Тремарнок
Шрифт:
– Он в квартиру поднялся, – ответил Алекс, мотнув головой вверх, – уже давно там торчит.
Лиз нахмурилась:
– Странно. Может, случилось что. Пойду-ка проверю.
Квартирой над рестораном владела состоятельная супружеская пара из Труро. Обычно квартира сдавалась, но предыдущие жильцы внезапно съехали, а новых ждали лишь через несколько недель.
Владельцы, знакомые Роберта, дали ему ключи и попросили приглядывать за квартирой. За это они платили ему, и тех денег хватало, чтобы продержаться зиму, когда посетители заглядывали
Вход в квартиру располагался сбоку от ресторана, однако внутри, в самом дальнем углу, тоже имелась дверь, ведущая прямо на лестницу и обычно запертая. Ею Лиз и воспользовалась.
– Роберт? – позвала она.
Услышав его голос, Лиз поднялась по узенькой, устланной тонким бежевым ковром лестнице на второй этаж и заглянула сперва в небольшую кухню, а затем – в просторную гостиную, выходившую окнами на улицу. Квартира была меблированной, но казалась пустой и необжитой. Пахло здесь сыростью. Роберта нигде не было, и по еще более крутой лестнице Лиз двинулась наверх, в мезонин.
Лиз обнаружила Роберта в одной из двух спален – он стоял перед алюминиевой стремянкой и встревоженно смотрел на открытое окно в скошенной крыше. Струи воды стекали по стеклу и расползались лужей по ковру. Наверху, за окном, недружелюбно темнело небо.
– Да, погода отвратительная, – сказала Лиз, ожидая, что Роберт сейчас закроет окно.
Он обернулся проверить, кто это, после чего вновь сосредоточенно уставился на окно. Роберт походил на священника, который ждет небесного знамения.
– Тебе помочь? – озадаченно поинтересовалась Лиз.
– Что? – Роберт потер лоб и переступил с ноги на ногу.
Сердить его Лиз не хотелось, но темное пятно на полу неумолимо расползалось. Еще немного – и в гостиной снизу тоже закапает.
– Нет, я сам. Сам справлюсь.
Что-то в его тоне заставило Лиз замереть, и теперь она молча наблюдала, как Роберт занес ногу над ступенькой и обеими руками ухватился за боковины, словно собравшись карабкаться в гору. Он простоял так целую вечность, совсем как старик, который только проснулся и уговаривает непокорные, упрямые ноги сдвинуться с места.
В конце концов он убрал ногу со ступеньки и повернулся к Лиз, упорно глядя на ее черные туфли. Увидев его посеревшее лицо, Лиз испугалась, что Роберту плохо.
– Понимаешь, дело в том, что… – По-прежнему отводя взгляд, Роберт принялся грызть ноготь.
Лиз совсем растерялась и не знала, чего ожидать.
– Понимаешь… – Он снова кашлянул.
– Что? – Неужели это она успела его чем-то разозлить?
– Дело в том, что… – Он явно переживал, и Лиз уже решила было позвать на помощь. – Я боюсь высоты.
Лиз едва не расхохоталась, но Роберт выглядел таким несчастным, что, охваченная жалостью, она прикусила щеку.
– Разреши, – протиснувшись мимо него, она быстро, не дожидаясь возражений, взобралась на стремянку, –
Потолки были высокие, и, чтобы дотянуться до окна, Лиз пришлось подняться на верхнюю ступеньку. Роберт придерживал скрипучую стремянку. Лиз ухватилась за металлическую ручку, потянула окно вниз, и оно плавно закрылось.
– Отлично! – с облегчением выдохнул Роберт, когда Лиз спустилась. – Спасибо.
Он буквально сиял, и на миг Лиз даже испугалась, что он ее расцелует. Она быстро оттащила стремянку подальше от мокрого пятна.
– Не за что. Ты молодец, что проверил, а то здесь все затопило бы.
Она уже направилась к лестнице, когда Роберт снова громко закашлялся.
– Э-хм… Лиз?
Она остановилась, разглядывая свой фартук. Ей не хотелось лишний раз смущать Роберта, но не смотреть на того, с кем разговариваешь, ужасно тяжело.
– Знаешь, я всю жизнь боюсь высоты, – робко проговорил он, – кажется, это началось еще в детстве. Отец заставил меня залезть на дерево, и я оттуда свалился.
– Вот это он зря! – воскликнула Лиз, почему-то вспомнив вдруг о Греге. Такая выходка – очень в его духе, если бы Грег вообще навещал Рози.
– Он был довольно неприятным человеком, – мрачно ответил Роберт.
Лиз захотелось узнать побольше, но расспросов Роберт не любил, к тому же с минуты на минуту должны были явиться гости.
– Ладно, за работу, посетители вот-вот придут… – Роберт шагнул к лестнице следом за Лиз и вдруг ни с того ни с сего спросил: – Как там твоя дочка?
С чего это он? Прежде никогда ее жизнью не интересовался.
– Спасибо, неплохо. В октябре собирается с классом в Лондон. И мы сейчас стараемся побольше скопить на поездку.
Лиз уже начала спускаться, когда Роберт осторожно тронул ее за плечо. Она остановилась.
– Я буду тебе очень признателен, если ты никому не расскажешь… ну, что я боюсь высоты. – Он сглотнул. – Ребята, Джесс с Джошем, они начнут…
– Конечно! – перебила его Лиз, представив безудержное веселье, которое охватило бы ее товарищей по кухне, узнай они об этом. Они бы ни за что не позволили ему забыть о случившемся. – Все останется между нами.
Украдкой наблюдая за Робертом, Лиз заметила, что хмуриться он перестал и на лице у него даже появилось некое подобие улыбки.
– Спасибо еще раз – за то, что помогла с окном.
– Да перестань. – Лиз подумала, что когда он не нервничает, то становится почти симпатичным. Набрать бы ему несколько фунтов, а то затягивает ремень до предела, чтобы темно-синие джинсы не свалились.
– Знаешь, я вот, например, вообще высоты не боюсь, – ободряюще заявила она, – но зато жуков терпеть не могу. Нет, «фольксваген жук» меня вполне устраивает, а когда надо сэкономить, я и сама веду себя как настоящая жучила, но вот насекомые – нет, спасибо, – она передернулась, – если они вдруг мне попадаются рядом с домом или, что куда хуже, прямо в квартире, у меня от страха в глазах темнеет и я зову на помощь Рози.