Трибьют
Шрифт:
Он покачал головой и отправил в рот последний кусочек стейка.
— До сих пор не могу зайти в бар и спокойно насладиться бокалом пива, если я за рулем. Матери умеют испортить нам жизнь.
— Он до сих пор здесь живет? Мальчик — конечно, теперь он уже не мальчик, — который выжил после аварии?
— Умер в прошлом году. Или в позапрошлом. Точно не помню.
— Я об этом не слышала.
— Всю свою жизнь он провел дома. За ним ухаживали родители. Ужасно.
— Да. Его отец винил во всем Дженет. За то, что привезла сюда свою голливудскую порочность, что плохо смотрела
— Но никто не заставлял этих двух парней садиться в машину, — заметил Форд. — Никто насильно не вливал им в горло пиво и не накачивал наркотиками. Они были молоды и глупы, все трое. И заплатили за это ужасную цену.
— И она заплатила им. По словам моей матери — а ее раздражение свидетельствует о том, что это правда, — Дженет заплатила семьям этих мальчиков значительные суммы денег. Никто не знал сколько, даже моя мать. Кроме того, согласно «евангелию от Дилли» Дженет сохранила ферму как памятник Джонни и по этой же причине связала ее трастовыми договорами на много десятилетий вперед. Но я в это не верю.
— А во что вы верите?
— Я верю, что Дженет сохранила дом, потому что была здесь счастлива. Потому что только здесь она могла слышать свои мысли, даже если они были мрачными и страшными, — Силла вздохнула и откинулась на спинку стула. — Вы не нальете мне еще бокал вина, Форд? Всего будет три, и это мой верхний предел.
— А что случится после трех?
— Я не переходила границу уже много лет, но, как свидетельствует история, расслабленность сменяется легким и приятным возбуждением, которое заставляет меня выпить еще один или два бокала. И я уже буду вдрызг пьяная, я наброшусь на вас, а утром встану с головной болью и смутными воспоминаниями о том, что между нами произошло.
— В таком случае на этом следует остановиться, — он налил ей вина. — Когда между нами что-нибудь начнет происходить, ваша память должна быть ясной.
— Я еще ничего не решила на этот счет, вы же знаете.
— Да, знаю, — он пристально посмотрел на нее. — Я не могу оторваться от ваших глаз, Силла. Они притягивают меня.
— Это глаза Дженет Харди.
— Нет, глаза Силлы Макгоуэн.
Она улыбнулась и сделала маленький глоток из своего последнего бокала вина.
— Я собиралась придумать предлог — или даже не снисходить до предлога, — чтобы не приходить к вам сегодня вечером.
— Правда?
— Правда. Потому что вы указывали, как мне следует жить.
— Скажем, не «указывал», а «беспокоился». И почему же вы пришли?
— Покупка унитазов привела меня в прекрасное настроение. Серьезно, — ответила она на его смех. — Я нашла то, что мне нужно, Форд. После долгих поисков.
— М-м… Унитаз?
Настала ее очередь рассмеяться.
— Я поняла, что мне нужно, — это взять что-то разрушенное, брошенное или хотя бы немного потускневшее и сделать так, чтобы оно вновь засияло. Улучшить его. И от этого улучшается мое настроение. И поскольку у меня было хорошее настроение, я перешла через дорогу. Я очень рада, что сделала это.
— Я тоже.
Она не видела ни его, ни Спока, когда следующим утром
У нее нет времени на сантименты, напомнила себе Силла. Тем не менее, когда возле двери к ее ногам бросился Спок, явно обрадовавшийся встрече, она целых десять минут гладила его, слушая ответное ворчанье — эти звуки служили псу для общения. Отличная тренировка, смешная собака и погожее утро — все это привело Силлу в хорошее настроение. Она перебежала через дорогу, приняла душ и позавтракала черничным йогуртом и кофе. К тому времени, когда она переоделась в рабочую одежду, к дому начали подъезжать бригады строителей.
Тренировки занимали у Силлы все утренние часы, но она была рада этому. В это время она мысленно проговаривала и разрешала проблемы.
— Я собираюсь расширить ванную комнату, Бадди, — после таких размышлений объявила она водопроводчику, и он, как и следовало ожидать, громко вздохнул.
— Ту, которой я пользуюсь теперь, а не ту, которой вы занимаетесь.
— Все равно это дополнительная работа.
— Я уже поговорила с Мэттом, — Силла не обратила внимания на его слова. — Пойдемте, я покажу, что мы собираемся сделать.
Бадди что-то мямлил, как обычно, но другого от него ожидать и не приходилось.
— Теперь мы переносим мой кабинет наверх, вместо этой спальни. Я собираюсь использовать освободившееся место для хозяйской ванны. Мы снесем эту стену.
Он слушал, тер подбородок и качал головой.
— Обойдется недешево.
— Да, знаю. Детали появятся позже, но пока идея такова, — она открыла блокнот и показала план, разработанный вместе с Мэттом. — Мы сохраним старую ванну на лапах — отреставрируем и поставим ее вот сюда. Здесь будут напольные трубы и слив. Здесь две раковины, скорее всего, утопленные.
— Наверное, вы поставите гранитную плиту или что-то вроде этого.
— Нет, цинк.
— Что?
— Цинковая столешница. А здесь я поставлю душевую кабину. Да, — сказала она, не давая ему возразить. — Голливудские идеи. Вот тут будет стеклянный отсек для туалета. В целом все это должно соответствовать архитектуре в стиле ретро — это будет здорово, Бадди.
— Вы хозяйка.
— Это уж точно, — улыбнулась Силла.
Затем хозяйка отправилась на веранду, чтобы, наслаждаясь лучами апрельского солнца, сооружать перила и прибивать планки.
Когда появился отец, боковые стороны уже были закончены, и Силла немного устала.
— Выглядит отлично, — заметил он.
— То ли еще будет, — улыбнулась Силла.
Он кивнул в сторону дома, из которого доносилась какофония звуков, типичных для стройплощадки.
— Похоже, внутри тоже кипит работа.
— Первая стадия разборки закончена. Я немного изменила план, так что потом придется кое-что сломать на втором этаже. Но завтра приходит инспектор, — она скрестила пальцы. — Чтобы согласовать прокладку водопровода и электромонтаж. Тогда мы развернемся в полную силу.