Трилби

Палмер Диана

— Я думаю, что у нее все в порядке, — Торн не упомянул, что этим утром случилось нечто такое, что привело его в ужас.

Их близость была полной. Торн никогда раньше не испытывал такого счастья. Но, даже наслаждаясь своей женой и радостью, которую она приносила ему, он не мог не вспоминать прошлое, как он соблазнил ее и принудил к замужеству. Торн никогда не понимал ее истинных чувств, почему Трилби согласилась выйти за него замуж, за исключением того, что он был богат.

Трилби была страстной в его объятиях, безудержной и естественной, но никогда

не говорила о любви. Он тоже не говорил ей о любви. Это стоило ему больших усилий. Он не осмеливался сказать ей, как сильно он любит ее, боясь дать ей в руки оружие против него, если отношения у них вдруг испортятся.

А теперь, кажется, действительно появилась причина для недоверия. Бейтс писал ей. Торн увидел письмо только сегодня утром на столе, где она, должно быть, просто забыла его.

Ричард Бейтс писал о больших изменениях в его образе жизни. Он больше не путешествует по Европе, а работает в местном банке. Торн заскрежетал зубами, когда вспомнил слова из письма, которые грозили разбить ему сердце.

— Ты какой-то тихий сегодня, — заметил Джек.

— Он написал ей. Я имею в виду Бейтса. Он получил работу в банке.

— Дик? Боже мой, как замечательно!

Торн оценивающе взглянул на него.

— Трилби любила его когда-то. Как ты думаешь, она все еще любит его?

Лицо Джека покраснело.

— Какой странный вопрос.

— Я должен знать! — грубо сказал Торн.

— Почему ты ее не спросишь?

— Потому что она не станет об этом говорить. Да, она не станет говорить о нем.

— Трилби была увлечена им, — ответил Джек, помолчав. — Но я не уверен, что там было что-то большее. Детская любовь, разве ты не понимаешь?

— Думаю, что Бейтс сам не понимал своих чувств к ней, пока она не вышла замуж. Если он действительно понял, что любит ее по-настоящему, то, возможно, изменил свой образ жизни, чтобы Трилби увидела, что он стал другим человеком.

— Но Трилби счастлива с тобой.

— Возможно, она просто делает вид, — упрямо возразил Торн. В глубине души у него всегда было подозрение, что ее страсть к нему объясняется тем, что она хочет иметь ребенка. Должно быть, она думает, что ребенок принесет ей утешение и поможет забыть человека, которого она действительно любит.

— Она должна любить тебя.

— Почему должна? Почему? — спросил Торн, глядя на Джека.

— Я решил предложить ей развод, — Торн совершенно шокировал своего тестя.

— Развод?! Почему?!

— Если она была бы счастлива с Бейтсом, как я могу заставить ее остаться со мной? — горько спросил он, снова с отчаянием вспоминая о письме, которое прочел.

Трилби оставила письмо на столе в холле, а он увидел его и прочитал. После этого положил письмо на прежнее место и уехал из дому, не сказав ни слова.

— Что было в письме? — обеспокоенно спросил Джек.

Торн потер руки о луку седла и с болью посмотрел вдаль.

— Он сообщил, что у него хорошая работа и прекрасные перспективы. Что он слишком поздно понял, что любит ее. Он хочет, чтобы она оставила меня

и вышла за него замуж. Он считает, что она будет гораздо счастливее в привычном для нее окружении, где ей не придется страдать от лишений с… таким дикарем, как я.

Глава 19

— Я уверен, что ты ошибаешься… — начал Джек.

— Нет, не ошибаюсь. Я дважды прочел письмо. Она не сказала мне о нем, — добавил он. Это причинило ему самую сильную боль. — Она даже ни словом не обмолвилась.

— Но она едва ли оставила бы его на видном месте, если бы хотела скрыть от тебя, — запротестовал Джек.

— Разве? Возможно, она считает, что так лучше сообщить мне, что она хочет оставить меня.

Такое, действительно, было возможно. Джек не находил слов. Торн явно был унижен, хотя пытался сохранить спокойствие. Джеку было жаль его впервые за все время их знакомства.

— Я могу поговорить с ней, — предложил он.

— С какой целью? Сказать, что развод немыслим? Я не хочу женщину, которая только терпит меня и мечтает о другом мужчине. Я должен отпустить ее.

— Я не знаю, что сказать, — Джек был совершенно растерян.

— Тогда не говори ничего, а тем более Трилби. Мы должны сами в этом разобраться, — тихо сказал Торн. — Я выполню все, что она захочет. Я хочу, чтобы она была счастлива.

Джек посмотрел на него.

— Я думал, ты не любишь ее.

Торн горько рассмеялся.

— Я готов умереть за нее, — хрипло сказал он.

Джек тихо вздохнул.

— Извини. Мне очень жаль.

— Да, мне тоже.

Торн поехал быстрее.

— У нас немного времени, — добавил он, глядя на потемневшее небо. — Надо поторопить парней.

Эти мысли мучили Торна целый день. В тот вечер, когда он вернулся домой, уже стемнело, и в доме было тихо. Он на цыпочках прошел к Саманте, чтобы пожелать ей спокойной ночи, но девочка уже крепко спала. Он стоял, глядя на нее. Его ребенок. Кажется, это было так давно, когда у Сэлли родилось маленькое кричащее существо. Он обожал ребенка, но отношения с Сэлли не давали ему возможности сблизиться с дочкой. Расстояние разделяло их, пока в их дом не вошла Трилби. Сейчас Саманта уже не была замкнутой и стеснительной, она смеялась и играла, как обычный счастливый ребенок, с удовольствием проводя время в компании отца.

— Она спит, — Трилби появилась в дверях.

Торн напрягся.

— Да, вижу.

— Я только что подогрела суп и испекла хлеб.

— Да, я проголодался. Спасибо, — ответил он, не глядя на жену.

Он снял шляпу и зашвырнул ее на вешалку около двери, шпоры его сапог слегка позванивали, когда он пошел через холл в столовую.

Трилби почувствовала его напряжение и холодность. Это удивило ее. Затем внезапно она вспомнила о письме, лежавшем на столе в холле. Саманта взяла письмо с ее столика в спальне, попросив марку для коллекции, а затем забыла его в холле, когда увидела, что Трилби вынимает из печи печенье.