Тринадцатая девушка Короля
Шрифт:
– Очень. Мне бы сейчас в горячую ванну, да колонка сломалась, морги её дери.
– А ты без колонки, – Кэй улыбнулся и кивнул на занимавшую почти весь проход кадку.
– Сил нет, - призналась я.
Нужды тащить кадку наверх не было: хозяйские покои, в отличие от спален прислуги, были оборудованы прекрасными ванными, но горячей воды-то не было. Да и холoдная только в колодце либо во дворе, в виде снега. от одной мысли о том, чтобы снова применять магию, собрав по крупицам остатки силы (уж больно много я eё потратила сегодня), становилось тошно. А ведь потом воду еще и греть надо… Бр-р! Я передёрнула плечами.
– Совсем.
– Я помогу, - Кэй мягко подтолкнул
Я не стала спрашивать, что за левитация такая странная, да и вообще не стала спорить, чувствуя, что ещё пара слов - и я засну прямо в коридоре, махнула рукой и поплелась наверх, проклиная бывших хозяев дома и Улу вместе с ними: если бы она нас изначально на первом этаже разместила, сейчас бы не пришлось подниматься.
Кэй вошёл в наши покои через минуту после меня, волоча за собой на аркане силы целую кадку снега. Вот же дурачина! Кто ж аркан в бытовых заклинаниях использует? Сразу видно: не бывал он на уроках по маг-домоводству. Я вымученно улыбнулась, качая головой. А потом коротко и по возможности понятно объяснила, что надо сделать, чтобы растопить снег и подогреть получившуюся воду, ничего не спалив при этом.
– Только тебе придётся еще раз за снегом спускаться, - огорчила я Кэя. – Это так-то кадка полная, а как растает - едва ли половина останется.
– Надо будет – спущусь, - ответил столичный шерх и безмолвно пошевелил пальцами, повторяя фигуральное сопровождение формулировки.
– Этому тебя тоже муж научил?
– Мгм, - соврала я, отводя глаза в сторону и мысленно радуясь тому, что нежелание говорить в данном конкретном случае без труда можно было списать на усталость. Врать ворнету с каждым разом становилось всё сложнее.
Тем более что вниз он спусаться не стал, открыл в коридоре настежь окно – благо оно oгромным было,и стал черпать снег прямо так, с расстояния (даже думать не хочу, скoлько он на это магии потратил). А потом в пять минут подогрел мне ванну. Ещё и Рейке, что высунулась на шум из спальни, велел:
– Ты бы за сестрой, красавица, присмотрела, пока она моется. Как бы не заснула в ванной.
– Без сопливых скользко, – зевнула Рей, вставляя заботливого ворнета вон.
И уже мне, закрыв за Кэем дверь:
– Ты что тут устроила? Ты зачем его тут заклинаниям каким-то учила? Мы же договаривались - никакой магии.
– Я тебя умоляю, – я быстро сбросила с себя потную одежду и, шипя от болезненного, обжигающего удовольствия, опустилась в ванну. – Чему я его там учила? Вульгарной магии и маг-домоводству? Пф… Он и так знает, что я что-то умею. Одним заклинанием больше, одним меньше… Рей, раз уж ты сегодня за банщицу, спинку мне не потрёшь?
– Не потрёшь… – ворча, будто столетняя старушка и недовольно сопя (как же, кто-то посмел с ней не согласиться), подруга подцепила с полочки под зеркалом свеженькую плетёнку-мочалку да баночку с жидким мылом и переместилась мне за спину, а я тем временем села удобнее, поджала под себя ноги, чтобы можно было уткнуться лбом в колени, зажмурилась и приготовилась получать удовольствие. Вот сейчас напряжённых плеч коснётся намыленная жестковатая поверхность мочалки… А вмеcто этого раздался звон разбитого стекла и испуганное Рейкино:
– Эстэри! что это у тебя на спине?
Настоящим именем Рейка меня называла либо в моменты наиболее сильного волнения, либо со страху. Вот и в тот раз я, услышав её голос, перепугалась не на шутку, вообразила себе морги знают чего, вплоть до плотоядного червя, который в южных краях водится. Яйцом еще он в человека попадает, а уж там вылупляется и начинает потихоньку того жрать
Кстати, я про того мужика потом часто вспоминала, всё думала, выжил или нет. Ждала, что он к нам на следующий год на ярмарку приедет. Не приехал…
– Что там?
– осипшим от ужаса голосом спросила я.
– Ну, что ты молчишь? Плотоядный червяк?
– Сама ты червяк, дура! – выругалась Рейка и поплевала в сторону от сглазу, видать,тоже на той ярмарке побывала.
– Пятно тут странное. Рисунок. На колесо от твоей прялки поxоже...
Забыв об усталости, я выскочила из ванны и подлетела к зеркалу. В бывшем домике учительницы из зеркальных поверхностей была только одна: на ручном зеркальце, что Рейка с собoй еще из Ильмы привезла, но я и без отражения знала, что еще совсем недавно никаких пятен на моей спине не было: мы всем семейством на День банщика ходили. Мне даже в море леденющем пришлось искупаться вместе с остальными вдовами Красных Гор. Традиция у них тут была такая: уж коли енщине не посчастливилось мужика потерять, обязательно надо у Водных богов благoсловения испросить. И нет, чтобы летом, по тёплой погоде! Зимой – за седмицу до Новорожденной Звезды. И неважно, что двум другим вдовам Красных ор было давно за семьдесят. Традиция есть традиция! Захочешь – не отвертишься. Так что у меня не только Рейка, у меня все местные бабы в свидетельницах: не было у меня на спине никаких рисунков.
– Моржья селезёнка!
– Ты руну себе что ли какую рисовала?
– неуверенно протянула подруга.
– И как бы я это сделала?
– рыкнула я в ответ.
– У меня сзади глаз нету! Час от часу не легче!
– Может, это болезнь какая или проклял кто?
– и вдруг завыла,искривив рот в жалобой гримасе:
– Эстэр-и-и-и-и!! Не умирай! Ка же я без тебя совсем одна?
– Цыц! – я внезапно почувствовала злость и с яростью глянула на остывающую воду.
– Никто тут не собирается умирать. Я сейчас буду мыться и спать. Ты спину мне потрёшь или нет?
– А как же…
– Цыц, я сказала! Рэйху придёт, всё объяснит...
– Рэйху… – всхлипнула подруга, намыливая мне плечи.
– де он шастает вообще, когда так нужен? А что если он вообще не придёт? Ты когда его в последний раз видела?
Давно видела. И не раз уже боялась того, о чём сейчас Рейка говорила: что если то день, когда муж уйдёт навсегда, уже настал? Почему до этого момента была уверена, что он обязательно попрощается перед уходом? Кто мне об этом сказал? что если всё совсем не так? Что если я и в самом деле его уже никогда не увижу?..
– Придёт, не вой, - пробормотала я без особой уверенности. – На волосы полей, пожалуйста, пока я совсем не заснула. Обязательно придёт. Это же эйху. Хотя… Знаешь, я так устала, что мне уже почти всё равно. Проклятие, знак… Моржья отрыжка! Я просто хочу вымыться и лечь спать. Нет у меня сил сегодня об этом думать. Давай завтра, а?
Рейка засопела, но не стала спорить, за что я была ей искренне благодарна.
За это и за то, что она честно притворялась спящей, пока я, достав из сундучка веретено, сплела ниточку-амулет и,тихо выскользнув из спальни, спустилась в крыло прислуги (уж больно мне не хотелось, чтоб Теина горячка вернулась, жалко же девочку).