Трэвис

Шеридан Миа

Он на мгновение посмотрел на меня.

«Ты уверен?»

— Да. Ты же меня знаешь. Есть множество женщин, которые добровольно согласятся приютить меня в трудную минуту. — Я попытался изобразить многозначительную улыбку, но почувствовал, что провалился. Ты самый лучший! Самый лучший!

Как будто я сказал что-то, что вызвало сочувствие, Арчер сжал губы и похлопал меня по плечу.

«Мне было жаль слышать о тебе и Фиби».

— Где ты услышал обо мне и Фиби?

Он

пожал плечами.

«Вокруг».

Небольшой укол унижения пронзил меня, но я сохранил нейтральное выражение лица.

— Я все равно не видел, чтобы мы куда-то шли. Это было к лучшему.

Он еще мгновение оценивающе смотрел на меня, а затем, наконец, показал: «Хорошо». Он должен знать, что я лгу — я сказал Бри за неделю до этого, что мы с Фиби были серьезны, и я не сомневался, что Бри и Арчер рассказывали друг другу все. Они, вероятно, выдавали все свои секреты, уютно устроившись в постели в своем маленьком домике гномов. Несмотря на то, что мой внутренний взор закатился, эта мысль заставила меня чувствовать себя более подавленным, чем когда-либо. В любом случае, если Арчер знал, что я лгу — в чем я был уверен — он не стал настаивать на этом вопросе.

Я был благодарен.

Его ботинки шлепали по воде, когда он направился на улицу. Я стоял там один, чувствуя себя необычно... ну, одиноким. Мэгги и Норм приняли бы меня, но их квартира тоже была маленькой, и у них не было дополнительной комнаты. Кроме того, если бы я стал невольным свидетелем каких-либо проявлений физической привязанности между этими двумя, мне пришлось бы найти терапевта или, может быть, лоботомиста, а серьезная медицинская процедура в настоящее время не входила в бюджет.

Я подумал о своей матери, но... черт возьми, нет. У меня и так была достаточно тяжелая неделя. Я не собирался усугублять ситуацию.

Я мог бы разбить палатку на своей земле, если бы действительно был в отчаянии, но мне нужно было ходить на работу, и подготовка к смене без водопровода была бы сложной задачей.

Спенсер приютил бы меня. Спенсер отказался бы от своей кровати и спал бы в ванне или собачьей будке, если бы я попросил его об этом. Я помассировал виски, сама мысль о том, чтобы терпеть Спенсера дни и ночи напролет, заставляла мою голову раскалываться. Другие парни, работавшие в полицейском управлении, были женаты, но несколько моих хороших друзей в пожарной части, которые были холостяками, могли бы быть возможными вариантами, но только в том случае, если бы все отели типа «постель и завтрак» были действительно заполнены.

Я схватил свой телефон и начал звонить.

Все отели были на самом деле заполнены.

И коттеджи, сдаваемые в аренду, тоже.

Я посмотрел на последний отель, указанный на веб-сайте Пелиона, на который я зашел. Я проигнорировал его в начале, потому что он был в отдаленном районе, прямо на окраине города, что-то вроде ничейной земли, это был не совсем Пелион и определенно не самая шикарная сторона озера.

Гостиница «Желтая шпалера».

Это было недорого по сравнению с другими. И, судя по тому,

что я слышал, не зря.

Им управляла женщина, которую, как я знал, в городе называли «Бэтти Бетти» (персонаж книги). Мне кажется, я слышал историю о мертвом муже и подозрительных обстоятельствах, но не могу вспомнить ничего конкретного.

Я поднял одну ногу, вода заструилась с моего ботинка.

Хуже этого быть не могло. И определенно лучше, чем потертый диван Арчера, где они с Бри занимались неизвестно чем в том маленьком домике гномов на озере.

Я поднял трубку и забронировал последний свободный номер, который у них был.

— Отсюда открывается вид на озеро, — с энтузиазмом пообещала женщина по телефону.

— Отлично, — сказал я. Нищие не могли выбирать, но в тот момент обещание вида на озеро немного подняло мне настроение. Даже в этой съемной квартире, в которой я жил, не было вида на озеро. Затем я упаковал кое-какую одежду, свое рабочее снаряжение и несколько аксессуаров в спортивную сумку, на которую, к счастью, не попал дождь из водопровода наверху, схватил сухую пару обуви и направился к своей машине.

***

Из комнаты определенно не открывался вид на озеро.

— Прямо здесь, — сказала женщина по имени Бетти с вьющимся ореолом светлых волос, прижимаясь лицом к стеклу и наклоняя голову в сторону. — Если Вы просто запрокинете голову, то сможете увидеть край озера. — Она повернулась и лучезарно улыбнулась, как будто необходимость слиться с окном, чтобы увидеть дюйм воды, делала его лучшей комнатой в доме.

То, что я мог видеть ясно и прямо за своим окном, было тем, что казалось надгробием.

— Это что, могила? — спросил я.

— Ах, это, — она махнула рукой, отмахиваясь от этого. — Там похоронен старый амбарный кот, который раньше бродил по территории.

Я снова выглянул в окно. Надгробие казалось внушительным для кошки. Не говоря уже о том, что никакого амбара не было видно.

«Бэтти Бетти». И все же она казалась в основном нормальной.

Я бросил на нее еще один подозрительный взгляд, прежде чем оглядеть комнату. Это не было ужасно. На самом деле это было то, что я бы назвал чем-то... очаровательным. Или, по крайней мере, на грани очарования. В пределах досягаемости очарования. Что еще более важно, там была кровать и ванная, так что я не собирался жаловаться на то, что у меня не было вида на озеро, а вместо этого было надгробие кошки. Я смотрел на это озеро с тех пор, как родился.

Что касается надгробия... Я буду держать штору закрытой.

— Ну, — сказала она, хлопая в ладоши. — Вы... — Она нахмурилась, быстро моргая, наконец, кончиками пальцев сильно постучала себя по лбу, ее голова резко поднялась, — прибыли! — заявила она.

— Да, я... прибыл?

О чем она говорит?

Она покачала головой.

— Нет, Вы прибыли как раз вовремя для светского часа внизу.

— Светский час?

— Верно. Это в комнате в задней части дома, где гости могут пообщаться и все такое. Мы подаем домашний самогон моей сестры Крикет.