Третий путь
Шрифт:
Сергей отложил ноутбук и продолжил:
– Можно посмотреть на историю последних двух-трех тысячелетий, и кое-что осознать. Получается, что не всегда правильно приходить на другие земли, к другим народам, с огнем и мечом, со своими традициями. Иногда это приводит к долгоиграющим последствиям. Не всегда хорошим.
Древнерусскому языку, азбуке и отдельным уцелевшим книгам или рунам, выбитых на камнях, куда как более 5 тысяч лет. Это – по очень скромным оценкам.
– А почему эти книги и данные не выплывают? – спросил Виктор.
– Витя, а почему сгорела александрийская библиотека? Почему все средние века горели костры из книг и еретиков-чернокнижников? Все очень непросто. Есть много причин.
Можно над народом сформировать темную мглистую многомерную реальность – эгрегор, который определяет мысли и поступки людей, объединенных в одном народе общей судьбой. Можно через влияние на «элиту» чуть исказить язык или диалект, оправдать преступления и грехи, влить мысли об исключительности населения, живущего в данном местечке и дать этим людям пролить кровь, почувствовать её на вкус. В этих людей вселяются бесы. Таких бесов можно после этого легко гнать на любые майданы – причем за небольшие деньги, даже за еду. Разные бесы-западенцы чувствуют себя на новых землях хозяевами жизни и вершителями истории и судеб других слабых и ничтожных людей, не таких, как они…
Стоит дать бесам чуть хлебнуть крови – и открываются настежь ворота ада. Ладно, это ведь наша жизнь сегодня, на Украине, но она точно описана в древних книгах. Живешь не по совести, не чтишь свою культуру, не уважаешь соседа и – открываешь ворота ада.
Но время уже подходит, и эти книги скоро выплывут из забвения. Понимаешь, Витя, скоро много чего интересного выплывет. Ты знаешь, например, что древнерусский язык и древнеиндийский санскрит – на 90% одно и то же?
– Слышал.
Сергей внимательно посмотрел на Виктора, вновь выудил свой ноутбук и стал неспешно щелкать клавишами. Он быстро отыскал нужную информацию и произнёс:
– Известно, что 2014 год в России объявлен годом культуры. У нас сегодня образованием и культурой заправляют либеральные деятели. Он сейчас заняты тем, что пытаются начать брать деньги за образование и обучение детей в стране, но забывают про культуру. Они или не знают, или совершенно сознательно скрывают важную информацию. Если не знают – то они просто некультурные люди, если скрывают – то они однозначно из лагеря велиаровых детей.
Витя, хочу тебе сообщить важную информацию. Её в своей книге передал один из умнейших людей, скромно и незаметно живший в нашей стране при советской власти. Важная информация выглядит так:
– Летом 1955 года, будучи корреспондентом Всесоюзного радио по Средней Азии, я получил из Москвы задание взять для «Пионерской зорьки» интервью у прибывшего в Ташкент премьер-министра Индии Джавахарлала Неру. С большим трудом удалось пробиться к нему с условием, что я отниму у него не более 10 минут. Наша беседа, однако, к обоюдному, как можно было судить, интересу продлилась около шести часов. Надеюсь, когда-нибудь я напишу о ней отдельно, а здесь остановлюсь лишь на одном из своих вопросов премьер-министру, благодаря которому, собственно, моё короткое,
Зная, что Неру считал себя учеником не только Махатмы Ганди, но и Николая Рериха, которого называл махариши, я быстро написал в блокноте нашей дохристианской азбукой слово культура
и спросил его, знакома ли ему такая азбука. Маленький, щупленький, в своей неизменной белой пилоточке, он глянул на меня с сияющим изумлением и с такой же лучистой радостью теперь к моему удивлению прочитал по-древнерусски без акцента: – Корень Зори несомый любовью твоей в движении родов наших к Истине.
Оказалось, в порядке импровизации я затронул тему, мигом снявшую с него всю его официальность главы правительства крупнейшей из мировых держав.
– Замечательно глубокое определение, не правда ли, Ири? Скромно сидевшая с нами за круглым столом Индира Ганди, ещё совсем молодая, с чёрной в смоль причёской и в нежно-розовом сари, в знак согласия кивнула головой и краешками губ тоже улыбнулась.
Все трое мы словно вдруг породнились. Никогда не забуду ту одну из самых счастливых минут в моей жизни. Из простого журналиста я превратился в равноправного собеседника великого человека, которого с ликованием встречали Москва и Ташкент.
Махариш Рерих, – сказал он, – думал, что другим людям это ваше древнее слово трудно осмыслить, потому по созвучию с латинским «култус» и нашим «ура» переводил его обычно как «поклонение Свету». Но вы, наверное, имели в виду книгу «Культура»?
Она Вам известна? Полагают, её первую редакцию брамины принесли в Пенджаб четыре-пять тысяч лет назад, а окончательный вариант попал к нам, вероятно, где-то в середине одиннадцатого века, когда в Индию пришла новая волна учёных русов. Можно сказать, это наша общая книга, но в мире она получила распространение в переводах с санскрита под названием «Панчатантра, или пять книг житейской мудрости». И весь колорит, конечно, давно стал чисто индийским, в стиле наших народных притч. «Панчатантра», пожалуй, вдвое древнее Пятикнижия Моисея и отличается от Библии целомудрием и здравым смыслом, ничего сверхъестественного в ней нет, всё человеческое, хотя действующими лицами часто выступают птицы и звери.
Сергей отложил ноутбук, прикрыл глаза и произнёс:
– Культура – это корень Зори несомый любовью твоей в движении родов наших к Истине.Зная, что зоряв древней азбуке звучит ещё и как свет знаний, а корень –это ещё и основа,то можно сказать, что культура – основа света знаний несомая любовью твоей в движении родов наших к Истине.
А истина для славянина и его рода - жить для других, не грести всё под себя, а помогать и отдавать. Но – отдавать близкому по духу или более слабому, нуждающемуся в помощи живому существу, отдавать по своей воле, а не по принуждению. Истина для славянина – жить в свободе, в достатке и давать отпор тому, кто желает его закабалить и поставить на колени.