Тринадцатый апостол
Шрифт:
— Тебе повезло, что в Штатах есть город с таким же названием. С этого момента позволь мне вести все переговоры, — сказала она.
После чего вручила ему квитанции на билеты.
— Постарайся сохранить их. Они понадобятся тебе, когда ты захочешь вернуть свои денежки, — сказала она, после чего выбросила его сотовый в корзину для мусора.
Гил ожидал чего-то подобного, но на этот раз не стал интересоваться причинами. Просто спросил:
— Разве они не могут вычислить мой телефон среди этого хлама?
— Еще бы! Я уверена в этом, —
Оставалось всего сорок минут до прекращения посадки, и они заторопились. Они направились к конторке британских авиалиний, где продавались билеты на рейсы в Европу. Передвигаясь в очереди, Сабби что-то трогательно лепетала о своей умирающей свекрови. Чтобы внести лепту в спектакль и добавить ему достоверности, Гил решил принять подавленный вид.
— Дай мне еще раз твою кредитку, — шепнула она.
Даже не пытаясь протестовать, Гил вручил ей свою кредитку (American Express, между прочим) и принялся с изумлением наблюдать, как она извлекает из кармана шариковую ручку и проводит кончиком колпачка по магнитной ленточке на ее обороте.
— Теперь смотри и учись, — сказала она, когда они подошли к конторке.
Агент по продаже авиабилетов, так и не сумевший прочесть карту, рассыпался в многочисленных извинениях.
— Простите. Поскольку кредитную карточку не принимают, нам запрещено засорять систему лишними операциями. Это для вашей же безопасности, — добавил агент. — У вас нет другой карточки?
Сабби нахмурилась и покачала головой.
— Но она же работала пять минут назад! — воскликнула она. — Не понимаю, что вы с ней сделали. И как же вы нам теперь прикажете быть?
Агент робко спросил, нет ли у Сабби или у Гила необходимого количества наличных для покупки билетов первого класса. Сабби объяснила, что у них есть дорожные чеки, дающие право оплаты менее комфортабельных условий полета, но… И затараторила, что прихватила эти чеки с собой на всякий случай, а сейчас весьма недовольна тем, что их кредитка забарахлила. Она пять раз назвала агента по имени, пять раз повторила, что крайне возмущена, и пять минут спустя они отошли от конторки с билетами первого класса на лондонский рейс, которые им любезно предоставили взамен билетов в эконом-класс.
— Первый класс пришел мне на ум уже по ходу дела, — объяснила Сабби. — Я решила, что нам стоит выспаться, пока это возможно. Главное было воспользоваться чеками, но заставить всех считать, что мы этого не хотели. Когда дело касается авиабилетов, оплата по чекам в день вылета словно красная тряпка, то есть всегда вызывает повышенный интерес. А поскольку у нас имелась кредитка, то они не могут нас в чем-либо заподозрить.
— Но у нас на руках теперь билеты в две страны и на два различных рейса, — упорствовал Гил. — Я знаю, как это сработает. Когда выяснится, что мы дважды приобретали билеты, то компьютер может аннулировать оба наших заказа и мы останемся вообще на бобах.
— Ты слишком высокого мнения о них. Наши билеты заказаны в двух разных авиакомпаниях, которые никогда
Следующим ее сообщением было, что у них всего двадцать минут для того, чтобы пройти досмотр и успеть на рейс в США.
— А как же наш рейс в Англию? — спросил Гил.
— Доверься мне, верней, моему безумному плану, — произнесла она с озорной улыбкой. — Нет времени вдаваться в детали, просто дай мне свою карточку, удостоверяющую, что Управление национальной безопасности Штатов тебе доверяет.
Они уже чуть ли не бежали.
— Давай же, — торопила она.
Гил одновременно пытался не отставать от нее, выуживать свой бумажник и выпаливать полушепотом раздраженные фразы:
— Она дает право лишь на вход в компьютерную систему. И если только ты не хочешь получить доступ к какой-нибудь базе данных, прежде чем мы попадем на борт самолета, то…
Он добрался до своего бумажника и попытался удостовериться, все ли на месте.
— Хватит вопить, Гил!
Она выхватила у него бумажник, вытащила карточку и вернула ему все остальное быстрей, чем он успел охнуть.
Очередь на досмотр была получасовая. Сабби пронеслась мимо добропорядочных пассажиров и оттеснила в сторону младшего контролера.
— Кто здесь старший? — властно спросила она.
Молодой агент ошеломленно огляделся по сторонам и сделал знак невысокой полной женщине. Сабби подхватила Гила под локоть, и они встретились с дежурной патронессой контроля в самом начале ее продвижения к ним. Сабби стремительно предъявила карточку Гила и вручила женщине паспорта и посадочные талоны.
— Я агент Сабра Караим из Управления национальной безопасности США, — заявила она. — Мне нужна ваша помощь.
Начальница вся превратилась во внимание, что прибавило добрых два дюйма к ее менее чем пяти футам.
— Нужно посадить на самолет этого человека, и по возможности без какой-либо суеты, — объяснила Сабби. — Он не доставит неприятностей, это так называемый белый воротничок, преступивший закон, и он также знает, что я прошла спецподготовку Лотар. Мне бы хотелось доставить его на борт, не привлекая внимания других пассажиров.
Контролерша опустила глаза на нескованные руки Гила и обратила особенное внимание на то, крепко ли его держат под локоть. Держали крепко, что, казалось, рассеяло все ее сомнения.
Сабби принялась закреплять успех:
— Если можете, проводите нас к выходу и организуйте посадку. Мне бы не хотелось пускать в дело наручники. Я сдам вам на выходе свое оружие, и если вы поместите его в ваш спецсейф, то у меня будет возможность получить его обратно, когда мы приземлимся, — добавила Сабби. — Нет нужды упоминать, что у нас нет багажа.
— А разве вы сопровождаете преступников не по двое? — спросила вдруг контролерша.
— Он там, — ответила Сабби, кивнув высокому, хорошо одетому пожилому господину, стоявшему в начале очереди.