Трель соловья
Шрифт:
«И что, это все? — отстраненно подумала Лирен, пытаясь ухватить мелькнувшую мысль. — Долеталась птичка?»
— Слабак, — презрительно сплюнул Амбал, запуская руку в сумку капитана. — И вообще, почему нам возиться с этим уродом, а тебе — девка? Нечестно.
— Заткнись, а? — посоветовал арбалетчик, качнув в его стороной оружием. Не отвлекаясь, впрочем, от внимательного изучения тела девушки.
— Щас, еще чего хочешь. С каких пор ты у нас главный?
— А пошел бы ты… Твоего мнения не спросил.
— Ничо, мы это быстро устроим, — пообещал Амбал, многозначительно кладя руку на плечо
— Пасти закрыли. Оба, — рявкнул на них мордоворот и обратился уже спокойней к арбалетчику: — А ты попробуй поработать над командным голосом, говорят, помогают. А то тебя даже девка не боится, не то что…
Лирен вздрогнула. Голос! Конечно же, голос!
Еще в академии при «птичнике» им говорили, что дар «соловьев» не ограничивается тем, что они могут успокаивать своим голосом — это всего лишь наиболее часто встречающееся и самое безопасное его проявление. Необходимый минимум, которого достаточно, чтобы стать успешным дипломатом — и не только на словах. Да и не обязательно дипломатом, жрицы в храмах Май Ше зачастую обладали тем же даром — верховные так точно, — и тут все зависело только от того, кто успел первым подобрать талантливую девочку: храм или корона через «птичник».
Но у всего есть другая сторона. И голос «соловьев» не исключение.
У них существовала негласная традиция, нерушимое правило, что дар может быть направлен только на мирные переговоры, иначе это может привести к серьезным последствиям, с которыми не каждый сумеет справиться. Приказывать, пугать, подчинять себе считалось грязным и недостойным и активно порицалось. Вот только вряд ли кто-то способен окончательно развести в стороны две грани одного дара.
Лирен догадывалась, что при некотором желании она сможет вытащить на свет то темное его проявление, и даже была уверена, что ей удастся это сделать. Надо только захотеть. Перестать бояться. И очень-очень испугаться за свою жизнь.
— Перестаньте! — Девушка честно попыталась разозлиться — только вот это не помогло, голос звучал тихо и жалобно.
— Ну покричи-покричи, — одобрил арбалетчик, свободной рукой распуская шнуровку на ее рубашке.
Лирен взвизгнула и отшатнулась, упершись спиной в дерево.
«Ну же, — в панике думала она, пытаясь увернуться от рук, — другие как-то это делают! Это не сложно, это просто не должно быть сложно! Иначе бы не говорили, что надо остерегаться…»
Она подняла глаза на арбалетчика — и почувствовала, как где-то под грудью шевельнулась змейка непривычной ярости, через мгновение рванувшая вверх. Затылок заломило от боли, дыхание перехватило, а окружившие ее люди перестали казаться смертельно опасными разбойниками.
Марионетки не способны причинить вреда дергающему за ниточки кукловоду.
— Хватит! — неожиданно даже для себя прорычала девушка, щитом выставляя перед собой руку. — Успокойтесь.
Арбалет неудачно упал на землю, и выпущенный болт попал во что-то за спиной Лирен. Оборачиваться она не рискнула, с опаской глядя на замерших перед ней разбойников — к ее большому сожалению, только двоих. Третьего, впрочем, возня по соседству волновало мало: он обнаружил недостаток бесчувственных тел на поляне.
— Я не понял, — взревел мужик, срываясь с места, — куда вы этого гада дели? Если, Амбал,
Лирен ошарашенно проводила взглядом его скрывшуюся в кустах спину — для своей комплекции двигался он удивительно проворно и легко — и вернулась к оставшимся двоим. Они стояли, вытянувшись по струнке и прижав к бокам руки.
— Уходите отсюда. Не то… — девушка спешно огляделась, пытаясь подобрать подходящее оружие под «не то» — разбиралась она в нем плохо и придумать что-нибудь сходу не могла. К тому же Лирен отчетливо ощутила, что ее злости хватило совсем ненадолго. Опьяненная первым успехом, она совсем забыла контролировать поле боя.
На разбойниках это тоже сказалось — они зашевелились и недоуменно переглянулись, выпав из-под влияния дара. Так бы и продолжали переглядываться, если бы из кустов не донеслись возня и два выстрела.
Спустя минуту оттуда появилось нечто, заляпанное кровью, с разбитым лицом и спутанными волосами, сжимающее в одной руке не менее окровавленный меч, а в другой пистолет. С некоторым трудом Лирен опознала в нем Карстена — и то, если бы не смутно знакомый доспех в сочетании с вроде бы светлыми волосами, скорее всего убежала бы в глубь леса.
Со все еще не опомнившимися противниками он разобрался быстро — одним взмахом меча и выстрелом.
— Дура, — хрипло сказал капитан без лишних церемоний, ощупывая щеку и морщась от боли. — Головой думать не умеешь? Сначала показала, что ты — «соловей», а потом отпускаешь. Хоть тем же арбалетом по башке стоило приложить… И почему амулет не надела? Возьми, кстати, может, пригодится. Лезь на лошадь, эти козлы не одни были, скоро тут еще десяток будет. Какая-то местная банда, стоянка совсем рядом. Пробовать свои силы против них мне что-то не сильно хочется.
— А… ты в порядке? — с опаской уточнила Лирен, в свою очередь отбрасывая всякие формальности.
— Нет. Не тормози… твою мать. — Карстен обернулся к лошадям и выругался.
Арбалетный болт попал не в дерево, как сначала показалось девушке.
— Давай вещи, — скомандовал мужчина, с трудом забираясь в седло. — Паршиво. Придется вместе ехать… Ну иди сюда, попробуем, как это у нас получится.
«Почему у меня есть такое чувство, что я разом провинился перед всеми богами, а не только перед этой проклятой Май Ше? Или так проявляется ее извращенное понимание того, как стоит наказывать невиновных? Больно-то как… Угораздило же наткнуться на такую тушу с гигантскими кулаками — надеюсь, он хотя бы ничего не сломал мне. Еще и эта дура схватилась, как не знаю за что… Демоны, ну за что мне это? Не могла со своей истерикой подождать…»
— Что случилось? — устало спросил Карстен, не поворачивая головы к вздрагивающей девушке. — Мертвецов никогда не видела?
— И это тоже, — шмыгнув носом, прошептала Лирен и еще крепче вцепилась ему в плечи. — Я же не… не… не убийца, для меня это не просто, видеть, как кто-то цинично убивает другого. И ты весь в крови…
— Ты бы предпочла, чтобы они убили тебя? Не хватайся за плечи, лучше за талию, не настолько больно. И не прижимайся так, я и без того держусь на одном упрямстве, еще грохнемся вместе. Второй раз калечить спину мне что-то не хочется.