Третий
Шрифт:
Июнь, 24
Лиза любила, чтобы её звали Лисой. Лиза – распространённое имя, человечье имя, данное людьми, с которыми Лиса старалась дел сверх необходимости получения средств от родителей не иметь.
Одета она была вполне привычно. Серые джинсы и полосатая футболка с прищипленными для нарядности рукавчиками. Из новых бордовых кед торчали кокетливо подвёрнутые белые носочки. Футболка с поперечными зелёно-сиреневыми
– Мне восемнадцать, – представившись, для начала предупредила она, стараясь произвести впечатление.
Люди не представляют как их выручает возможность кивать. Не знаешь, как отвечать – кивни, и от тебя отстанут.
Мне пришлось неловко промолчать.
Лиса кивнула сама, демонстрируя недюжинную проницательность.
– Несовершеннолетние не имеют права находиться в городе без законных представителей. Твои родственные связи не установлены, возраст определили как 16 лет, поэтому…
– Как определили? – спохватилась я.
Лиса поморщила готовый облупиться нос. Кажется, не дать ответ ей было обидно.
– По костям как-то, – сдалась она.
Подробности не вспомнились. Гадай теперь, съели ли они птичку и разложили пасьянс на её косточках, либо проверили степень сращения костей моего черепа. Лиса не придавала таким мелочам значения.
– Вставай и пойдём, – бодро распорядилась Лиса. – Посвящу тебя немного. В самое необходимое.
Полина не сдвинулась на кровати.
– Понравилось во дворце? – по своему восприняла Лиса.
– Я не хожу, – прямо сообщила Полина.
Лиса задумалась.
– Тебе не сказали?
– Я не спрашивала, – она легкомысленно отмахнулась покрасневшей под солнцем рукой. Девушка подняла указательный палец в жесте похожем на просьбу подождать и куда-то быстро ушла. Полина вздохнула, начиная беспокоиться. Полная бодрости Лиса напоминала студентов-практикантов из больницы.
Лиса вернулась что-то катя. Колёсики елозили по полу, переворачиваясь и теряя направление. Полина, поднапрягшись, уловила краем глаза закруглённую спинку офисного кресла.
«Сказать ей, что я не сижу?»
– Как там… – забормотала девица, вспоминая что-то. – На вес до шестидесяти… – она смерила Полину взглядом, – да, точно. До шестидесяти…
Полина обнаружила себя не там, где лежала. Лиса успела поймать её за ногу, пока Полина не восплыла под потолок.
– Что это было? – выдохнула Полина, пока
– Заклинание временной отмены веса, – Лиса хмыкнула довольно. – Поди не слышала о таком.
Полина неаккуратно покачала головой. Но ничего не случилось. Мазь Цжуанга действовала. Полину посетила новая мысль.
– Насколько временной?
– Уже должно было пройти, – растеряла довольство Лиса. – Ничего, – она не унывала, – я тебя привяжу. Пройдёт когда-нибудь.
Полина не стала переживать. Поверить, что после всех напастей её жизнь закончится полётом не удавалось.
– Мне сказали, – Лиса ползала на корточках, приклеивая Полину скотчем к подлокотникам и, на всякий случай, к основанию, – что тебя нужно ввести в курс, как новенькую. Ты из людей?
Сначала вопрос показался Полине странным, но потом она честно ответила:
– Не знаю. А мы не из людей?
– Ну… из людей, наверно, – неохотно допустила Лиса. – Это ж вопрос из полушарлатанской сферы исследований… я не в том смысле – ты из непосвящённых?
– Не знаю. У меня проблемы с памятью.
– Ну, – Лиса шумно выдохнула, раздув щёки, – тебя сильно шокировало, что вокруг тебя маги?
– Кажется, нет, – покопавшись в себе, произнесла Полина.
– Ну тогда ты из посвящённых. Некоторые вещи нельзя забыть. Как кататься на велосипеде или там как жарить яичницу. Вот ты, например, что ты точно помнишь?
Полина молчала. Открыла рот… снова молчала.
– Не помню, – в конце концов смогла сказать она.
– Значит, как новенькую, – заранее утомлённо выдохнула Лиса, выталкивая кресло в проход.
Домина производил давящее впечатление, с одной стороны нагромождением дорогого хлама – как ещё назвать грозди запылённых голов на стенах, с другой – большой схожестью интерьеров с фарфоровой посудой. Полине казалось, что вот-вот хозяйка-великанша снимет крышку, заметит неряшливые тёмные комки чучел, сморщит громадный нос и плеснёт сверху кипятка. Побултыхает для верности. Потоки кипятка в воображении рисовались ярко, Полина носом чувствовала жар от него, даже горьковатую пыль от чучел перебивало.
А потом ноздри резанул сильный запах цветущих растений, настолько отличный от запахов медицинских препаратов и застиранных бинтов, что ударял в голову. Цвёл люпин, перемешанный с белой элегантной наперстянкой, окаймлённый бордюром из миниатюрных роз. От неожиданности девушка стала поворачивать голову – они были в саду. Нет, в сквере. Или в парке? Что-то должно было быть вокруг такого большого дома, не сразу другие дома впритирку.
Полина попыталась представить себе улицу, по которой подряд шли бы такие хоромины, но воображение отказало на почтовых ящиках, и окружающий мир оказался достаточно разнообразен, чтобы дать воображению выходной. Обернуться она не могла, так что смотрела вперёд.