Трепет. Его девочка
Шрифт:
Высокая и крепкая фигура Ахметова вырастает передо мной незамедлительно. Он царапает мое лицо темным взглядом, мигом понимая, что я все слышала, крепко выругивается, бросает какие-то короткие фразы человеку, с которым только что говорил, после чего подходит ближе, сжимает мои плечи и слегка встряхивает.
– На меня посмотри, Яна. С Рустамом все в порядке. Ты слышишь?
– Вы же сказали... вы сказали, что его машина...
– Его машина, а не он. Тебе вообще не следовало подслушивать.
– Пытаетесь меня пристыдить?! Вы... серьезно?! Мне
– вскидываю подбородок, пытаясь унять дрожь в губах, но не выходит. Карим сказал, Рустам жив, но я все еще не знаю, что произошло, и что сейчас происходит. И я не уйду отсюда пока не выясню.
– Скажите мне... где он? Что случилось?!
– Тебе в это лезть не стоит. Занимайся работой. Затем езжай домой и жди. Рустам приедет или позвонит, когда у него появится возможность.
– Занимайся работой?! Жди?! Вы не можете меня об этом просить... Вы... как я могу сейчас?! И что значит, когда у него появится возможность?! Он не может, потому что он ранен? Он в больнице?!
– я не замечаю, как перехожу на крик.
Карим оборачивается на сотрудников, недоуменно бросающих взгляд в нашу сторону, после чего хватает меня за плечо и практически тащит за собой. Через несколько минут мы оказываемся у него в кабинете, куда мужчина меня заводит и закрывает за нами дверь.
***************
– Я же сказал, с ним все в порядке, - рявкает Ахметов, подходит к столу и плескает воду в стакан из графина.
– Вот, выпей и успокойся.
Беру стакан из рук мужчины, но так и не делаю глоток.
– Ваших слов недостаточно. Я должна с ним поговорить. Должна увидеть. Я не смогу работать, пока не буду уверена..
– Яна, - прерывает мою запальчивую речь Ахметов, - сейчас он серьезно занят, поэтому пока не может встретиться с тобой...
– А позвонить он тоже не может?! Если с ним все в порядке, как вы говорите, что ему мешает мне позвонить?! Почему у него выключен телефон?! Объясните мне, что случилось?! Я вас в покое не оставлю, так и знайте! А если вы меня прогоните, то я... поеду сама его искать! Где он может быть? В казино? В доме? В больнице?! Я слышала, что вы говорили тому мужчине, чтобы с меня глаз не спускали... Я сбегу и тогда... тогда...
– Тогда я тебя уволю.
Вздрагиваю, получив недвусмысленную угрозу в случае, если не стану исполнять его указания. Работа, которую я так хотела, проект, ради которого старалась - я могу это потерять. Знаю, что самым здравым решением сейчас было бы просто вернуться на свое рабочее место и ждать, как и сказал Карим Гаясович, но я не могу мыслить здраво. Мне слишком страшно. Я хочу быть уверена в том, что с Рустамом на самом деле все хорошо. Один звонок, неужели я так много прошу?! Просто услышать его голос.
– И плевать... увольняйте, - закусываю губу и шмыгаю носом. Так и не выпив воды, ставлю стакан на стол.
– Раз не хотите помочь, тогда увольте...
Темные брови мужчины сходятся на переносице, он устало вздыхает, после чего достает телефон из кармана пиджака и начинает водить пальцем по сенсору. Вижу по его лицу, по
– Багримов, - рыкает Карим в трубку, - тут твоя протеже желает с тобой поговорить...
Это Рустам... Он с ним разговаривает! С моим Рустамом. Сердце начинает биться еще быстрее, если такое вообще возможно.
– Она случайно услышала разговор... Нет... Я сказал, она не слушает, грозится сбежать и устроить самостоятельные поиски...
Тяжелый взгляд Ахметова ложится на мое лицо, затем он медленно отлепляет гаджет от уха и протягивает мне. Беру телефон и отворачиваюсь, благодарно кивнув мужчине. Не хочу, чтобы он наблюдал, как я говорю с Рустамом, хотя наверняка он все о нас знает, но тем не менее, это личный разговор. Отхожу к окну и понижаю голос. Глупо, конечно, Карим все равно все слышит.
– Рустам? Где ты? С тобой все в порядке?
– Привет, Яна. Все хорошо, - слышу его голос. Низкий, хриплый... недовольный.
– Нет времени говорить. Просто слушай Карима и делай, что он тебе говорит.
Я так рада его слышать. Рада, что он жив, что ничего страшного не произошло с ним, хотя это еще не совсем точно, ведь я его не вижу, вдруг он прикован к постели? Мне до безумия хочется его увидеть, сказать, как я испугалась, как он меня напугал, а он рычит, словно я не имела права испугаться...
– Рустам...
– горло снова передавливает, как там в коридоре, по щекам начинают течь слезы, - я ведь... испугалась за тебя. Почему ты не позвонил?! Почему не говоришь, что произошло?! Разве сложно было набрать мой номер?! Почему ты сейчас говоришь так, словно я каждый день получаю новость о том, что ты мог погибнуть... Я не понимаю...
– Ян, я приеду, и мы поговрим, - прерывает меня Рустам нетерпеливо, почти раздраженно. Обидно. Очень.
– Ты вообще не должна была знать о случившемся. И это не телефонный разговор. После работы пусть тебя домой отвезет Карим или Валерий. И... воздержись пока от вечерних прогулок по городу.
Он отключается.
Какое-то время так и стою, прижав телефон к уху.
Я же чуть с ума не сошла... думала, что но погиб, а он... вот так грубо...
Поворачиваюсь к Ахметову на автомате, отдаю гаджет и выдавливаю из себя хриплое "спасибо", после чего на деревянных ногах плетусь к двери, выхожу из кабинета и, пройдя несколько метров, прижимаюсь спиной к стене.
Как он может быть таким равнодушным и хладнокровным?! Это будто не Рустам, а другой человек. Рустам вел себя так чутко и заботливо, это даже раздражало, ведь мне не хотелось его заботы, но сегодня... Не успокоил, не сказал ничего из того, что обычно говорит... Он меня винит? Или мои чувства вдруг стали ему безразличны?! Что вообще происходит?