Три девицы в столице

Росса Ольга Геннадьевна

— Эдвард, милый! — заворковала сразу женщина, расстёгивая верхнюю одежду. От неё пахнуло приторными духами, и я невольно поморщился.

— Луиза, что ты тут делаешь? — поджал я губы. Вот совсем не до неё сейчас.

— Ты не рад меня видеть? — она сразу надула алые губки, обидевшись.

— Конечно, рад. Но ты же знаешь, я не люблю, когда ты приходишь в суд. Здесь не место для встреч, нас могут увидеть, — надел я пиджак. — Твой муж не будет в восторге, если ему донесут о нас. Могла бы отправить записку.

— Я так соскучилась, что хотела лично сообщить

тебе, — и томный взгляд скользнул по моей фигуре. — Руперт срочно уехал в имение, у него мать при смерти. Сына он увёз с собой. Прислугу я отпустила отдыхать и осталась совсем одна. Понимаешь?

— Ты приглашаешь меня к себе? — приподнял я брови, ожидая услышать то, что было написано у неё на лице.

— Приглашаю и очень жду, — промурлыкала она, ластясь ко мне.

Вот плутовка! Я ненадолго прильнул к её страстным губам.

— Луиза, обольстительница моя, — прошептал ей в глубокий вырез платья. — Мне нужно идти.

— Обещай, что придёшь, — её руки скользнули по моему затылку, притягивая ближе к аппетитным холмикам под тканью.

— Обещаю, после десяти жди меня, — я оторвался от Луизы. — Мне правда пора идти. Выходи первая, потом я.

— Жду, любимый, — с придыханием шепнула плутовка и так же быстро упорхнула, как и появилась.

Луиза — горячая кошечка при муже-толстосуме, который старше её на двадцать семь лет. За шесть лет в браке женщина истосковалась по ласке и настоящему мужчине. Мне не составило большого труда соблазнить её, она сама прыгнула ко мне в постель.

С мыслями о любовнице и предстоящей жаркой ночи я поехал во дворец забрать Айлин. Оказывается, сестрица думала, что я про неё забыл. Пришлось ждать, пока она соберётся снова, только потом мы вместе отправились в приют.

Мы, конечно, опоздали, но успели приехать к началу концерта, который устроили дети для императорской семьи и гостей. Нас с Айлин тут же усадили в первый ряд, даже не дав для приличия поздороваться со свитой императора. С удивлением я узнал двух красавиц, что сидели неподалёку от Бенедикта, Соллейн ди Арран с мужем и её подругу-блондинку. Надеюсь, брюнетку они не прихватили с собой. И что вообще они тут делают? Неужели их тоже пригласили ко двору на празднества?

Я улыбался несколько раз, видя, как стараются ребятишки петь, танцевать и рассказывать стихи на сцене. Некоторые очень волновались. Я бы на их месте вообще забился в угол, ведь сам император прибыл на них посмотреть.

Периодически я вертел головой — проверить, не появилась ли та самая брюнетка с глазами лани, но её, слава богам, нигде не было. И я успокоился.

Детский хор пел последнюю праздничную песню, когда я заметил, как подобрался Бенедикт, вытянувшись, и посмотрел в сторону выхода. Из любопытства я тоже повернул голову и увидел её. Нет, похоже, боги прокляли меня сегодня. Брюнетка, гордо вскинув подбородок, села на стул с краю рядом с подругой-блондинкой.

— Кто это? — тихо спросил я кузена. Бенедикт явно смотрел на неё.

— Клариса ди Сонг, та самая, — еле шевеля губами ответил он.

Мне хотелось воскликнуть: «Та самая?! Ты

сошёл с ума!» Но вместо этого я поджал губы и покосился на девицу. Красивая, гордая, сидит, словно лом проглотила. Она медленно повернула голову и так посмотрела на меня, что если бы я что-то сейчас жевал, то точно бы подавился. Я кивнул ей в знак приветствия, растянув искусственную улыбку. Леди в ответ тоже опустила подбородок, кивнув вальяжно. Вот ведь снобка. И только сейчас я заметил какого-то хлыща, который сел рядом с ней и начал что-то увлечённо шептать ей на ухо. Это ещё что за индюк?

Детишки допели наконец-то песню. Император встал, громко аплодируя маленьким артистам. Гости, следуя примеру самодержца, тоже искупали сироток в овациях. Концерт окончен, пора и честь знать. Свита потихоньку выходила на улицу, но император не торопился. Он подал супруге руку и, проходя мимо троицы закадычных подружек, которые собирались уходить, остановился.

— Леди, как вам концерт?

— Спасибо, Ваше Величество. Это было очень мило, — улыбалась рыженькая, держа за руку Кейдана, и загадочно на меня посмотрела. Узнала.

— Мне понравилось, замечательные детки, — восхищённо ответила блондинка.

— Я, к сожалению, почти всё пропустила, — совсем безрадостно сообщила брюнетка. За её спиной стоял тот самый молодой хлыщ, кажется, я его где-то видел раньше.

— Да-да, леди ди Сонг, помню, вы помогали целителям. Очень любезно с вашей стороны, — восхищённо произнёс император. — Ну а как в целом вам приют? Правда, тут замечательно?

— Да, приют чудесный. Что неудивительно, Вас ждали и всё сделали, чтобы Вы, Ваше Величество, остались довольны, — смело ответила девицы. Я от удивления даже брови приподнял.

— На что вы намекаете? — нахмурился Бенедикт. — Что для нас разыграли представление, как только что на сцене?

— Ваше Величество, Вы же прекрасно знаете, что именно так и есть, — девушка расправила плечи и открыто посмотрела на императора. — Хотите увидеть, как на самом деле живут дети-сироты в обычных приютах?

— Вы думаете, что это всё фальшь? — Бенедикт закипал, но держал себя в руках.

— Вы посещаете только этот приют, который находится почти в центре города. Ваши щедрые пожертвования действительно идут на пользу детям, потому что директор знает, что Вы придете и спросите с него, куда ушли деньги благотворителей, — уверенность так и сквозила в её прекрасных глазах. — Если подобное бесчинство тут происходит, то что творится в других приютах, подумать страшно.

Отчаянная девчонка, надо быть настоящей сумасбродкой, чтобы так разговаривать с императором.

— Какое ещё бесчинство? — нахмурился самодержец. — Вы о чём?

— Мистер ди Ройтан и мистер ди Сантьен расскажут Вам, Ваше Величество. Это не для общественности, — глаза девушки лихорадочно заблестели. Она что, плакать собралась? Но нет, сдержалась.

Император покосился на того хлыща, что стоял позади леди. Мужчина кивнул, поджав виновато губы. Точно! Это же целитель из дворца, Рейли ди Сантьен. Он знаком с этой выскочкой?