Трибред
Шрифт:
Джафар.
Мальчик, возрастом два с половиной года, спокойно сидел в углу игровой комнаты, в то время как все его ровесники, бегали за мячиками, возились с машинками, или отнимали друг у друга кубики. Казалось он спит, но стоило хоть кому ни будь приблизиться на расстояние полуметра, как глаза открывались, и взглядом полным холодного равнодушия, заставляли замереть на месте даже взрослых.
Пожилая воспитательница уже несколько дней следила за этим мальчиком, иногда она пыталась свести его с другими детьми, но как
Частенько в детский дом, попадали дети пережившие трагедию, иногда на их глазах умирали родители, что не могло не сказаться на психике. Казалось бы, что этот ребенок еще слишком мал, что бы понимать, что происходит, но стоило поймать взгляд черных глаз, как создавалось ощущение, будто на тебя смотрит усталый старый человек.
Женщина передернула плечами, прогоняя наваждение, и собравшись с духом, подошла к мальчику.
– Джафар, ты не хочешь поиграть с друзьями?
– С мягкой улыбкой, спросила воспитательница.
Мальчик лениво посмотрел на середину комнаты, где два мальчишки пытались собрать пирамиду, после чего опустил веки, и молча покачал головой.
Женщина удержала вздох, что бы не обидеть ребенка и продолжила:
– тебе нужно учиться общению с ровесниками, заводить друзей, что бы вы помогали друг другу...
Джафар, с сомнением глянул на группу детей, не сумевших поделить один паровоз, и снова покачал головой.
– ну... если ты не будешь заниматься бегом, и лазаньем, то вырастишь слабым, и не сможешь себя защитить.
– Выдала на угад, пожилая воспитательница.
На этот раз, мальчик задумался на гораздо большее время, и когда женщина уже и не надеялась получить ответ, кивнул и поднялся на ноги. Продолжая хранить молчание, он прошел к дальней стене, по пути подобрав бесхозный мячик.
– ну, хоть что-то.
– Пробормотала воспитательница, одна из немногих, кто действительно переживал за воспитанников.
Мяч ударяется об стену, падает на пол, подскакивает и возвращается в бросившие его руки. Это действие повторяется раз за разом, и ни единый мускул на лице ребенка, не дрогнул, даже когда мяч попытался перехватить мальчишка на год старше. Хватило одного лишь взгляда, что бы незваный гость, вернул игрушку и ушел на безопасное расстояние.
"ненавижу попугаев, особенно красных и говорящих. Яго, неблагодарный предатель, все же посодействовал моей смерти. Хотя... глупо на него злиться, ведь именно я воспитал в нем такой характер. Теперь же, стоит подойти с умом к новой возможности, нельзя повторять те же ошибки, что и в прошлой жизни".
Впервые за полгода, что Джафар провел в детском приюте, на его губах появилась слабая улыбка.
"нужно вернуть все мои умения, и когда тело подрастет, вновь попытаться пробиться к вершинам власти. Время есть, спешить мне некуда...".
Размеренное течение мыслей, прервал неожиданный приступ головной боли. Руки рефлекторно сжали резиновый
"ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МИР МАГОВ И МАГЛОВ!
Ты один из трех счастливчиков, которым предоставлен второй шанс, постарайся не разочаровать меня.
В качестве бонуса сообщаю, что в школу магии, тебя заберут только в возрасте одиннадцати лет. Так что, готовься, скучно точно не будет".
Свиток исчез, а Джафар только заметил, что рядом с ним, на коленях сидит воспитательница. Ее встревоженный взгляд был устремлен прямо в лицо мальчика, и по всей видимости, она уже некоторое время задает один и тот же вопрос:
– ...что-то болит?
Я только покачал головой, для убедительности пару раз стукнул мячом об пол, и улыбнулся. Вряд ли женщина поверила, но так же улыбнулась, провела рукой по моим волосам, и отошла к группе детей, возящихся с кубиками.
"что ж, значит в одиннадцать лет? Я буду готов. Интересно, если я превзойду в итоге того бледного в сереневом костюме и носителя железок, мне дадут третий шанс?".
Черный замок.
Три могущественных существа, которых уже нельзя было назвать людьми, одновременно остановили изображения на трех экранах.
– ставлю три яйца черных драконов на Джафара.
– Провозгласил Жульен.
– шесть "железных рыцарей" на Джокера.
– Ответил равноценной ставкой Максим.
– пять "малых звезд", заключенных в алхимическое стекло, на Шредера, принимаете?
– Виталий поправил зеркальные очки, блеснув круглыми стеклами.
Оба приятеля кивнули, получить почти бесконечный источник энергии, хотели оба.
– в таком случае, ставки сделаны, ставки больше не принимаются...
ВОЗВЫШАЕМСЯ ПОТИХОНЬКУ.
Джокер.
Пустой, выглядящий как горилла, с дырой в животе и парой длинных рогов на клыкастой маске, лениво брел по пустыне Хуэко Мундо. Он уже не помнил, сколько лет продолжаются бесконечные поиски жертв, да и не до размышлений было разуму, тонущему в океане ненависти.
Внезапно, песок в шаге перед Горилой, взорвался фонтаном, и из него, вылетела стройная фигура другого пустого, на мгновение зависшая на высоте маски рогатого обезьяна.
– пдыщ!
– Прокричал Джокер, нанося сокрушительный удар ногой, в правый висок противника.
Маска гориллы не выдержала столь грубого обращения, и разлетелась на осколки, и спустя пару секунд, массивное тело рухнуло на песок.
– приятного нам аппетита.
– Пожелал я себе, приступая к поеданию очередной жертвы.
Даже не представляю, как давно обитаю в здешней пустыне, охотясь на слабаков, вроде нынешней обезьянки. С уверенностью можно сказать только одно: не будь я сумасшедшим на момент прибытия, наверняка уже исправил бы этот недочет.