Тринадцатый апостол
Шрифт:
— Звонила не я, звонил ты, — бросила она через плечо, уводя его все дальше от контрольного пункта к людным дорожкам музейного комплекса.
Они быстро шли к воротам, возле которых стояли поджидающие пассажиров такси.
— Мне только жаль, что я не взяла с собой дневник, — задумчиво произнесла она. — Это был рискованный трюк, и я побоялась…
— Ты оставила дневник в офисе? — удивленно спросил Гил.
Он же видел, как она засовывала его между ног десятью минутами раньше.
— Нет, конечно. Я бросила его в ящик, предназначенный для ночной почты.
— Разве
— Только входящие письма. Жаль, нам не помешало бы иметь дневник при себе. Особенно ту обособленную записку, — добавила она, хмурясь. — Я сделала бы новые переводы. Чувствую, они нам могут понадобиться.
— Я тоже чувствовал это и раньше, — сказал Гил. — Потому и счел хорошей идеей с ними не расставаться.
Он достал из кармана бумажник, а из него извлек пачку американских долларов. Первая и последняя банкноты были ничем не примечательны, но на всех остальных пестрели аккуратные записи. Дубликаты текста обрывка, засунутого Элиасом под переплет дневника, а также копии переводов, теперь мелко нарезанных и политых холодным кофе.
— Они никогда не смотрят деньги, — заявил он. — Даже твоя бомба не подвигла их на это.
— Это твоя бомба, — беспечно напомнила Сабби.
Ее улыбка была довольной, она кивнула, молчаливо одобряя то, как он все проделал.
Неожиданно ее настроение переменилось.
— Господи! Если бы они обыскали твой бумажник, то получили бы полный перевод дневника и все, что мы в нем расшифровали, включая намек на подсказку!
— Да, но они же не обыскали, — заметил Гил.
— Не думала, что ты настолько глуп.
— Не думал, что ты так задергаешься, — поддразнил он девушку и стал ждать ее реакции.
— Ты мог все провалить, — ответила она, покачав головой.
— Но ведь не провалил, — резко возразил он. — Твои охранники, подобно всем ярым служакам, всегда четко следуют протоколу. Именно это и дает преимущество террористам. Так что все записи были в абсолютнейшей безопасности. И кроме того, твоя благодарность не знает границ.
Они добрались до входа в комплекс, и к ним тут же подкатило дожидавшееся пассажиров такси.
— Аэропорт, — бросила шоферу Сабби. Следом за ней на заднее сиденье втиснулся Гил.
— Да, вот твоя желтая карточка. Ты не дала мне указаний, что с ней сделать.
Он вручил ей учетную карточку из верхнего ящика ее стола.
— Никогда прежде не видела ее, — сказала Сабби. — Она не моя.
ГЛАВА 23
Часом ранее
Офис доктора Антона де Вриза
Каждый из двоих верзил близнецов был по меньшей мере шести футов и шести дюймов ростом, имел светлые волосы, широкие плечи и атлетическую фигуру, затянутую в спортивный костюм белого цвета. Их лица не выражали никаких эмоций. Грозные ангелы-близнецы Маккалума охраняли дверь кабинета де Вриза. А в кабинете человек, за которого они с радостью положили бы свои жизни, допрашивал главного хранителя музейных
Некоторое время Маккалум попыхивал своей сигарой, очевидно наслаждаясь смятением на лице де Вриза.
— Я узнал… к сожалению, не от вас, а совсем из другого источника… что, несмотря на все ваши заверения, у вас нет уэймутского дневника.
— Да, это так, в определенном смысле, — нервно заговорил де Вриз.
Лидер БАСХ поднялся на ноги и протянул через стол мускулистую руку. Его огромная ладонь почти полностью обхватила шею де Вриза.
— Хватит нести чушь, — произнес Маккалум.
Он освободил шею главного хранителя от захвата, вернулся в прежнее положение, затем взял со стола толстую книгу, которая лежала рядом с его креслом, и начал ее в ожидании перелистывать.
Де Вриз снова заговорил, тщательно подбирая слова:
— Это правда, в настоящее время у меня нет уэймутского дневника. Я представил все таким образом, что он находится у нас на хранении, но…
Маккалум подался вперед, явно выражая неудовольствие.
— Мне не следовало искажать факты, — промямлил де Вриз.
— Лгать, — поправил Маккалум.
Он продолжал большим пальцем перекидывать страницы книги.
— Мне не следовало вам лгать. Но позвольте мне объяснить, почему я так сделал.
— Разве что коротко, в двух предложениях… или даже меньше.
Де Вриз отчаянно пытался найти способ оправдаться и принести извинения, которые одновременно сняли бы с него ответственность за происшедшее и не возложили бы ее на Маккалума.
Слова еще не успели слететь с его губ, а он уже понял, что избрал неверную тактику.
— Я просто хотел избавить вас от…
С силой запущенная книга ударила де Вриза в голову и отбросила его к стене. Из правого уха потекла кровь, волна холодного ужаса, поднявшаяся откуда-то из желудка, вызвала попутный испуг, что он не удержится и обмочится прямо в брюки. Слышавший теперь только одним ухом де Вриз вжался в кресло, стараясь не обращать внимания на шок и на боль, чтобы полностью сосредоточиться лишь на выборе правильной линии поведения. Он мог бы объяснить, что копия, тайно снятая им с программы Ладлоу, сослужит Маккалуму такую же службу, как и сам дневник. Он мог бы заверить Маккалума, что в течение двух недель он получит доступ в квартиру Ладлоу и вскроет сейф за духовкой, в котором спрятан недосягаемый пока что документ. Но ни один вариант не был признан им годным. Любая из этих уверток, похоже, была равносильна самоубийству.
Де Вриз сделал шаг в единственно возможную сторону.
— Я был не прав, введя вас в заблуждение, — сказал он.
Маккалум кивнул:
— Этому нет оправдания. И это никогда больше не повторится.
Еще один кивок головой.
— А теперь выкладывайте-ка все, что мне надо знать, — произнес Маккалум.
Де Вриз так и поступил. Обстоятельно и предельно правдиво изложив все свои мысли, все известные ему факты, касающиеся Сабби, Гила, Ладлоу и дневника, а также с готовностью рассекретив собственный план поисков парного свитка.