Третья
Шрифт:
Не успела подруга даже показать хоть намёк на обиду, как Река вспыхнула румянцем, её глаза распахнулись, словно, излучая лазерное свечение, и взгляд сварочным бластером устремился в сторону входа. В дверях появились Клён и Кипарис, два неразлучных друга и лучших игрока в команде нашей академии. Скорее, всего, они будут поступать на астронавтов, и возможно, им это удастся. Если Кипарис не поступит, завалив аттестацию по механике, то ему придётся идти по стопам отца и быть обычным камнетёсом. Но, сейчас… Это самые перспективные парни в нашей академии. (Дословная
Двери не переставали крутиться, впуская следом и других игроков сборной нашей академии. Но для Реки, на фоне этих двух парней, остальные меркли, словно их и вовсе не было. Она до сих пор не могла определиться, кто из них ей нравился больше. Просто нравились оба, и она мечтала о том, кто из них был в поле видимости, а когда они были вместе, её разрывало на части, но счастье её в этот момент было безгранично.
– Кого бы ты выбрала? – Мои слова не успели прозвучать, потонув в отзвуке громкоговорителя.
«Сегодня, в семь тридцать утра произошло обрушение в южной части города. Дома, прилегающие к склону между проспектом Астронавтов, и улица Почвоведов были разрушены. Предупреждение от смотрителей ко всем жителям, без надобности не выходить на проспекты. Если у кого-то имеются личные вещи пригодные для дальнейшего использования просьба поделиться с пострадавшими, через пункт «взаимопомощи» академии или главного реестра».
«Южный склон» – меня обожгло.
– Вот почему утром дрожали светильники! – Река смотрела на меня.
– Там живёт моя сестра! – Внутри всё сжалось в комок, от волнения всё поплыло перед глазами.
Дрожащими пальцами, едва попадая по сенсорным кнопкам, пыталась набирать имя сестры на мониторе плезнера. «Квота на разговоры исчерпана. Баланс будет обновлён спустя три дня». Неблагодарное устройство! Сообщение не отправлялось.
Сердце стучалось, пульсируя тупой болью. Раздражение нарастало, я нервно выстукивала пальцами о пластик столешницы.
– Река?
– Моя недельная квота заканчивается обычно на второй день. – Пожала плечами подруга, сжав мои пальцы, не стерпев звонкого постукивания.
– Напиши фамилию семьи своей сестры в поле «чрезвычайные происшествия». – В этот момент нестандартность мышления Октябрины пришлось впору.
Плезнер пролистал множества чисел и букв, затем вывел на дисплей:
М-Л1748 – молодая семья. Листок, Ясмин, Маргаритка. Приходятся родственниками, допуск к информации. Пострадали: сегодня в семь двадцать восемь их дом был разрушен оползнем. Члены семьи госпитализированы. Экстренной помощи не требуется. Обновлена информация. Листок – не пострадал. Ясмин – не пострадал, Маргаритка – не пострадал.
Я выдохнула, прижав планшет к груди, слёзы готовы были сорваться крупными каплями на щёки, испарина на висках проявилась сквозь налёт пыли.
– Как же мне повезло! – Только выпалив эти слова, осеклась мыслью о том, что всё равно есть пострадавшие и они чьи-то родные и близкие. Стыд полыхнул пунцовыми щеками. Когда же мы выберемся из этого ужасного плена? Мама, так
Оставшееся время мы практически молчали, а после обеда отправились на работу. Лица, достигшие двенадцатилетнего возраста, работают в больших теплицах, те, кто младше двенадцати выращивают овощи для общественных столовых в теплицах, так прописано в законе и это важно. Каждый с самого детства вносит свой вклад в систему жизни.
Наша теплица представляла собой огромное помещение, обшитое карбоном с частотой лам в два раза больше обычного и длинными батареями вдоль контейнеров с почвой. Отчего находится долгое время, здесь было вредно. Может, поэтому в большие теплицы пускали людей только старше двенадцати лет. Достигнув этого возраста, каждому выделяли отдельный сектор в теплице, и изо дня в день каждый студент обязан ухаживать за предоставленным ему контейнером почвы. Были даже соревнования по выращиванию овощей. Но мне сегодня было не до этого…
всё мои мысли, снова и снова возвращались к тому, что произошло утром. Оползень… Каждый из нас может стать жертвой обрушения. Быть похороненным под руинами собственного дома. Подобной участи хочет, пожалуй, лишь дедушка, моего соседа Лето.
– Третья? Что с тобой? Твои руки дрожат так сильно… – Глаза подруги выдавали искреннее волнение.
– Да? – Я лишь пожала плечами. – Не могу справиться… Всё из-за новостей. Сегодня утром было обрушение. Моя сестра, её семья… То же – Не смогла договорить, давясь приступом подкатывающих слёз.
– Ты же прочитала, они живы! – Почти по слогам проговорила подруга.
В ответ удалось лишь передёрнуть плечами, ковыряя землю, всё ниже, опуская голову, под тяжестью желания расплакаться. Сдержалась. Я вообще не из плаксивых, но у каждого есть своя слабость. Моя слабость, это моя семья.
В перерыве мы пили отвар из зелени с кусочками сухой моркови.
Мы ещё раз обсудили оползень, перепроверив информацию. Чуть позже, пришло сообщение от сестры: «Всё в порядке, звонить не нужно. Поговорим чуть позже». Прижимая планшет к груди, выдохнула, и мир заиграл прежними пыльно-серыми красками.
Наверное, их уже утомили звонками? Да, одна только мама, может так замучить расспросами, что иногда хочется разбить Плезнер вдребезги и заткнуть уши этой самой сушёной морковью, что лежит сейчас на столе передо мной.
Удостоверившись в том, что утешать меня не нужно, Река, радостно выдохнула. Практически моментально тема разговора вернулась в прежнее русло. Вечерний матч! Она перечисляла всех молодых людей, которые выйдут на корт. Октябрина молча кивала довольная хоть каким-то развлечением, помимо смешивания гумата, укладывания щебеня на дно контейнеров и заучивание истории мироздания между вычислением формул смазочных жидкостей для сельхозоборудования. Я тоже имитировала интерес, кивая и слушая всю эту нелепость о сегодняшнем соревновании. Хотя всё же думала о том, что могли бы и отменить в такой момент.