Требуется соблазнитель
Шрифт:
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Он высказал вслух то, в чем боялся признаться себе все эти годы, — и мир не рухнул. Мэтт даже испытал облегчение, будто тяжелый груз свалился с его плеч. Эмили обняла Мэтта за шею, пригнула его голову к себе и поцеловала. Поцелуй начался как огненная вспышка, наполненная страстью, и становился все жарче. Эмили и сама была готова вспыхнуть сладостным огнем. Она изголодалась по Мэтту, и только вкус его губ мог удовлетворить ее. Гудение москитов, прохладная вода, плеск волн — все исчезло. Осталась только Эмили, ее гибкое тело и нежные груди, прижимающиеся
У нее была необыкновенно шелковистая кожа, мягкая от природы. Мэтт почему-то не мог вообразить, что Эмили обращается к помощи дорогих кремов или посещает курорты. Все в ней было естественно и чисто. Чего нельзя было сказать о его мыслях.
— В доме или на берегу? — спросил он, оставляя решение за ней, хотя у него имелось определенное предпочтение.
Она не разочаровала его:
— Конечно, на берегу.
Мэтт поднял Эмили из воды, и она охватила его ногами, а ее руки обвились вокруг его шеи. Когда они добрались до одеяла, он опустился на колени и посадил ее. Они растянулись рядом. Мэтт не мог налюбоваться совершенным телом Эмили. Никакая, супермодель или актриса из тех, кого он знал, не могла бы сравниться с ней. Эмили была прекрасна и телом, и душой. То, что она дала ему той ночью, было восхитительным даром, который Мэтт не мог полностью оценить до сегодняшнего дня.
Что она ответит, если он пригласит ее поехать с ним в Калифорнию? В голове загудело от этой мысли, и сердце учащенно забилось. Но готов ли он сам разделить свою жизнь с Эмили?
Единственная вещь, которую Мэтт знал наверняка, состояла в том, что ничто не казалось ему столь же правильным, как держать Эмили в своих объятиях.
Отблески огня танцевали на ее мокрой коже. Все в ней возбуждало его. Тело Эмили было гибким и стройным, мягким и женственным. Глаза Мэтта не могли оторваться от золотого кольца в ее левом соске. Оно вспыхивало в свете костра, мерцая на фоне загорелой кожи.
— Черт возьми, это красиво. — Мэтт скользнул пальцем вокруг кольца, затем закрыл глаза и вздохнул. — Теперь моя жизнь стала полной.
Эмили весело рассмеялась.
— Тебе так легко доставить удовольствие.
— Ты понятия не имеешь, как я хотел увидеть его. И сделать это… — Он опустил голову и мягко взял кольцо зубами.
Губы Эмили приоткрылись, и веки налились тяжестью. Мэтт слегка потянул, и у нее перехватило дыхание.
— А ты не думала вставить второе? — спросил он.
— Я могла бы. — Она провела пальцем поперек его соска. — Да и ты, возможно, тоже.
Если это сделает ее счастливой, то почему бы и нет?
Мэтт обхватил губами не только кольцо, но и часть ее груди, чувствуя во рту сильный вкус металла и единственный в мире аромат Эмили. Она застонала и запустила пальцы в его волосы.
Он почувствовал, что руки Эмили скользят по его животу. Пульс Мэтта бешено забился, и кровь вскипела, насыщенная желанием.
Эмили опустила голову и провела кончиком языка по его горячей коже. Если бы это была другая женщина, то Мэтту не было бы и вполовину так хорошо. Ее полная раскрепощенность поражала его. В ту давнюю ночь она с радостью приняла все, что он делал с нею, и, не смущаясь, отдавала ему сторицей. Вот точно так же происходило и теперь. Эмили
— Эм, остановись.
Мэтт видел ее взгляд, полный экстаза.
— Тебе не было хорошо? — спросила она.
Он посмотрел на нее. Его глаза так потемнели от желания, что выглядели черными.
— Мне было слишком хорошо. Но я пропущу леди вперед.
— Опять ты считаешь, что мужчина должен заботиться о женщине, — сказала Эмили и хотела продолжить поцелуи, но Мэтт быстро перевернул ее и прижал к одеялу. — А вот это уже нечестно!
— Подашь на меня в суд, — ответил он, широко улыбаясь. Потом снова взял зубами ее кольцо и слегка потянул. В животе у нее все перевернулось вверх дном, и она вскрикнула от наслаждения. Мэтт отодвинулся, восхищенно глядя на нее. — Твои груди совершенны.
— Не достаточно большие, — едва смогла произнести Эмили, потому что ей не хватало воздуха.
Мэтт начал целовать Эмили, продвигаясь к животу и останавливаясь, чтобы насладиться ароматом ее кожи. Наконец он прикоснулся горячими губами к ее бедрам, точно так, как в их первую ночь. В школе она слышала, как девочки хихикали, разговаривая шепотом о сексе и называя его «грязным». А Эмили это казалось таким личным. Таким… замечательным. И запретным. Мэтт подарил ей тогда наивысшее блаженство. И она, не колеблясь, возвратила ему все, находя, что девочки в школе говорили неправду. Эмили видела выражение небывалого удовольствия на лице Мэтта и знала, что это она заставляла его так наслаждаться…
— Ты думаешь о той ночи, — сказал Мэтт.
— Да, — пробормотала она. Он всегда знал, что происходит у нее в голове.
Шершавый подбородок Мэтта задел внутреннюю часть ее бедра. Тело Эмили мгновенно напряглось и выгнулось дугой.
— Легче. — Поглаживая рукой по ее животу, он придавил ее к одеялу. — Расслабься.
Расслабиться? Он шутит? Она же вся в огне!
Мэтт снова коснулся ее губами. Затем принялся целовать ямочку под коленом, сзади. А потом — лодыжку.
— Я не помню, чтобы тогда это было так долго, — задыхаясь, пробормотала Эмили.
— В юности все происходит быстрее, — объяснил Мэтт. — Не торопи меня.
Но как она могла ждать? Ей казалось, что сию секунду она сойдет с ума. Ее тело превратилось в миллион нервных окончаний, и мир потерял четкие очертания. Наслаждение медленно нарастало внутри нее, будто приливные волны, наползающие на песок, но внезапно Мэтт привстал.
Эмили неустойчиво качалась на краю немыслимого блаженства, и сил для произнесения слов у нее не было.
— Посмотри на меня, Эм, — хрипло произнес Мэтт.
Она с трудом открыла глаза. Сладостные ощущения захлестнули ее, когда их тела слились в одно.
— О, Эм! — простонал он.
С каждым движением Эмили и Мэтт продвигались все выше, и каждая ступень была мучительно прекраснее предыдущей, пока наслаждение наконец не взорвалось сверкающей многоцветной радугой… Эмили крепко обняла его, увлекаемая половодьем чувств. Минуту они лежали, успокаиваясь и вновь обретая дыхание, их руки и ноги переплелись. За всю свою жизнь она никогда не была столь близка ни с кем. Ни физически, ни духовно.