Три ПВ СИ)
Шрифт:
В клинике экстренной помощи Института восстановительной хирургии проведена интересная операция.
…Сияющий белизной зал, специальные бактерицидные источники света уничтожают возможность проникновения в операционную инфекций. У стола, где лежит больной, склонились врачи.
Лазерный скальпель, управляемый программой ЭВМ под руководством хирурга, рассекает кожу. Ассистент проворно накладывает зажимы. Хирург рассматривает изношенное сердце, едва справляющееся со своей работой.
— Будем заменять, —
Ассистент приносит морозильный сосуд, он открывается, а внутри новое сердце — на вид оно имеет поразительный белый цвет. Но вот хирург вводит в новый орган сыворотку на основе медицинских препаратов и крови пациента — орган начинает на глазах розоветь.
Через несколько минут операция закончена. Рана стянута и пациенту введён регенерационный препарат. Уже через неделю его выпишут домой.
— Когда-то на заводах Форда, — рассказывает хирург после операции, — висел такой плакат: «Не забывайте, что бог, создав человека, не создал к нему запасных частей». Но уже в пятидесятых годах советские учёные Демихов, Синицын и другие занялись проблемой пересадки сердца. Их работы натолкнули на мысль создать специальные институты по замене повреждённых органов человека — печени, почек, лёгких.
Проблема продления жизни человека — важнейшая в современной медицине. Не случайно с 2010 года подобные клиники по восстановительной хирургии стали открываться во всех крупных областных центрах по всему Советскому Союзу.
— Раньше была большая проблема с тем, где добыть нужные органы для пересадки, — продолжил рассказывать хирург. — Но эта проблема была не единственной, на самом деле их множество. Самое основное — приживить орган, не вызывая отторжения тканей. После того, как органы стали создаваться с помощью трёхмерной печати, трансплантология вышла на новый уровень, недостижимый ещё в конце двадцатого века. А изобретение препаратов, ускоряющих регенерацию и превращающих обезличенный орган в воспринимаемый организмом как родной, свело проблему приживления на нет.
В настоящее время в клиниках, расположенных в крупных городах нашей необъятной родины, ежедневно проводятся тысячи операций по пересадке больных органов. Не за горами тот день, когда органы будут заменять не с целью лечения, а для продления человеческих жизней.
Глава 5
Советский союз… серьёзно?! Заповедники на луне, термоядерные реакторы, продвинутая медицина и коммунизм… Да твою дивизию — разве такое бывает?
Тут мимо проехал автомобиль — это был полноприводный минивэн с обтекаемыми формами, отдалённо он напоминал иностранные модели вроде Митсубиси Делика: довольно короткий кузов для семиместной машины, плавные обводы, высокий дорожный просвет и большие колёса на шестнадцатидюймовых дисках. Но самым удивительным было то, что автомобиль был бесшумным, у него не было выхлопной трубы, а впереди красовалась серебристо-красная эмблема с надписью «АЗЛК».
После лицезрения продвинутого электромобиля
Интересно, а может обычный человек с улицы прийти в больницу и получить медицинскую помощь? У меня ведь ни документов, ни денег. Придётся что-то придумывать. Единственное, что может сработать — имитировать потерю памяти. Только от рюкзака со всем содержимым лучше избавиться. Надо спрятать вещи, но так, чтобы потом их можно было найти, а главное, чтобы никто случайно не нашёл. Пистолет и техника из другого мира будут играть против меня.
Предположив, что человек в новом камуфляже может вызвать вопросы, я переоделся в старые брюки цвета хаки и мятую футболку. Перед надеванием на всякий случай оторвал ярлыки, а то маркировка «Сделано в России» в СССР может быть крайне подозрительной.
В рюкзаке лежали пакеты, в которые складывались продукты, их как раз хватило, чтобы в несколько слоёв укутать рюкзак. ПВПВ и ампула с сывороткой в защищённых кейсах, так что им ничего не будет. Единственное, что может пострадать, если вода всё же просочится в рюкзак — ноутбук и сотовый телефон. Но их хоть и жалко, но не особо.
Яму пришлось рыть руками неподалёку от приметного тополя. Песок копался легко, на месте захоронки воткнул ветку. Землю разровнял и присыпал ветками и листвой, теперь ничего не говорило о том, что тут может быть что-то закопано. Вряд ли кому-то придёт в голову копать в подобном месте в поисках клада. Я так в молодости закапывал вещи, когда ездил с друзьями на рыбалку, чтобы потом не тащить их вновь. Единственной проблемой было найти нужное место, приходилось копать по пять-семь ямок, прежде чем отыщешь спрятанное.
Вновь выйдя на дорогу, я поковылял в сторону, где предположительно расположено шоссе. Сзади зашуршали шины, со мной поравнялся и остановился автомобиль. Он выглядел как спортивный седан, похожий на Теслу. Серебристый кузов блестел на солнце, он был из некрашеной нержавеющей стали, как у Делориана. Переднее пассажирское окно опустилось, там сидела стройная девушка примерно тридцати лет с короткими пшеничными волосами. На ней был надет лёгкий сарафан белого цвета с синими цветочками. На месте водителя сидел парень примерно того же возраста, поджарый, среднего роста, с округлым добродушным лицом и темно-русыми волосами, которые были зачёсаны набок. Он был в голубой рубашке с короткими рукавами и в серых лёгких брюках.
— Дедушка, вас подвезти? — участливо спросила девушка.
Дожил… Уже почти ровесники меня принимают за старика. Из груди вырвался печальный выдох.
— Спасибо, не откажусь.
Задняя дверь поднялась вверх, прямо как у премиальной Теслы. Сочтя это за приглашение, я сел на заднее сиденье.
— Вам куда? — спросил парень.
— Ребята, мне бы как-то в больницу попасть, да вот не знаю, будут ли меня там лечить…
— Ой! А что с вами произошло? Вам плохо? — девушка проявила непритворное беспокойство. Молодые люди казались добродушными и не лишёнными сочувствия.