Троецарствие (том 2)

Гуань-чжун Ло

Эта перемена в стане врага сильно обеспокоила Янь Яня. Он велел нескольким воинам одеться так же, как были одеты воины Чжан Фэя, и послал их в горы на разведку.

В тот день, когда воины Чжан Фэя, обследовавшие местность, вернулись в лагерь, Чжан Фэй затопал ногами и закричал:

– Этот старый хрыч Янь Янь просто изводит меня. Так больше не может продолжаться!

И тут он услышал, как военачальники, стоявшие у шатра, говорили о том, что в горах они нашли глухую тропу, по которой можно тайно пробраться в Бацзюнь.

– Что же вы до сих пор молчали? – вскричал Чжан Фэй.

– Но ведь

эту тропу только что нашли! – оправдывались военачальники.

– В таком деле медлить нельзя! – заорал Чжан Фэй. – Приказываю накормить воинов ночью. Мы выступаем при свете луны во время третьей стражи. Всем завязать рты, с коней снять бубенцы, чтоб ни малейшего шума! Я сам поведу войско!

Приказ объявили по всему лагерю.

Лазутчики донесли об этом Янь Яню, и тот возликовал:

– Я так и знал, этот глупец не утерпит! Что ж, иди тайком по тропинке! За тобой будет следовать отряд с провиантом, но я отрежу тебя от него, – посмотрим, что ты тогда будешь делать! Вот так деревенщина! Попался-таки на мою хитрость!

И он приказал воинам готовиться к сражению. К вечеру отряд Янь Яня засел в зарослях и поджидал противника. Было приказано пропустить вперед отряд самого Чжан Фэя, а второй отряд с провиантом задержать по сигналу барабана.

Янь Янь и все младшие военачальники притаились в придорожной роще.

Едва минуло время первой стражи, как воины Янь Яня издали заметили бесшумно приближающегося противника; впереди на коне ехал Чжан Фэй с копьем наперевес. Они спокойно прошли мимо засады, и вскоре за ними показался обоз. Тут-то по сигналу барабанов и выскочили скрывавшиеся в зарослях воины. Но вдруг ударили гонги, и перед нападающими неизвестно откуда вырос отряд войска. Раздался громоподобный окрик:

– Стойте, разбойники! Вас-то мы и ждем!

От этого крика Янь Янь оторопел – он узнал голос Чжан Фэя. Отступать было поздно – пришлось скрестить оружие с врагом. На десятой схватке Чжан Фэй неожиданно допустил промах, и Янь Янь в тот же миг занес над ним меч. Но Чжан Фэй с быстротой молнии откинулся назад, потом сделал бросок вперед и ухватился рукой за ремень, скрепляющий латы Янь Яня. Еще рывок, и Чжан Фэй вырвал противника из седла и бросил на землю. Подоспели воины и связали пленника веревками.

Все так случилось потому, что Чжан Фэй сумел перехитрить Янь Яня. Разгадав план врага, он послал вперед второй отряд, а сам шел позади. Он даже предвидел, что Янь Янь даст сигнал к нападению барабанами, и поэтому приказал бить в гонги.

Сычуаньским воинам пришлось сложить оружие и сдаться в плен.

Чжан Фэй подошел к стенам Бацзюня. При вступлении в город он отдал строгий приказ не обижать жителей.

Когда к Чжан Фэю привели Янь Яня, тот ни за что не хотел преклонить колена. Скрежеща зубами от гнева, Чжан Фэй закричал:

– Попался ко мне в руки, так покоряйся! Как ты смеешь сопротивляться?

– Ты, как разбойник, вторгся в наши земли! – смело отвечал Янь Янь. – Руби мне голову – я не покорюсь!

Чжан Фэй в ярости отдал приказ обезглавить Янь Яня, а тот продолжал бесстрашно осыпать его бранью:

– Злодей! Чего ты бесишься? Приказал убить меня, так убивай!

Твердый голос и мужественный вид Янь Яня поразили Чжан Фэя. Он успокоился, спустился с возвышения

и, прогнав стражу, сам снял с пленника веревки. Потом он взял Янь Яня под руку, усадил на почетное место и, поклонившись ему, промолвил:

– Я обидел вас, простите! Теперь я знаю, что вы поистине герой!

Янь Янь был так тронут этой милостью, что сам изъявил покорность победителю.

Потомки сложили стихи, в которых восхваляют Янь Яня:

Страну потрясая своею безмерною славой,На западе Шу жил воин когда-то седой.Он преданным сердцем был светел, как месяц и звезды,И дух его вечный витал над великой рекой.Он гордую голову лучше под меч бы подставил,Чем сдаться на милость, колени склонив пред врагом.О воин Бачжоуский! Кто может с ним ныне сравниться!Во всей Поднебесной слагаются песни о нем.Дошли до нас и стихи, которые воспевают Чжан Фэя:Янь Яня живым захватив, он славу свою приумножил,Народу внушал он любовь, врагам – и почтенье и страх.Доныне в кумирнях Башу хранят его образ бессмертный,И свежие яства, вино доныне на их алтарях.

Чжан Фэй спросил Янь Яня, каким путем можно проникнуть вглубь земель Сычуани.

– Я – полководец разбитого войска, – сказал Янь Янь, – но вы удостоили меня столь великой милости, что я не знаю, как вас отблагодарить. Я готов служить вам так же верно, как служат человеку конь и собака! Я возьму для вас Чэнду, и вам это не будет стоить ни одной стрелы!

Вот уж поистине:

Один полководец покорность принес, и тогдаСтали сдаваться один за другим города.

Если вы хотите узнать, какой план предложил Янь Янь, прочтите следующую главу.

Глава шестьдесят четвертая

в которой повествуется о том, как Чжугэ Лян захватил в плен Чжан Жэня, и о том, как Ян Фу собирался разбить Ма Чао

Когда Чжан Фэй спросил Янь Яня, как проникнуть вглубь Сычуани, тот сказал:

– Мне подчиняются все военачальники, охраняющие важнейшие перевалы в горах до самого Лочэна. В благодарность за вашу милость я готов призвать все эти войска к покорности. Разрешите мне повести головной отряд.

Чжан Фэй обрадовался предложению Янь Яня и поставил его во главе передового отряда. Все остальное войско двинулось за ним, и на всем пути Янь Янь уговаривал сычуаньские войска сдаваться. Правда, некоторые военачальники колебались, но Янь Янь убеждал их:

– Если уж я сам сдался, то что можете сделать вы?

Так без единой кровопролитной битвы сычуаньские войска перешли на сторону Чжан Фэя.

За день до выступления в поход Чжугэ Лян известил Лю Бэя, чтобы тот ожидал его в Лочэне. Лю Бэй созвал на совет военачальников и сказал: