Трое
Шрифт:
– Я тебе не верю. Хотя бы потому, что ты модно одет и не вылезаешь из интернета. Твои беспрерывные чаты, твоя модная стрижка - разве это не есть желание быть частью мира? У меня есть это желание, и я не отказываюсь от него. Я люблю быть в толпе и ловить с экрана телевизора самые первые
– Я ненавижу толпу. Я не хочу говорить с незнакомыми людьми, которые могут находиться рядом со мной. Мне достаточно экрана и возможности выбрать собеседника по вкусу и в любой момент прекратить ставший неприятным разговор.
Гэбриэл оторвался от монитора и покосился на спорящую парочку.
– Я уже лет тридцать слушаю, как вы доказываете друг другу, чей взгляд на жизнь более верный. Вам еще не надоело? И вообще, я хочу есть. Я хочу на охоту!
Гарет и Гэбриэл уловили, даже не взглядом, а каким-то иным чувством, легкую гримасу на лице Аллена. Они оба знали, что он не любит убивать, не любит разговоров об убийствах, что для него это не удовольствие, а необходиомость, и не самая приятная. Он старается быть равнодушным, как хищник, но никогда не будет обсуждать какие-либо детали этого.
– Я вряд ли составлю вам компанию...
– Аллен! Я тебя прошу. Пойдем с нами.
– Мне не нравится, когда вы меня к этому принуждаете.
– Никто тебя не принуждает, Ал. Но я хочу провести с вами и эту ночь. Скоро я уеду. Но до того мне нужна охота.
– Гарет была уверена, что у нее все получится. В том числе и уговорить своего старого приятеля.
– Пойдем,
Он, как всегда, соглашается. На вечерней улице, ярко освещенной фонарями, они смотрятся довольно обычно, хотя и довольно примечательно двое высоких мужчин, один широкоплечий и мощный, другой более изящный, со строгим взглядом сквозь тонкое стекло очков, и девушка в ультрамодном платье из блестящего синтетика и ботинках с тупыми носами на подошве толщиной в добрую ладонь. Обычные обитатели города, отправляющиеся душным вечером уик-энда на какую-нибудь дискотеку.
Находится и дискотека, и, после нее, ближе к утру, добыча - какой-то парень, принявший хорошую дозу наркотиков, взгляд которого мутен и бесцельно блуждает. На троих это не настоящая добыча, которой хватает на добрый месяц или, в случае крайней необходимости, на полгода - это всего лишь средство поддержать свои силы на какое-то время. И еще - ритуал, который объединяет. Одна охота, одна добыча на троих, и одна кровь, что заструится по жилам, согревая и возвращая силы. И даже хмурый Аллен улыбается, чувствуя себя одним целым с двумя своими друзьями.
Завтра Гарет уезжает, и, может быть, они не увидятся еще десяток лет. Но мир, оплетенный сетью радиоволн, проводов и оптоволоконных кабелей, становится все теснее, и все ближе они становятся друг к другу - там, где не дотянется рука, прозвучит звонок, появится приветственная строка на экране компьютера.
Одиночества нет, об этом думают все трое, возвращаясь домой на баржу к Аллену. Одиночества нет...