– Сколько войск в Чэньцане?

– Точно сказать не можем, но приблизительно тысячи три, – отвечали жители.

– И такая капля собирается обороняться! – рассмеялся Чжугэ Лян. – Взять город немедленно, пока не подошла к нему подмога!

В войске Чжугэ Ляна были припасены «облачные лестницы». На площадке такой лестницы умещалось по десятку воинов. Кроме того, у каждого воина была короткая лестница, веревки и деревянные щиты. По сигналу барабанов войско пошло на штурм.

Хэ Чжао, стоя на сторожевой башне, приказал стрелять огненными стрелами, как только лестницы будут придвинуты к стенам.

Чжугэ Лян не ожидал, что противник подготовится к обороне и встретит его войско тучами огненных стрел. Лестницы воспламенились, воины гибли, объятые пламенем. Шуская армия отступила.

– Ну что ж! – говорил Чжугэ Лян. – Хотя лестницы мои и сгорели, но я протараню городские стены.

Ночью все тараны были наготове, и на рассвете под грохот барабанов войско вновь двинулось на штурм.

Однако Хэ Чжао тоже не терял времени даром. По его приказу на стенах были заготовлены камни с просверленными дырами, в которые были продеты веревки. Как только тараны придвинулись к стенам, по их крышам стали бить тяжелыми камнями. Так все тараны были выведены из строя.

Тогда Чжугэ Лян приказал воинам таскать землю и засыпать городской ров. А военачальник Ляо Хуа должен был за ночь прорыть ход под землей и провести свой отряд в город.

Но Хэ Чжао успел прорыть вдоль стен ров двойной глубины, и подземный ход оказался бесполезным.

Двадцать дней продолжалась осада, но город взять не удавалось. Чжугэ Лян задумался. Неожиданно ему донесли, что с востока на помощь врагу идет войско со знаменами, на которых написано: «Вэйский полководец Ван Шуан».

– Кто вступит с ним в бой? – спросил Чжугэ Лян.

– Разрешите мне! – вызвался Вэй Янь.

– Нет, ты стоишь во главе передового отряда, – отказал Чжугэ Лян. – Кто еще?