Третья пуля
Шрифт:
Возвращение из Далласа заняло почти целый день. Я приобрел за наличные авиабилет до Бостона, взял такси до Кембриджа, незаметно проник в отель, прокрался вверх по лестнице, спустился, оплатил номер, вновь приехал в аэропорт и вылетел в Вашингтон. Единственная проблема возникла в отеле, во время расчета, когда служащий за конторкой спросил:
– Все было нормально, сэр? Мы обратили внимание, что вы, судя по всему, не спали в постели.
– Все было замечательно. Послушайте, если кто-то станет спрашивать про меня, это частные детективы, нанятые моей женой. Так что возьмите, пожалуйста, вот это… – Я подмигнул и протянул служащему две банкноты по двадцать долларов. На протяжении всего полета из Далласа в Бостон я прикидывал, сколько следовало дать за молчание. Двадцать – слишком мало и только вызовет раздражение, пятьдесят – слишком
– Конечно, сэр, – служащий улыбнулся. – И можете быть уверены, хозяйственные отчеты обязательно исчезнут.
В те дни все американские мужчины были заодно, и в стране процветала культура адюльтера – возможно, под влиянием журнала «Плейбой». Лично я никогда не изменял Пегги, но часто пользовался этим предлогом в случае необходимости.
Я позвонил жене из аэропорта Вашингтона и сказал, что вернулся, но, прежде чем появлюсь дома, заеду в офис.
Было уже около пяти часов. Я поднялся в свой кабинет и быстро отпечатал на машинке отчет о ходе операции «Павлин», содержавший список молодых пишущих звезд, с которыми у меня состоялись беседы. Указал тех из них, кто, по всей вероятности, ступит на стезю журналистики и посвятит свою жизнь сочинению киносценариев и романов или даже, бог даст, созданию телепередач. Должен заметить в качестве отступления, что после этой поездки в Даллас я превратил операцию «Павлин» из фикции в реальность. Со временем она стала одной из наиболее успешных акций Управления. Благодаря ей я приобрел множество друзей, которые оказывали мне услуги вплоть до завершения моей работы в Лэнгли, особенно во Вьетнаме, во время проведения операции «Феникс», когда мне было необходимо, чтобы в газетах появлялись правильные статьи.
Я также проверил, каково положение дел с тремя другими проводимыми мною операциями, имевшими долгосрочные цели, но мне не хочется утомлять читателя этими подробностями, тем более что они утомят и самого автора. Я послал нескольким коллегам внутриофисные записки с уточнениями, вопросами и требованиями, дабы не привлекать излишнего внимания к своему отсутствию.
К девяти часам я был дома. Пегги приготовила мне «хайбол», и прежде чем выпить его, я пообщался с мальчиками. Джек явно соскучился, о чем можно было догадаться по тому, с какой силой он обнял меня. Питер, мой средний сын, никогда не был особо привязан ко мне и не пытался этого скрывать. Однако мне сказали, что он произнес самую проникновенную речь на моих «похоронах» в 1993 году. Уилл был занят игрой и фактически не заметил моего возвращения. Мы с Пегги поужинали, после чего она отправилась спать, я сделал себе еще один «хайбол» и сказал, что немного задержусь, поскольку мне нужно проверить почту.
В основном это были счета, но среди них я обнаружил не совсем обычный, довольно большой и увесистый конверт без обратного адреса. На нем стоял штемпель почтового отделения городка Роунока, расположенного недалеко от поместья Лона в Юго-Западной Виргинии.
Я вскрыл его. Внутри конверта находился толстый номер иллюстрированного журнала «Стрелковое оружие и боеприпасы» с многочисленными фотографиями различного огнестрельного оружия и сопроводительными статьями. Пролистав журнал, я ничего в нем не обнаружил. Пролистав его еще раз более внимательно, я заметил, что одна из страниц в середине кажется слишком толстой по сравнению с остальными. Присмотревшись, я понял, что страницы 43 и 44 склеены, и когда разъединил их, между ними оказалось письмо. Это смешно! Лон практиковался на мне в шпионских шутках.
Я взял письмо и прочел приветствие:
Коммандеру Бонду 007
Из Технического отдела
По делу «Убийство Доктора Нет»
После прочтения сжечь
Старина Лон так и остался неунывающим охотником, и в этом духе он начал свое письмо.
