Тринадцать
Шрифт:
Он быстро заполнял всё пространство. Температура стала резко падать.
— Может, у них сломался климатконтроль, — ещё пытаясь шутить, шепотом спросила она, выпуская изо рта клубы пара.
— Может, вы заткнетесь, наконец! — Выпалил капитан. — Ни чего хорошего от этого не жди.
— Почему? — Спросила она, цепляясь своими длинными ногтями за кожаную куртку Виктора.
— Такой туман я уже видел, — ответил он, и быстрым движением достал из кобуры свой пистолет.
— Он вам не поможет,
— Знаю, но он предаст мне уверенности.
— Слышите? Там что-то есть.
Послышался шелест. Звук был совсем слабый.
— Мамочки, мне страшно! И зачем я такая упертая.
Они стали оглядываться вокруг себя, пытаясь хоть что-то рассмотреть в густом молоке тумана. Вскоре они не могли уже рассмотреть даже собственных рук.
В воздухе ощущалось какое-то движение. Оно было повсюду.
Шум нарастал.
Воздушная среда стала наполняться чем-то, густым и вязким, чем-то, что мешало свободно дышать.
— Этот звук, — задыхаясь, пробормотал профессор.
Он стал делать перед собой странные движения руками.
— Аристарх Львович, что вы делаете?
Но он лишь ускорил темп. Его руки лихорадочно двигались по воздуху, пытаясь в нем что-то схватить.
Профессор, наконец, остановился. Он встал, закрыл глаза и, вытянув руки параллельно полу, замер.
— Это звук, — крикнул он, — его можно услышать только в одном месте….
— Что?!
— Это не туман!
— Вас почти не слышно!
Эльвира попыталась перекричать всё нарастающий звон, но не смогла услышать свой голос.
Звук стал почти невыносимым.
Эльвира и Виктор, одновременно заткнули ладонями уши. Затем они ощутили резкую резь на своих лицах и руках.
Пытаясь хоть как-то оградить Эльвиру от летающих острых частиц, Логинов обнял перепуганную женщину и, прикрывая её голову своей рукой, помог ей присесть на корточки. Он попытался докричаться до профессора, но казалось его ни что не страшило.
Рокшин стоял, ровно выпрямив спину. Казалось, что Аристарх Львович наслаждается всем происходящим.
В этот самый миг маска восторга и восхищения на лице Рокшина говорила о том, что профессор спятил.
Шум усиливался. Он уже больше напоминал визг.
Капитан не на шутку испугался. Он как можно крепче обнял Эльвиру и уткнулся в неё лицом. Исподлобья Эльвира и Виктор пытались, следили за происходящим.
В следующие секунды, гости старого особняка, были просто шокированы увиденным.
На их глазах стало происходить то, что не поддавалось здравому смыслу.
Из невидимых крупиц с невероятной скоростью стала появляться мебель, шторы, зеркала. Разум отказывался верить, но они собственными глазами видели, как ветхая полуразрушенная лестница, возрождалась из пепла и пыли.
Дом
Его былая роскошь, пробиваясь из глубин веков, новой кожей нарастала, на гниющие доски, возвращая себе былое величие.
Шум уже достиг своего апогея.
И вдруг…
Тишина.
Яркий свет сменился полумраком.
Эльвира и Виктор сидели на полу, крепко прижавшись, друг к другу.
— Все целы? — Спросил Виктор, обращаясь по сути дела к самой Эльвире.
Он много резче чем положено отпрянул от своей спасаемой дамы, чем вызвал истеричный смешок Эльвиры.
— Всё понятно с вами, майор.
— Я, капитан, — почти прошипел сквозь зубы Виктор.
— Это был не туман, — сказал профессор, смотря куда-то в глубь комнаты.
— Вы в порядке, Аристарх Львович? — спросила Эльвира, обращаясь к спине профессора. — Что с вами?
Рокшин стал медленно поворачиваться к ним лицом.
— Господи Всемогущий! — воскликнула изумленная женщина.
То, что увидели Виктор и Эльвира, поразило их куда больше всей той чертовщины, что происходила минуту назад.
Перед ними стоял высокий мужчина лет двадцати пяти. Одежда профессора свисала с его плеч как балахон. Седые волосы превратились в светло русые кудри, а некогда потухшие глаза смотрели на них голубым блеском.
— Что с вами, друзья мои? Почему вы так на меня смотрите? — его голос стал немного грубее.
Эльвира и Виктор были не в силах отвести от него изумленные глаза.
— Профессор, как вы себя чувствуете? — наконец спросил Логинов.
— Замечательно, — с улыбкой сказал он и вдохнул полной грудью воздух.
— Ваше лицо, оно изменилось.
Аристарх Львович перевел взгляд от своих друзей на свои руки. Он стоял и молча рассматривал их. Затем он медленно стал прикасаться к своему лицу и волосам. Затем повернулся вокруг себя и остановил свой взор на огромном зеркале.
— Господи, — тихо сказал он, — я не видел этого лица со времён…
Он стоял и со странной улыбкой рассматривал свое отражение.
— Это был не туман, — снова вторил он.
— Д-а-а.
Голос прозвучал не откуда и отовсюду одновременно.
— Что за… — капитан стал направлять свой пистолет в разные стороны, пытаясь обнаружить источник голоса.
— Это были пески времени, — сказал белокурый юноша в одежде профессора.
— Скорее пески воспоминаний о времени. — Отозвался эхом голос.
Казалось, он исходил из самих стен.
— Я так и думал. Что с моим лицом?
— Я взял на себя смелость, не терплю вид стареющего плоти.
Их диалог ни сколько не смущал профессора, которой сейчас выглядел чуть старше своих студентов. Казалось, что голос и Рокшин давно знают друг друга.