Тридцать один
Шрифт:
Я отчаянно замотал головой.
– Я хочу быть вашим учеником, маэстро! – поклонившись, проговорил я.
Я плохо плавал и вообще недолюбливал глубокие водоемы.
Дядя замер на начале фразы с поднятой, в угрожающем жесте, рукой.
– Что-то ты вдруг стал таким вежливым? Поумнел?
– Да, учитель. – не поднимая глаз, сказал я.
После сытного обеда, в отсутствии трансформаций, я обычно делался очень мудрым.
– Хорошо, ученик. – уже спокойно проговорил дядя.
Тем вечером, я впервые попробовал
Мое, первое в жизни, приобщение к высокой кулинарии, неожиданно для меня, принесло полнейшее разочарование. Страж походил на обычное мясо, только соленое и горькое. Волокна жесткие, тянучие, резиновые. Я с трудом работал челюстями, подавляя желание выплюнуть стража обратно в блюдо, поближе к его сердцу.
Лицо дяди растянулось в довольной усмешке.
– Мерзость, не правда ли? – продолжая ухмыляться, спросил он.
– И за эту дрянь Эрлик готов выкладывать сумасшедшие деньги? – с трудом выговорил я.
– Пятьдесят золотых. – гордо произнес Оливье.
– Сколько? – выкрикнул я.
Изо рта полетели пережеванные куски мяса, но я не сдержался. Пятьдесят золотых монет – целое состояние. Я бы прожил на них год. Может даже дольше.
– Да это же жуткая гадость! – не выдержал я.
– Конечно. – согласился дядя. – Поэтому, стража не едят без его сердца. Во многих блюдах важны не ингредиенты, а способ приготовления и ритуал поглощения. Стража кушают так. Отрезаешь кусок мяса и жуешь, затем добавляешь часть синего плода.
Мне совсем не хотелось пробовать горькое мясо снова, но я подчинился. Глубоководный томпондрано по-прежнему оставался мерзостью. Я продолжал жевать, стараясь не слишком сильно морщиться.
– Не забудь про плод! – напомнил дядя.
Я отрезал часть сердца и положил в рот. Раздавил зубами так, что брызнул сок. Как только плод смешался с мясом, вкус кардинально изменился. Став неописуемым. В том смысле, что я не знаю, как его описать. Скажу, что я ни разу в жизни не пробовал ничего подобного. Нежное и одновременно терпкое, и острое. Восхитительное… не подобрать слов.
– Ну как? – покровительственно проговорил Оливье.
– Необыкновенно! – восхищенно простонал я.
– То-то же. – мягко ответил дядя. – Я расскажу тебе, как приготовить стража пурпурного сердца и многое другое. Я стар. Мне пора на покой, но я не могу оставить свой пост, не подготовив наследника.
– Пост?
– Именно. В избранных кругах меня называют хранителем вкуса. – он криво усмехнулся.
– Я много раз слышал, как директор академии говорил, что обязательно найдет тебя, и ты станешь жемчужиной его коллекции.
– Я знаю. – с гордостью проговорил мастер Оливье. – Забавный старикан. Но, он
Звучало не очень убедительно, но я на всякий случай кивнул.
– Да, учитель.
Дядя откинулся на стуле.
– Малыш, начинаю думать, что ты не такой уж орк, как я думал. Может тебе просто не везло в жизни?
Я попробовал отодвинуть блюдо подальше. Потрясающий вкус стража еще держался во рту, и я не мог сосредоточиться ни на чем другом. Только на удивительном вкусе. Руки не повиновались, продолжая резать куски мяса, плода и пихать мне в рот.
Дядя наслаждался происходящим.
– У стража пурпурного сердца имеется одна особенность. Его можно есть бесконечно, пока не разорвешься от обжорства или, съев блюдо целиком, не умрешь от голода.
– Но ведь Эрлик…– начал я с набитым ртом.
– Есть секрет и Эрлик его знает. – улыбаясь, проговорил Оливье. – Сейчас, узнаешь и ты. Чтобы после наслаждения вкусом стража убрать побочный эффект, нужно выпить молока.
– Обычного? – причмокивая, удивился я.
– Заграничного. – передразнил дядя. – Конечно, обыкновенного. – добавил он, протягивая пузатый кувшин.
Я жадно присосался к сосуду. Молоко потекло по подбородку.
– Какой ты все-таки трусливый. Испугался, что станешь первым оборотнем умершим от обжорства? – улыбнулся мастер Оливье.
Закончив пить, я поставил крынку на стол и повторил позу дяди, откинувшись на спинку стула. Тяжесть в животе быстро проходила. У меня потрясающий метаболизм.
Дядя, продолжая улыбаться, покрутил ус.
– Перед сном хочу рассказать тебе поучительную историю.
Я улыбнулся в ответ.
– Да, учитель.
Оливье наклонился, оперся локтями о стол и посмотрел вдаль. Темное небо слилось с черным морем. Звезды отражались в воде, стирая границу между стихиями.
– Все, что я готовлю, я должен поймать сам. Мне нужны самые свежие ингредиенты. К тому же, способы охоты и поимки дичи почти всегда влияют на будущий вкус блюда. Одному охотиться трудно, а подчас невозможно. Вот, я и беру помощников. Последнего подмастерья я нашел на одном из островов южного архипелага. Местные аборигены хотели его сожрать, но я выкупил. Надо признать переплатил, он оказался на редкость бестолковым и не годился в ученики.
Дядя отпил молока из той же крынки, что и я, и продолжил.
– Не очень люблю стража, чересчур насыщенный вкус. – сообщил он и вернулся к рассказу. – К тому же, этот гаденыш оказался лунатиком. Думаю, за это его и хотели сожрать, но дело даже не в этом. Нам понадобился молодой красный дракон. Один из моих давних клиентов заказал Переперченную гору. Этот мясной торт готовится исключительно из драконьего мяса. Мы приплыли к островам. Я исходил весь архипелаг с запада на восток, и прекрасно знаю, где какие твари обитают. Их гнезда, лежбища, кладбища.