Три Маргариты

Храмова Светлана

И Аля в минуты печали непременно организовывала чаепитие с медовыми пряниками и кренделями, тщательно выстроив посуду на кухонном столе, будто войска для решительного сражения. Депрессия улетучивалась к середине второй чашки густо заваренного напитка (Алевтина именно так и произносила: «напиток», она следила за домашней речью, как профессиональный редактор следит за течением мысли автора, бесконечно поправляя неточности). Черный шоколад, выпускаемый по технологии императорского, и виски White Dewars прилагались.

Она сидела на кухне в одиночестве, но одета тщательно, как для парадного портрета – струящееся тонкого шелка кимоно цвета бледного

граната с зеленью кое-где, старинный сирийский браслет на левом запястье, камея на безымянном пальчике левой руки. Правая рука украшена обручальным кольцом и золотыми часами, подаренными Славиком в первый месяц после свадьбы. Жемчужные серьги, доставшиеся ей от мамочки, в прошлом главного бухгалтера крупного автомобильного завода. Все мелочи в наряде имеют значение, ничего случайного.

А в целом – премиленькая домашняя картинка, задумчивый редактор небольшого издательства завтракает субботним утром на собственной кухне.

Состоялось и образовалось. Как нельзя лучше. Алевтина защитила диссертацию об авторстве «Песни о вещем Олеге» с лингвистическим анализом различных версий. Славик строчил книги по истории Востока. И постепенно выяснилось, что Але, не погружаясь в тонкости психологии умом непостижимых азиатов, тут она мужу доверяла, он мудр, – выпала доля специализироваться на редактировании причудливых и хитросплетенных текстов. На издании книг Славика и его ближайших друзей. На продажах нужного количества экземпляров, – с этим совсем вначале плохо было. Потом расширили и укрепили связи с посольствами, стали распространять книги с дипломатической помощью. Гранты на издания потекли рекой. Ведь книги отражали успешную деятельность посольств в укреплении межгосударственных связей.

Славик, даром что толстоват и неуклюж (но добродушен!), обладал железной хваткой. Как полководец, он видел исход битвы, мыслил перспективно. И точно знал, в какую именно точку нужно усилия прикладывать. Доходы издательства увеличились, они смогли и мебель прикупить, и ремонт небольшой сделать. Потом еще один ремонт осилили, покруче.

Старинную мебель собирали на распродажах и реставрировали за совсем небольшие деньги – и в результате не стыдно, торжественный прием представителей какого-нибудь посольства или консульства иногда проходил у них в доме. На ура. Только стремительно стареющую Ольгу Павловну просили в такие вечера не выходить. Она иногда странно себя вела. Славик просил почтенную бухгалтершу на пенсии ограничиться воспитанием внучки Ирочки, тем более что с ней, кроме как накормить вовремя и умыть, никаких хлопот. Золотой ребенок, академический!

Однажды через семью почтенных парижских русских (давние отношения неожиданно возобновились, умиленные всплески рук при встрече, Баснецовы с семьей Громадановых в третьем поколении общаются, и прародителей Славика припомнили – ах, оба наших прадеда вместе на фото, вы ведь видели?) началось знакомство с французскими дипломатами. Накоротке (и все благодаря Варваре Баснецовой, она великосветская львица, она могущественна – везде вхожа, всюду принята!). Тут уж и Славик не подвел, и Алевтина проявила знание языков. Доверие росло.

В Париже интерес к мемуаристике неистощим, труды пишутся и переписываются, авторы копаются в мелочах, вытаскивая на свет новые факты, оспаривая даты и события, издают и переиздают воспоминания, и что особенно удивительно – в книжных магазинах они идут нарасхват. Времена Екатерины Медичи, религиозные войны, дележка земель, большие и малые войны, сражения и потасовки: XV–XVIII века в особом фаворе. Персонажей, биографии которых (несмотря на тысячи исписанных страниц) остаются не изученными до конца – множество. А история масонства! Предприимчивая Нина Берберова

в свое время потрудилась, двери книгохранилищ перед ней раскрывали высокие покровители. Архивные документы доверяли… В дипломатических кругах Франции отношение к русским особенное, очень уж много потомков лучших фамилий туда переместилось.

Сказка недолго сказывалась, контакты завязывались и крепли, в конце концов Славик с друзьями сделали ярчайший проект, французы его не просто одобрили, но приняли с воодушевлением: частное издательство в Звездограде становится чем-то вроде литературного филиала французского представительства в России. Они кооперируются! И главной задачей будет воссоздание биографий выдающихся личностей, оставивших след в истории Франции. А их тьма тьмущая.

Посольство заботило распространение достоверных версий, а Славик с Алевтиной напали на золотую жилу. Один образ цеплялся за другой. Серию книг можно длить бесконечно. Качество переводов проходило строгую проверку, но экспертами были сотрудники издательства, то есть Алевтина Сергеевна в первую очередь. Споры в обществе по поводу напечатанных трудов смысла не имели, эпоха вызывает в России живой интерес. В познавательном, а не в разоблачительном ключе. Оспаривать невозможно – тексты проверке не подлежат: материалы подготовлены в содружестве с французскими коллегами. Финансирование – от французского же комитета по развитию культурных связей с восточными странами. Славик теперь будет писать о Западе и сам станет представителем Востока в какой-то степени, дома они часто смеялись по поводу такого неожиданного поворота.

Это изумительно! На долгие годы материальные заботы отменяются. И книги будут продаваться значительно спокойней, Франция в нашей стране овеяна романтическими легендами и вызывает трепет с восторгом пополам. Это не с хитрющими китайцами и вьетнамцами вместе, какое-то время можно от них отдохнуть. Тонкие и хорошо воспитанные люди с нами в теснейшей связи!

Аля обожала вальсировать. Звучала музыка, она обнимала Славика и они кружились по комнатам, и голова у нее кружилась от счастья.

– Издательство мы переименуем в… «Актуальные мемуары»!

– Странноватое сочетание слов, но будь по-твоему. Почему бы и нет? Это несколько расширяет горизонты. Любая нелепица сообщает предприятию право на размах. Отклонение от генеральной линии допустимо и подразумевается. А главное – мы актуальны! Ты умница, Алечка, я всегда это знал. – Славик поддерживал ее вытянутую руку, обнимая за талию, и они двигались в ритме вальса.

Аля про себя уже составляла список исторических личностей, о которых ей самой хотелось бы написать. Славик пусть занимается научными изысканиями, история XV и XVI века – широкое поле для исследований. Что и как происходило во Франции в те годы, вряд ли поддается точному описанию. Передел земель, войны, неразбериха и путаница. Но архивных материалов море разливанное. Работы хватит.

Постепенно нафантазировались идеи книг о великих женщинах Франции. Ей и для себя многое хотелось уточнить. А период Маргариты Наваррской! Их две, но обе – просто сказочный материал! Это так, навскидку. А сколько еще имен! Они действительно вызывают интерес в России, а отечественных изданий нет. Наши книги станут бестселлерами!

Вот только одна закавыка. Мозг у Али, как хорошо отлаженная машина: если мотор заведен – движение безостановочное. Она оценивала, примеривалась, вглядывалась в перспективу – и вдруг поняла, что писать отвыкла. Натренирована редактировать чужое. Ей нужен соавтор, как минимум. Человек, умеющий обобщать факты и выдавать концепцию на гор'a. Текст доставляется на блюдечке с голубой каемочкой, становится реальным материалом. Так уголь отбивается от крутого пласта, из глубоких недр поднимается на уровень земли. Тележка, рельсы, лифт.