Трибьют

Робертс Нора

— Я слаб в покере.

— Поэтому я тебя и зову.

— Не знаю…

— Видишь? — подмигнул Брайан отцу. — Он уже под каблуком. А ты спрашиваешь, почему я не женат.

— Я не…

— Все такой же ботаник. Только теперь дело в женщине.

— Господи. И почему я с тобой дружу?

— В девять часов. Принеси пиво.

Уборка не отняла много времени — мусор был собран в мешки, остатки еды сложены в контейнеры. Последние гости помогли отнести все, что нужно было отнести, в дом Форда.

— Целых два

дома, — заметила Энжи, — и не хватает места. Что делать с этим пирогом?

— Форд может забрать его к Брайану.

— Вряд ли я…

Силла улыбнулась.

— Иди, будь мужчиной. Оставь мне на пару часов мои два дома. Со мной все в порядке.

— Конечно, в порядке, — Патти плотно закрыла маленькую миску с остатками салата из фасоли. — Почему она не должна быть в порядке? Или что-то случилось? — спросила она, перехватив взгляд Форда. — Что-то не так?

— Прошлой ночью Хеннесси покончил жизнь самоубийством. Форд волнуется, что я приняла это слишком близко к сердцу.

— Милая!

— Да, и кроме того, я не хочу оставлять тебя одну, — сказал Форд.

— Мы останемся, — заявила Патти. — У нас будет своя — женская — вечеринка.

— Нет, не останетесь. Мне не нужны няньки. Я собираюсь перебрать фотографии, которые дал мне твой отец, — возразила Силла, передавая миску матери Форда. — Пара часов в одиночестве — это как раз то, что мне нужно. Не обижайтесь.

— Но…

— И я хочу зарисовать пару идей по поводу тренажерного зала и студии, не опасаясь, что ты заглядываешь мне через плечо. Иди. Я буду здесь, пока ты не вернешься, — прибавила она, видя, что он собирается возразить. — Брид, богиня-воительница, не нуждается в телохранителях. А теперь иди.

— Хорошо. Я на пару часов, не больше.

— Так, девочки, разбираем тарелки и пойдем. Я развезу всех по домам, раз уж мужчины нас бросили, — Пенни положила руки на плечи Силлы. — Завтра я тебе позвоню, и мы назначим время и место, чтобы вместе со мной и Патти устроить первое совещание по организации события года.

— Я должна бояться?

— Очень, — Пенни поцеловала ее в щеку. — Ты хорошая девочка.

Наблюдая, как Пенни подгоняет всех к двери, Силла подумала, что у нее будет весьма интересная свекровь, с которой они найдут общий язык.

— Теперь ты, — сказала Силла Форду.

— Я могу задержаться на час.

— Форд, никто меня не будет беспокоить. Хеннесси мертв, и газетчики ухватятся за это. Мне нужен тихий, спокойный вечер. И я не хочу, чтобы кто-то из вас волновался, когда я провожу тихий, нормальный вечер дома. Кроме того… — она нагнулась и почесала Спока за ухом, — у меня есть телохранитель.

— Все равно запри дверь.

— Запру, — она поцеловала его на прощание и вытолкала за дверь. — Не ставь на неполный «стрит», — прибавила она, захлопнула дверь и заперла ее на ключ.

Потом она повернулась к Споку и тяжело вздохнула:

— Я думала, они никогда не уйдут.

Довольная, она поднялась наверх за коробкой с фотографиями.

Глава 30

Ей

доставляло огромное удовольствие перебирать старые фотоснимки. Силла подумала, что Форд, наверное, захочет выбрать некоторые карточки, чтобы поместить их в рамку и повесить на стену. Например, групповое фото. Его отец, его мать, ее дядя, Дженет и… кажется, это молодой и красивый Том Морроу. Брайан явно на него похож.

Она стала сортировать фотографии по тематике, а потом каждую стопку в хронологическом порядке.

Она смотрела, как росла ее мать — сначала ребенок, потом девушка, потом молодая женщина. Просто удивительно, думала Силла, насколько лучше они ладят, когда их разделяет большое расстояние. И не очень удивительно, добавила она про себя, что они гораздо лучше находят общий язык, когда ее мать собирает хвалебные отзывы.

Никакого сарказма, предупредила себя Силла, добавляя снимок Дженет в дверях дома к стопке, которую она собиралась поместить в рамки.

Интересно, есть ли на каком-то из групповых снимков ее любовник? Или они были достаточно осторожны, чтобы не фотографироваться вместе? Или сохраняли внешнее спокойствие и непринужденность, хотя внутри у них кипели страсти?

Не надо строить догадки, еще раз напомнила себе она. Но она была не в силах удержаться от предположений, перебирая фотографии. Может, это заметно? Силле казалось, что все мужчины, сфотографированные рядом с Дженет, выглядят влюбленными в нее. У нее был такой дар.

Боже, даже Бадди выглядит очарованным на снимке, где они стоят на веранде и Дженет дурачится, делая вид, что бьет его по голове его же трубным ключом.

Она была неотразима — и в мешковатых джинсах, и в элегантном платье. Неотразима в этом красном сарафане на фоне белого рояля. Рождество, подумала Силла и взяла фотографию, чтобы лучше рассмотреть ее. Красные свечи и падуб на блестящей крышке рояля, сверкающие огни в окне.

Последнее Рождество перед смертью Джонни. Ее последний праздник. Слишком печально, чтобы вставлять этот снимок в рамку. Или любой другой, сделанный в тот вечер. У нее сжималось сердце, когда она видела своих родителей, стоящих вдвоем на фоне елки. И бедного Джонни, с улыбкой держащего белую омелу над своей головой.

И всю молодежь — Гэвина, Джонни, Дилли, мать Форда, Джимми Хеннесси и мальчика, который погиб вместе с Джонни в ту ночь, — сгрудившуюся на диване в своих нарядных костюмах и с улыбками на лицах.

Нет, эту фотографию она тоже не повесит на стену.

Силла отложила снимок и взяла следующий, где был запечатлен Том. Она не сразу поняла, что женщина рядом с ним — это Кэти. Тогда у нее были волосы красно-коричневого цвета и нелепая прическа в виде пышного шара. Она выглядела такой застенчивой, взволнованной, скованной. Сильно поправилась во время беременности, вспомнила Силла, а платье и прическа только подчеркивали это. Крупный жемчуг и блеск бриллиантов свидетельствовали о деньгах, но она явно еще не обрела уверенность в себе.