Три краски
Шрифт:
Впереди виднелась незапертая большая дверь, выглядевшая точь-в-точь так, словно на ней имелась надпись: «На свободу – сюда». Я метнулся к двери, совершенно не думая о безопасности. Сейчас я понимаю, что поступал легкомысленно – а если б там была охрана? Впрочем, мне повезло, за дверью никого не оказалось. Я выбежал в еще один коридор и, пробежав немного, оказался еще перед одной дверью. На этот раз она выходила на улицу.
Я выскочил на свободу и сразу почувствовал два неприятных ощущения: закружилась голова от кислорода, который рванулся в мои легкие, и зарябило
Переплыв прудик на лодке, я оказался на людной улице и бросился бежать куда глаза глядят, подгоняемый страхом, что за мной гонятся. Остановился, только когда увидел, что нахожусь посреди какого-то очень большого квартала. Отдышался, осмотрелся и узнал – я в Манхэттене! Боже, как давно я здесь не был! С тех пор, как окончил школу. Где-то здесь метет тротуары моя мать, я редко о ней вспоминал, обычно ограничивался отправкой денег и считал свой сыновний долг выполненным. Никогда не думал, что встретиться нам придется при таких обстоятельствах. Я немного посомневался, но в итоге направился по знакомому адресу – в тот самый дом, где провел свое детство.
Не стану описывать встречу с матерью. Я сказал ей только то, что мне нужно скрыться от посторонних глаз. Она поселила меня на окраине города, в заброшенном доме, принадлежавшем ее подруге. Я нахожусь тут всего несколько часов, но наконец-то чувствую себя спокойно и уверенно. Пока отдыхаю и радуюсь. Радуюсь успеху и не могу поверить в свою удачу! Неужели такое может быть? Я понимаю: надо что-то делать дальше. Но я пока не в состоянии думать.
Вернусь к этому вопросу позже.
Спасибо, Крис!
Глава 7
Москва
– Мне кажется или я вас где-то видела? – спросила Лара, вглядываясь в американца. Его острый нос вызывал у нее смутные подозрения. Тот официант в кафе тоже был американцем. Не много ли вокруг иностранцев? Хотя, с другой стороны, их в Москве немало. Тот – усатый неудачник-официант. Этот – безусый лихач. Ничего общего!
– Ничего нье знаю… Я такую красавицу вижу в первый раз! – ответил он на ломаном русском. – Вьи менья извиньите, но, честно говоря, я даже рад, что чуть не сбил вас…
Комплимент был сомнительный, но Лара, вспомнив озабоченный взгляд Кирилла, подумала, что тоже рада, хотя это и странно.
Воспоминание о Кирилле ножом резануло прямо по сердцу. Он был с Алинкой… Значит, они вместе! Но с чего это Кобра так о ней пеклась? В подружки набивается?
– Красьивые волосы… – выдал американец еще один комплимент, и Лара, спохватившись, что совсем не поддерживает беседу, поспешила поблагодарить иностранца.
– Вы очень добры, что вызвались меня подвезти, – проговорила она. – После такого стресса… Кстати, я – Лариса. А вас, извините, зовут…
– Джек! Зовьите Джек! Я визажист-парикма*censored*, –
Лара удивилась. Как-то не вязался образ этого мужчины с ножницами. Девушка вспомнила про иностранного официанта, Пашку, салат и вздрогнула.
– Интересная, наверное, работа… мне вот тоже надо посетить парикма*censored*а. Покрасила волосы, а теперь не знаю, что с ними делать… – задумчиво произнесла девушка.
Американец, отвлекшись от дороги, оценивающе посмотрел на ее голову.
– Я могу сдьелать из вас королевну! – сказал он. – Доверьтесь мне! У вас есть идеи? Краска?
Лара покачала головой.
– Краска есть какая-то, но идей – ровным счетом ноль. Впрочем, может, я и доверюсь вам. Оставьте визитку!
– Визитка? Я не взять визитка! Я взять ваш номер телефон и позвонить. Хорошо? – Американец все поглядывал на свою пассажирку и поэтому только в последний момент вырулил, уходя из-под несущейся на них фуры, подрезал какую-то машину и на всей скорости вошел в поворот, так что автомобиль немного занесло.
Лариса вцепилась побелевшими пальцами в кресло и мысленно пожелала быстрее и по возможности целой и невредимой добраться до дома.
– Так что? Ви позвонить? – настаивал он.
– Хорошо! – Ей было все равно – лишь бы выбраться из этого шахид-такси.
Американец как мужчина ее отнюдь не зацепил, но кто ж от хорошего визажиста-парикма*censored*а отказывается? Тем более иностранного – они наверняка больше наших умеют! Ну и что, что он плохой водитель. Как там говорили в рекламе: «Наш повар не умеет кататься на горных лыжах, зато он в совершенстве владеет искусством кулинарии»? Вполне вероятно, что здесь как раз такой случай.
Лара быстро продиктовала иностранцу свой номер и выпорхнула из машины, как только они подъехали к дому.
Квартира была пуста – Варя опять на работе. Ларисе стало почему-то очень одиноко. Сейчас, после всего того, что произошло, ей необходимо было излить кому-то душу. Она набрала номер подруги – тишина. Может, Аньке позвонить? Так она же в ресторане! Веселится, наверное.
Лариса легла на диван, включила телевизор, прикрыла глаза. Лучше поспать. Девушка уже задремала, когда сквозь монотонное жужжание телевизора услышала звонок – телефон. Варя, наверное! Лариса вскочила на ноги. Подбежала к сотовому – номер незнакомый. Неужели этот американец? Уж очень быстрый! Девушка приняла вызов.
– Алло, Лара! Ты как? – послышался голос Алины.
Лара так и застыла с телефоном в руке – с чего это бывшая начальница так о ней печется? Очень странно!
– Я нормально! А что? – немного придя в себя, осторожно поинтересовалась девушка.
– Ничего, ты была такая бледная… Тебе точно не нужна помощь? Я могу приехать, ну там побыть с тобой… Ты не переживай, это совершенно уместно – все-таки мы столько вместе работали… Почти сроднились…
Лучше записать себе в родственники тигровую змею – одну из самых ядовитых и агрессивных змей мира, чем Алину, чей нежный и заботливый голос вызывал у Лары инстинктивный ужас.