Три легенды
Шрифт:
– Ну, во-первых, он налегке, – утирая пот со лба, проговорил Дирт. – Ни меча, ни доспехов… А потом, он же странник. Он всю жизнь проходил пешком. Привык.
– Может быть… – неохотно признал Лигхт правоту ученика. – И все равно, мы не должны отставать.
– Стараюсь, Наставник.
– Видишь его?
– Нет.
– Проклятье! Как бы он не бросил нас здесь!
– Да и пусть. Дорога-то одна. Выйдем и без него.
– Кто знает, куда он нас завел… Будет лучше, если мы его нагоним. И будем держаться рядом.
– Нет.
– Я тоже, – Лигхт выругался. – Давай быстрей!
Вдоль дороги густо разросся ивняк. Кое-где кусты прорастали сквозь настил гати, заслоняли путь и обзор, еще более затрудняя движение.
Стало темнеть, хотя время вечера еще не пришло. Лигхт глянул на небо. На солнце наползали серые вспухшие тучи, они шевелились, словно живые, ворочались, толкались…
– Погода портится! Надо спешить!.. Видишь его?
– Нет. Кусты мешают.
– Может его уже и нет впереди.
– Не пойдет же он в болото.
– Он знает эти места. Может быть здесь есть и другие дороги.
– Да ладно тебе, Наставник! Зачем ему от нас прятаться?
– Не знаю.
– Просто увлекся, забежал вперед. Сидит там где-нибудь, поджидает нас.
– Ухмыляется.
– А ты его стариком называл, говорил, что ему за нами не угнаться.
– Помолчи! За лошадью своей следи лучше. Как бы ноги не поломала.
Дирт обернулся. Бросил взгляд на лошадь, нахмурился, остановился, вгляделся внимательней и вдруг охнул, схватился за голову. Окликнул севшим голосом:
– Учитель!
– Что? – Лигхт повернулся. – Чего встал?
– Деньги!
– Что – «деньги»?
– Их нет!
– Как нет? – Лигхт тоже остановился.
Дирт растерянно похлопал ладонью по седлу, зачем-то проверил подпругу, посмотрел под ноги.
– Нету… Вот здесь кошель болтался. Около арбалета. На шнурке висел.
– Ты… ты серьезно?
– Пропал…
– Проклятье!… Может ты его куда переложил?
– Да нет же. Когда отдыхать встали, он на месте был. Я мешок с продуктами развязывал… Они же рядом висят. Вот продукты, на месте, а кошель… Нету!..
– А-а! – прорычал Лигхт. Он набросил уздечку своего скакуна на ближайший куст, торопливо подошел к Послушнику. Внимательно осмотрел упряжь, седло…
– Может веткой сорвало? – неуверенно спросил Дирт. – Сзади где-нибудь валяется на земле… Вернемся, поглядим?
– Паурм! – рявкнул Наставник. – Проклятый вор!
– Что?
– Он подходил к лошадям, когда мы отдыхали?
– Не знаю, не видел…
– Куда ты вообще смотрел, болван!
– Я… я еду готовил.
– Проклятье!
– А может его просто сорвало?
– Нет же! Смотри, болван! Шнурок срезан! Аккуратно, ровно срезан ножом! Это Паурм! Он вор! Он украл все наши деньги! А ты, слепец, даже ничего не заметил!
– Ты тоже, Наставник, – вскинулся
– Молчи! Это твоя лошадь! И твоя обязанность следить за нашими вещами! Обязанность Послушника!.. – внезапно Лигхт успокоился, словно одернул себя. Махнул рукой. Сказал ровно:
– Ладно… Не время сейчас искать виноватых. Мы тут говорим, а вор уходит все дальше. Давай быстрей!
– Может верхом? – предложил Дирт. – Быстрее будет. Дорога, вроде бы, здесь поровней. Если бы не эти кусты, так и вовсе…
– Верхом? Рискованно… Но лошадей всегда можно купить новых… Сколько хоть там денег было?
– Много, учитель, – Дирт виновато склонил голову. – На целый табун хватит.
– Значит, верхом, – решил Наставник. – Только смотри, будь внимательней! Мы должны во что бы то ни стало догнать его!
– Сделаем! – выкрикнул Послушник, прыгая в седло.
Вскоре задул ледяной ветер, и опухшие небеса пролились дождем. Копыта лошадей скользили по раскисшей грязи, и всадникам стоило немалого труда выдерживать темп движения.
– Он не мог далеко уйти! – крикнул Лигхт из-под капюшона плаща. – Поглядывай вперед.
– Я смотрю! – закивал Дирт.
– И будь готов ко всему! Кто знает, какие подлости он нам приготовил?
– Пусть только попробует!..
Болото вздувалось. Настил гати пьяно колыхался под ногами лошадей. За пеленой дождя ничего не было видно, только порой вдруг выступали из мглы смутные очертания деревьев. Лигхт подумал, что они сильно рискуют, почти вслепую продолжая это преследование. Но он уже не мог отступиться. Азарт и гордость Прирожденного гнали его вперед.
И все-таки они настигли вора.
– Вижу! – крикнул Дирт, привстав на стременах.
– Это он?
– Да!
– Не стреляй! Теперь уж ему не уйти! Он наш!
Прирожденные, гикнув, подхлестнули коней. Лигхт выхватил меч, положил перед собой поперек седла. Дирт держал в руке взведенный арбалет.
Болото кончилось. Кончилась гать. От леса остались лишь редкие прозрачные рощицы да темные массивы ракитников. И слышно было, как где-то недалеко, за маревом измороси, гудит, шумит, ворочаясь, туша океана…
Копыта выстукивали глухую дробь. Брызги и комья земли летели из-под копыт. Прирожденные нагоняли вора.
Паурм услышал их, когда бежать было уже поздно. Он обернулся, нелепо взмахнул руками, что-то вскрикнул и бросился по направлению к ближайшему лесочку.
– Обходи справа! – крикнул Лигхт.
Дирт вскинул арбалет, прицелился.
– Не стреляй! – окрикнул его Наставник. И ученик послушно опустил оружие, ударил скакуна пятками, поскакал наперерез.
Паурм петлял, словно заяц. До леса оставалось не больше полусотни шагов, когда Дирт нагнал его и сбил на землю.