Третья раса
Шрифт:
Потом арматурину вывернуло из пальцев, закрутило, и, отскакивая от сужающихся стен, она улетела вдаль по коридору.
Воронкообразный смерч, в который он целил, перенес удар со всеми тяжкими последствиями — составлявшие его кристаллы брызнули, как шрапнель, впиваясь в покореженную облицовку стен, но…
…Спустя всего несколько секунд они опять начали сплываться, образуя в пространстве коридора какой-то непонятный стереометрический знак, похожий на трехмерный иероглиф.
Теперь уже
Он видел, что Николай вне себя. Опыта капитана хватило ровно настолько, чтобы понять: Лоури сейчас практически безумен и, кидаясь таким образом на чужеродные образования, он едва ли контролирует себя и соображает, что делает.
Капитану оставалось лишь одно — подкрасться сзади, улучить момент, схватить его и тащить, тащить назад к шлюзу, пока эти странные спирали и воронки не очухались и не начали действовать…
Ввалившись в шлюз, расположенный в толще аварийной переборки, они долго не могли отдышаться.
— Ты с ума сошел? — резко спросил Алан.
Николай не ответил. Он часто и тяжело дышал.
Нет, в это было невозможно поверить… Обоим, и капитану, и Николаю, казалось, что они только что побывали в каком-то ином измерении…
— Тут на борту есть какой-нибудь арсенал? — прерывающимся от частого дыхания голосом спросил Николай.
— Черта с два, — ответил ему Хоук, с содроганием покосившись на внешний люк, будто ждал, что плиту из легированной стали толщиной в тридцать сантиметров сейчас вомнет внутрь шлюза. — Это мирный корабль, — кое-как справившись со сбившимся дыханием, произнес он. — У меня правда был пистолет, но его забрал себе Дитрих.
Внутренний люк наконец открылся, и они выскочили в герметизированный коридор.
Громоздкие скафандры стесняли движения. Оба запыхались. Шум крови в ушах от резкого, внезапного выброса адреналина заставлял обоих повышать голос при разговоре.
Николай остановился, прислонясь спиной к стене. Дрожащими пальцами он отстегнул замки, открыв забрало своего шлема. Его лицо было бледным, пергаментную кожу покрывали мелкие бисеринки пота. Отерев их, он посмотрел на Хоука и вдруг схватил его за шейное кольцо скафандра, ощутимо встряхнув:
— Зачем вы полезли туда?! Зачем?!.
Хоук с усилием вырвался, отступил к стене. Лицо капитана было серым, как некачественный мел. Николай вдруг опомнился.
— Извини… Хоук махнул рукой.
Несколько секунд он стоял, глядя перед собой в каком-то странном оцепенении, потом вдруг врезал кулаком в переборку и произнес, мучительно глядя в одну точку:
— Господи, Дитрих, Эшгар, Влада, Олег, Сергей… Неужели все погибли?!. — Казалось, что поименное перечисление этой части экипажа причиняло ему нешуточную боль. — Они поступили неправильно, но почему же так?!. — Он повернул голову и посмотрел на Николая.
Тот стоял, погруженный в свои не менее мрачные и противоречивые мысли.
— Поздно
— Да, теперь надежда только на ваш корабль, — сумрачно согласился с ним Хоук.
В лабораторном отсеке висела гнетущая тишина.
Кейн и Яна видели все, что передавалось с видеокамер, укрепленных на скафандрах Хоука и Лоури.
Патрик выглядел бледнее обычного, но старался сохранять хотя бы видимость спокойствия.
Яна же не могла сдержать подступивших к горлу слез. Как и капитан, она уже забыла и простила весь тот вред, что был причинен ей Дитрихом.
Космос порой бывает очень жесток к людям.
К этому со временем привыкают, как и на войне, но поначалу это чувство оглушительно бьет по нервам, вытягивая их в ломкую, дрожащую струну.
Ни у Хоука, ни у Монтгомери в прошлом не оказалось горького опыта подобных катастроф, и сейчас оба выглядели потерянными и подавленными…
На Николая вообще страшно было смотреть. Он молча курил, погрузившись в какие-то черные мысли, вызывавшие на его лице мгновенные гримасы душевного страдания.
— Надо проверить обломки и быстро валить отсюда! — нарушил затянувшуюся тишину Хоук, считая, что выражает общее мнение.
Патрик протестующе поднял руку.
— Подождите, капитан, что значит «валить отсюда»? — довольно резко осведомился он. — Мы с Николаем прибыли в Рукав Пустоты с вполне определенной целью…
Щека Хоука внезапно дернулась.
— По-моему, вы уже убедились в существовании своей третьей расы, Кейн! Какие еще свидетельства вам нужны?!. — неприязненно спросил он.
Патрик отрицательно покачал головой. Его глаза оставались при этом спокойны. Если он переживал, то очень хорошо умел сдерживать свои эмоции.
— Я собираюсь исследовать шаровое скопление звезд, доказать, что оно существует, описать путь к нему через метрику трехмерного континуума, — ответил он. — Тем более, — при этих словах он поднял руку и помахал перед носом у капитана лазерным диском с записью информации, — тем более что госпоже Монтгомери удалось связаться с навигационным блоком и снять данные, полученные с найденного вами радиобакена.
— При чем тут этот бакен?
— Не думаю, что он прилетел сюда извне, — спокойно пояснил Кейн.
— Замечательно! — Хоук насупился, скрестив руки на груди. — Замечательно! Мой корабль погиб, экипаж мертв, и их трупы таскают по обломкам какие-то черные кристаллические веревки! А я должен лететь с вами черте куда! — Он пристально посмотрел на Кейна и спросил: — А что будет, если я откажусь составить вам компанию, святой отец? Что тогда? Вы бросите нас здесь?
Эти слова заставили Кейна побледнеть и протестующе поднять обе руки.