Трикветр

Зайцева Ирина Александровна

— Значит, Вы будете первой. Вы точно беременны. Возможно двойней. Срок мал. Точно скажу недельки через две-три. Оборотни неплохо определяют зарождение жизни, крея. Особенно, если это их дети. А на сроке до трех недель чувствуют только своих. Так что поздравляю Вас, папаша. Именно Ваши детки войдут в историю, как первые кровные наследники креев. Теперь у вас радость в семье, а мне прибавите хлопот. Через недельку милости прошу на осмотр. А сейчас, думаю, вас потеряли.

И, поскольку, онемели мы оба, то ушли не попрощавшись. Услышали тихо для себя сказанное

— Ничего, от счастья

не умирают.

От кабинета лекаря мы отошли недалеко. Все участники «круглого стола» были уже тут.

— Что ты еще натворил, сын? Почему так быстро шел с креей на руках. Ей, что стало плохо?

— Нет, что вы, советник, — я освоилась с ситуацией быстрее. Опыта по прошлой жизни в таких делах больше. — Мне хорошо. Очень хорошо. А натворить? Да, натворил. Скорее сотворил. Полностью разрушил дурную репутацию креи.

— Что? Как разрушил репутацию?

— Конечно, а как еще? Исторически сложилось, что все креи были бесплодны. А я вот беременна. И вот этот папочка утверждает, что двойней. Правда, по его виду не скажешь, рад он или недоволен. Поэтому иду искать утешения у Робера. Ты не очень расстроишься, что первенец не твой?

— Рия моя, я ведь и надеяться не смел, что такое вообще возможно. Тогда, не найдя в папке той бумаги, я понял, что ты ее видела и от нас спрятала. Промолчал. Да я рад больше вас обоих.

— И не ревнуешь?

— К детям? Никогда. Но этого молчуна я все-таки побью слегка, чтобы больше не смел тебя огорчать.

— А можно завтра? — отмер Торер.

— Что завтра?

— Побьешь завтра. Я сопротивляться даже не буду. А сегодня, боюсь, не пойму, кто и за что поколотит. Лири моя, я такой счастливый. Таких больше нет во всем Лиоре.

— Так, счастливые мои, скоро ужин, а мы еще не обедали. Тем более, нам есть, что отпраздновать, — в здравом смысле Роберу не откажешь. — А кое-кому теперь за троих питаться надо и вовремя.

И тут я поняла, как круто попала. Вспомнила, как носился с моими беременностями мой Егор. Он один затерроризировал меня своей заботой. Приятной, нет слов, но порой слишком назойливой, что ли. А теперь их двое. Сбегу. Вот начнут доставать и сбегу. И даже знаю куда. Искать моего дракона. И найду. На свою голову. Их же тогда трое заботливых на меня одну. Ой, мамочки!

Глава 26

Мне хватило недели, чтобы очень захотеть выполнить свою угрозу. Наконец, меня прорвало.

— Так, мои дорогие. Хочу до вас донести, что беременность — это не болезнь. Говорю с полным знанием дела. Или может, это вы уже рожали? В постельном режиме не нуждаюсь. Я вполне могу вести нормальный образ жизни. Кроме того, я должна много и активно двигаться. Движение разгоняет кровь, насыщает организм кислородом. Дети не могут из-за его недостатка развиваться полноценно, родятся слабыми. Тор, тебе что, нужны неполноценные дети? И не надо меня постоянно кормить — заплыву жиром и не смогу нормально родить. Вам нужны осложненные роды? — Меня несло. Я не давала мужьям вставить ни полсловечка. — Предупреждаю, еще раз попытаетесь выставить меня с тренировки, устрою бойкот. И тренироваться буду у себя в гостиной. Там правда, мебели многовато, запнусь, упаду. А потом устрою истерику. Будет это полезно для

малышей? Или сбегу от вас на край света. Да хоть вон Риннриона пойду искать. Может, он защитит от вашего произвола. Мало ли чего, не отпустите. Да кто вас спросит!? Ага, вы еще шпионов на каждом углу понатыкайте. Мало мне вас двоих. Ходите за мной, как надсмотрщики. И вообще! Кто тут крея!

Но истерика не успела накрыть меня с головой. Стук в дверь вовремя прервал поток угроз в адрес не в меру заботливых супругов.

— Креи, прошу прощения. Там в портальной зале человек. Требует пропустить, — портальщик был из новеньких. — Говорит, что муж вернулся.

— Что? — хор из нас получился так себе. Но бегали мы хорошо. Прямо на полу, прислонившись к колонне, сидел уставший, осунувшийся Риннрион.

— Ри-и-нни, — я успела первой, не скрывая эмоций. Мужья уступили мне это первенство. Обняла, прижавшись всем телом.

— Задушишь, сумашедшая. Да я это, я. Живой. Успокойся. Все хорошо. Устал только. И от обеда бы не отказался. — Он сделал попытку встать, но я не хотела отцепляться. Так что Роберу пришлось меня отцепить и передать в руки Тора.

— Держи, — протянул руку Риннриону. — Вот не думал, что так будет. Но я действительно рад тебя видеть. Судя по твоему виду, тебе крепко досталось. Сначала мыться или еда актуальнее?

Портальщики в недоумении таращились на наши обнимашки. Сегодня вся смена новички? А, не до них. Сами разберутся, где прокололись. Тор подхватил меня на руки, Робер приобнял шатающегося от усталости дракона.

— Сначала в порядок себя приведу. Поесть успел, пока портал донастраивали. И хоть часик поспать. Понимаю, что вам все узнать хочется. Но сил нет даже на просто поговорить.

— Тор, да отпусти ты меня. Отдыхай, Ринн. К обеду тебя разбудим. Накормим, тогда и расскажешь все. А у меня еще с этими двумя воспитательное мероприятие не закончено. — Любопытство грызло изнутри, но мой дракон действительно нуждался в отдыхе. — Робер, проводишь? Только ничего без меня не обсуждать. А то с Вами увяжусь, и отдыха не получится. — Все равно расскажет основные наши новости, не утерпит.

Робер задерживался. Появился спустя почти полчаса.

— Ты там без нас все новости узнавал?

— Какие новости? Его сил едва хватило в ванну лечь. Если бы не зашел следом за ним, спросить, не нужно ли чего, он бы и уснул прямо в воде. Растормошил, помог выбраться, перейти на кровать. Уснул, не успев подушки коснуться. Одеялом и то я его накрывал. Не понравилось мне все это. Попросил рия Никоса посмотреть, что с нашим драконом. На вид — в могилку краше отпускают. Разделся — ребра наружу торчат. Никос сказал, что зайдет, как закончит.

— Меня тоже его слабость насторожила. Потому и просила тебя, его проводить. Он ведь не ранен?

— Нет, несколько ссадин и царапин не в счет. Вот только выглядят они, как застарелые. На драконах обычно заживает все почти сразу. Такие царапины за секунды исчезать должны.

Все наши проблемы отошли на второй план. Молчание угнетало. Ждали Никоса. К его приходу напряжение почти достигло верхнего предела. Войдя, рей сразу начал с основного.

— Давайте сядем. Есть разговор.

— Все так серьезно?