Три дня до эфира
Шрифт:
— Хочешь, я приеду к тебе?
— Нет, мне лучше побыть одному. Снегирёв повесил трубку.
Олег Филиппович сидел за своим столом и задумчиво крутил в руках карандаш. Он понимал, что дело Снегирёва зашло в тупик и нужно предпринимать какие-то новые ходы. С минуты на минуту должны были появиться Краснов и Николаев с докладом. И за это время ему нужно было выработать другую тактику в этом деле. В голове был хаос, мысли перебивали одна другую, но ничего не выстраивалось.
Тихомиров
— Олег Филиппович, докладываю, — прямо с порога начал Краснов. — Сначала об убитой. Цветочница женщину опознала. Это она заказывала цветы для Снегирёва. Второе…
— Подожди, Андрей, — остановил его Тихомиров. — Что у нас с поисками самого Снегирёва и его сына?
— Я встретился с его любовницей. Он звонил в два часа ночи, сказал, что, возможно, снимет свою кандидатуру. Но сам он не появлялся ни дома, ни в офисе, С его сыном то же… — Краснов развёл руками.
Тихомиров перевёл взгляд на Николаева и удивлённо приподнял бровь:
— Алексей, где это тебя так загримировали?
— «Упал, потерял сознание, очнулся — гипс», — улыбнулся Николаев.
— Удивляешь ты меня с каждым разом. Ну как человек успевает за столь короткий промежуток времени вляпаться в какую-нибудь историю? Вид у тебя впечатляющий.
— Это меня Васильев приложил, — раскололся Алексей, — у него несостыковка произошла со временем и пространством. Пьёт бывший старший лейтенант…
— А оружие у него наверняка выкрали?.. Кто и когда не знает. Так?
— Так точно, товарищ майор.
— Тупик, орлы, тупик, — развёл руками Тихомиров. — Что делать будем?
— Тупиковых ситуаций не бывает, Олег Филиппович, — бодро отозвался Краснов. — Сейчас обмозгуем.
— Какие есть соображения?
— Предлагаю начать с начала, — сказал Краснов и, выдержав паузу, продолжил:
— У кандидата в губернаторы Снегирёва был похищен сын. Через несколько часов после похищения Снегирёв получил записку с требованиями отказаться от выборов. Следовательно, похитители преследовали одну цель устранить Снегирёва. Кому это могло быть выгодно? Я полагаю, Олег Филиппович, это могло быть выгодно его конкурентам. Я тут уже кое-что прикинул на бумаге.
Краснов протянул лист Тихомирову. Тот мельком взглянул на текст и нахмурил брови.
— Конкурентов у Снегирёва трое, — продолжал Краснов, — я там изложил кратко. Первый — Денис Миронович Соболев… Бывший председатель колхоза, партийный работник, коммунист, естественно. Восемнадцать лет назад был переведён в Питер на Балтийский завод. Резко пошёл вверх по профсоюзной линии.
Во время последних президентских выборов возглавлял предвыборный штаб Зюганова.
В КПРФ пользуется авторитетом… Неглуп,
— Я согласен, — кивнул Тихомиров. — Соболев — человек старой закалки и вряд ли пошёл бы на криминал. При похищении были убиты двое людей.
— Второй конкурент, вернее, вторая — Алевтина Николаевна Юрьева. Она идёт от женской партии «Независимость». У неё практически нет никаких шансов на победу. Рейтинг нулевой. Она, скорее всего, будет участвовать в выборах ради спортивного интереса.
— Ну не только, конечно. Известно, что кандидатам выделяются суммы из бюджета и это деньги не малые. Думаю, она сумела кое-что из этой суммы утаить.
Женщина она дальновидная. Приходилось с ней встречаться.
— Третий конкурент, мне кажется, может для нас представлять интерес.
Владимир Владимирович Жучков. В криминальном мире известен под кличкой Жучок.
Авторитет. Деньги его интересуют мало, человек он достаточно обеспеченный.
Жесток, изворотлив, хитёр. К намеченной цели идёт напролом. Но за руку его ещё никто не схватил. В советские времена отсидел срок — четыре года за мошенничество.
— Думаете, орлы, начать надо с него?
— С него, — кивнул Николаев.
— Идеи имеются?
— А куда ж мы без них, — улыбнулся Алексей и подмигнул Краснову.
— Выкладывайте…
Глава 10
КАНДИДАТ В ГУБЕРНАТОРЫ
Владимир Владимирович Жучков, больше известный в криминальных кругах под кличкой Жучок, очень любил вид из своего окна. Казалось, он мог часами сидеть в кресле, перебирать чётки и рассматривать полукруглый купол Исаакия, крыши близлежащих домов, верхушки деревьев, прохожих, вечно спешащих куда-то, мокрый питерский асфальт. В этот полуденный час хозяин огромной шестикомнатной квартиры пил чай из изящной фарфоровой чашки и занимался своим любимым делом: наблюдал за облаками, быстро плывущими над Санкт-Петербургом. На голос рослого детины, вошедшего в комнату и доложившего, что к нему пришли. Жучков даже не повернул головы, а только согласно кивнул.
Перед Красновым распахнулись тяжёлые дубовые двери, и он вошёл в просторную комнату. Яркий дневной свет резко ударил в глаза, и на секунду Андрей сощурился. В комнате почти отсутствовала мебель. На стенах висели огромные картины, справа от двери располагалась выложенная антикварной плиткой печь, в центре стояли два кресла.
— Входите, входите, — произнёс мужчина, стоявший лицом к окну. — Что-то вы, молодой человек, припозднились. Я вас жду со вчерашнего дня.
— Вы меня, наверное, с кем-то путаете, — попытался внести ясность Андрей.