Шрифт:
Действующие лица
Профессор Уильям Бредфорд — директор научно-исследовательского центра.
Профессор Мартин Блейк — руководитель лаборатории.
Доктор Элизабет Гордон — научный сотрудник.
Робби Джонс — лаборант.
Мод Дженнингс — курьерша и уборщица.
Мадлен, Миссис Джонс — мать Робби.
Сэр Роберт Боинг — премьер-министр.
Доктор Маневринг — генеральный директор отделения ООН.
Аллан Смит — корреспондент газеты "Таймс".
Долли Честер — корреспондент агентства Рейтер.
Том Гардинг — репортер компании Би-би-си.
Действие
Действие первое
Лаборатория профессора Мартина Блейка в крупном научно-исследовательском центре. Огромное окно, за которым на фоне неба видна гигантская чаша радиотелескопа. Вдоль стен — приборы. На панелях мигают лампочки, светятся циферблаты. Одна из установок является приемным устройством радиотелескопа. Небольшой письменный стол и несколько стульев, а также полка с папками дополняют обстановку. Монотонный гул. Мартин Блейк, представительный сорокалетниймужчина, увлеченнозаписывает показания приборов. Его помощник Робби Джонс — парень лет двадцати — повторяет все действия шефа, переходит за ним от прибора к прибору, но то и дело обгоняет. Тогда Блейк, который вроде бы не замечает помощника, возвращает его, как нечто неодушевленное, на прежнее место. Оба молчат. Блейк машинально ест бутерброд и, откусив, каждый раз, неглядя, нашаривает какой-нибудь выступ на приборе, оставляет там бутерброд и продолжает работу. К этому же бутерброду несколько раз прикладывается и Робби. Последний кусочек съедает Робби, и рука профессора безуспешно ощупывает место, где только что лежал, бутерброд. Сообразив, что произошло, профессор замахивается на помощника, но в эту минуту сквозь гул мотора раздаются три мелодичных гудка.
Робби. Вы слышали?
Снова те же три гудка.
Мартин (бросаясь к рубильнику, отключает установку. После паузы снова включает рубильник. Опять слышны три гудка). Не может быть! (Опять выключает приборы и после паузы включает их. Три гудка.) Те же… Будь я проклят!
Робби (показывая пальцем на потолок). Вызывают…
Мартин (проверяет контакты. Выключает машину и снова включает ее. Ждет). Пропали…
Робби. Прибавьте напряжение, профессор.
Мартин (машинально тянется к прибору, но, спохватившись, отдергивает руку). Не болтай глупости!
Робби. Простите, сэр.
Входит Элизабет Гордон, коллега Мартина, ей под тридцать, в белом халате, привлекательная, решительная.
Элизабет. Мартин, шесть часов.
Мартин не отвечает. Она кивает Робби, тот застенчиво улыбается.
Элизабет. Мартин! Уже шесть часов! Мартин!
Мартин. А, это ты, Лиз… Минуточку…
Элизабет. Никаких минуточек! Мы ведь решили сегодня…
Мартин. Лиз, это невероятно!
Элизабет. Что невероятно?
Мартин. Сигналы… оттуда…
Элизабет. Откуда?
Робби (показывает пальцем на потолок). Правда!
Мартин. Они дали три гудка.
Элизабет. Совпадение, наверное.
Мартин. Нет!
Робби. Четвертый раз не ответили.
Элизабет (Мартину). Вот видишь. У них тоже закончился рабочий день.
Мартин (Робби). Тебя здесь не спрашивают!
Элизабет. Не обижайтесь, Робби. Профессор переутомлен. (Мартину.) Кончай!
Мартин. Лиз, это очень важно. Мы же все этого ждем… Уже столько лет…
Элизабет. Важно. А все остальное тебе не важно?
Мартин (продолжая проверять записи). Ты о чем?
Элизабет. Так… ни о чем… (Подходит к установке.) Будем слушать.
Мартин (обрадованно). Включай ты, Робби. Может быть, у меня завихрение мозгов?
Элизабет (сухо). Только не у тебя, Мартин.
Мартин. Ввод двадцать семь.
Робби (повторяет). Ввод двадцать семь. (Настраивает приборы.)
Мартин: Напряжение двадцать тысяч.
Элизабет (удивленно). Двадцать тысяч? Это же…
Мартин. Подай напряжение на катоды. (Подходит к главному рубильнику.) Отойдите подальше.
Элизабет отбегает. Робби остается.
Мартин. Тебя это тоже касается!
Робби нехотя отходит.
Мартин. Включаю!
На фоне мерного жужжания, как и раньше после паузы слышатся три гудка.
Робби. Вот!
Элизабет (озадаченно). Странно…
Мартин. Я тоже теряюсь в догадках.
Элизабет. Надо проверить контакты и пересчитать схему.
Робби. Все двадцать раз проверено.
Мартин (Робби). Тебя здесь не спрашивают.
Элизабет (Мартину). Ты же сам говорил, что Робби за эти годы изучил установку как свои пять пальцев! Не обижайтесь, Робби, я сейчас уведу это чудовище!
Мартин. Да, да, Робби, не обижайтесь. Дело действительно не в контактах и не в схеме. И если это сигналы внеземной цивилизации, то надо решить, что делать дальше. Надо решить, как им ответить.
Элизабет. Все проблемы лучше решать на свежую голову. Там столько нас ждали — подождут еще. Когда что-то не получается — надо отвлечься, переключиться. Встретимся через десять минут.
Мартин (не слушая ее). Да, да… через полчаса… (Себе под нос.) Необходимо увеличить напряжение.
Элизабет (обернувшись в дверях). Ни в коем случае.
Мартин (задумчиво). Да, да…
Элизабет. Это самоубийство, Мартин. Двадцать тысяч — это предел.
Входит профессор Уильям Бредфорд, директор научно-исследовательского центра. Ему за пятьдесят, он крепкого сложения, держится самоуверенно.
Робби кланяется, но Бредфорд не замечает этого, потому что никто не обращает внимания на Робби — такой он незаметный.
Бредфорд. Хелло, Элизабет. Хелло, Мартин. (Весело.) О чем речь? Какие двадцать тысяч?
Мартин. Билл, случилось нечто удивительное…
Элизабет. Мартин, только не задерживайтесь… (Уходит.)
Бредфорд (провожает ее взглядом). Выход в свет?
Мартин (нетерпеливо). Да… Но слушайте, Билл. Действительно случилось такое…
Бредфорд (с улыбкой, поднимая руку). Только не сегодня, Мартин, у меня еще куча дел. Завтра — большой день, как вам известно… Я хотел…