Коммандер Бонд, я много размышлял по поводу вашего запроса, провел ряд экспериментов и нашел решение. Заварите кофе, поскольку вам предстоит долгая бессонная и по большей части скучная ночь, если только вы, подобно мне, не находите завораживающими тайны огнестрельного оружия и баллистики. Но, поскольку такие люди составляют около 0,0001 процента населения, желаю вам удачи.
Я должен еще кое о чем предупредить читателя. В данном
Прочитав письмо Лона, я сжег его в камине. За эти пятьдесят лет не было, наверное, и дня, чтобы я не вспоминал о нем, поскольку оно, как я на то и рассчитывал, сделало возможным то, что произошло. Оно послужило фундаментом всего замысла. Я хорошо помню содержание письма и привожу его близко к тексту оригинала.
Позвольте мне начать с краткого изложения технических требований. Вам, Джеймс Бонд, поручено ликвидировать некоего Доктора Нет за его всевозможные преступления. При этом вы не должны попасться и не должны оставить свидетельства вашей причастности к этому делу, как и причастности к нему Британских секретных служб. К счастью, в вашем распоряжении имеется один простак, Феликс Лейтер из ЦРУ США, якобы разведывательной службы. Бедный Феликс: вы можете как угодно манипулировать им, поскольку ему так хочется быть похожим на уверенного в себе, обаятельного, внушающего уважение коммандера Бонда. Поэтому вам легко удалось уговорить его выстрелить в Доктора Нет. Увы, у него имеется единственное оружие – старая итальянская винтовка «манлихер-каркано» модель 38 калибра 6,5 мм с японским оптическим прицелом весьма сомнительного качества.
Вас беспокоит, что Феликс может промахнуться, и поэтому вы решили перестраховаться и привлечь второго, гораздо более опытного и умелого стрелка. Если Феликс промахнется, что вполне вероятно, этот второй стрелок поразит цель спустя секунду или около того. Но все баллистические свидетельства должны указывать на Феликса. В этой операции ему отведена роль козла отпущения.
Не буду писать здесь о позиции, углах выстрела, путях отхода. Это проблемы вашего отдела. Я решаю техническую задачу: как второй стрелок сможет поразить голову Доктора Нет таким образом, чтобы она не оставила никаких следов своего существования. Тогда, на основе результатов баллистической экспертизы, убийцей будет признан Лейтер. Вот что я сделал бы. Во-первых, снабдил бы Феликса патронами, которые он должен использовать. Таким образом, мы дадим Феликсу коробку патронов 6,5 «манлихер-каркано», изготовленных «Вестерн Картридж Компани» в соответствии с контрактом, заключенным с итальянским правительством, которые, оказавшись избыточными, были перепроданы итальянцами американским оптовикам и упакованы в красивые белые коробки.
Пуля, которую использует второй стрелок, должна быть, в своей основе, идентичной пуле Феликса и иметь такой же патрон, изготовленный на том же заводе «Вестерн Картридж Компани» в Сент-Луисе. Перед нами один из таких патронов. Рассмотрим его. Гильза имеет тупой конец, и из ее латунного корпуса, необычно длинного, с учетом общей длины патрона, выступает пуля с медным покрытием. Этот патрон не похож на ракету в такой же мере, как гильза с воткнутой в нее сигарой. Он слишком тяжел для своих размеров, что красноречиво свидетельствует о серьезности возложенных на него задач.
Известно ли вам, коммандер Бонд, что огнестрельное оружие и патроны не являются неизменными, какими представляются? Они весьма пластичны. Их можно совершенствовать. В них можно вносить самые разные конструктивные изменения, служащие определенным целям. Именно это мы и сделаем с нашим патроном «манлихер-каркано» калибра 6,5 мм.
Если вы забыли или никогда не знали: патрон состоит из нескольких элементов. Он содержит пулю, которая приводится в действие за счет быстрого сгорания – но не взрыва – пороха. Пуля располагается в латунном корпусе, называемом гильзой. Задняя часть гильзы, называемая капсюлем, имеет кольцо, плотно примыкающее к затвору благодаря точно выполненным желобкам, и прочно удерживается в коробке винтовки. Капсюль также содержит затравочную смесь, состоящую из определенных материалов, которая вспыхивает после удара бойка, воспламеняя порох и образуя расширяющийся газ, который толкает пулю в ствол и дальше, в историю. В данном случае это не имеет большого значения, но патрон представляет собой необычную, удивительную конструкцию, настолько эффективную и тщательно разработанную, что ее ничто не может заменить уже больше ста лет, и не сможет еще столько же. Но вернемся к нашему патрону – «манлихер-каркано» 6,5.