Траун. Измена

Зан Тимоти

— Но это шло вразрез с моими планами, — заявил чисс. — Мне нужно было, чтобы он отправил вас к гранд–адмиралу Савиту и вы стали бы свидетелем его признания. — Адмирал протянул руку к пульту связи. — Они ждут, — сказал он и повернул выключатель.

Зажглись два дисплея: на одном был Таркин, на другом — Кренник.

— Господин Ронан, — спокойным тоном произнес Таркин. — Гранд–адмирал Траун сообщил мне, что вы готовы представить отчет о потерянных кораблях снабжения. — Его взгляд впился в лицо замдиректора. — И сказать нам, выполнил ли гранд–адмирал условия

соглашения.

— Я готов, — ответил Ронан, хотя его мысли скользили, как насекомые на льду. Ар’алани, стоящая вне поля зрения камеры, но внимательно наблюдающая за ним. Фейро, тоже за пределами кадра, но наблюдающая не менее пристально. Траун, стоящий рядом с ним в ожидании вердикта, будут ли его СИД-защитники жить или умрут.

Траун, вступивший в сговор с чужим правительством и использовавший имперские ресурсы, чтобы помочь чужим вооруженным силам. Измена?

Сами защитники, по–видимому сыгравшие решающую роль в разгроме очередной армии инородцев, угрожавшей Империи. Полезный, даже жизненно важный проект?

Угроза «Звездочке» со стороны гранд–адмирала Савита, распознанная и устраненная. Успех?

Но все это была умственная гимнастика. Ронан давно решил, что главное на самом деле, и знал, что должен сказать.

— С сожалением вынужден сообщить, — изрек он, — что гранд–адмирал Траун свою часть сделки не выполнил.

Краем глаза он заметил, как дернулась Фейро, словно собираясь возразить, но легкое движение руки Трауна остановило ее.

— Уговор состоял в том, что он должен был устранить угрозу со стороны гроллоков, нападавших на транспортные корабли, — продолжал замдиректора. — Этого ему сделать не удалось.

— Вот как, — произнес Таркин, пристально глядя на Ронана. — Как я понял, после ареста гранд–адмирала Савита проблемы со снабжением «Звездочки» разрешились.

— К условиям пари это отношения не имеет, — твердо сказал Ронан.

— А что с вашими донесениями о том, что он контактировал с чужими военными силами? — спросил директор Кренник.

Ронан знал: это ключевой вопрос. Возможно, чреватый роковыми последствиями. Но в то же время он понимал, что вопрос этот больше рефлекторный — реакция на донесения, которые Ронан посылал, — и что директору Креннику на самом деле все равно. Итоговый отчет устранял любую вероятность того, что часть финансирования уйдет от «Звездочки» к СИД-защитникам Трауна, а для директора это было главным.

— Те контакты оказались мелкими и незначительными, — пояснил Ронан. — В моем итоговом отчете они будут описаны подробно.

И если этот отчет будет написан правдиво, вопрос о государственной измене всплывет снова.

Но только если кто–нибудь его реально прочтет. Ронан имел немалый бюрократический опыт и знал, как составить отчет таким образом, чтобы никто не захотел его читать.

— Жду его с нетерпением, — изрек Таркин. Тоже автоматический ответ, понял замдиректора; на самом деле отчет его нисколько не интересовал. Очередная попытка вырвать «Звездочку» из–под контроля директора Кренника не удалась, гранд–мофф признал поражение с обычной для себя

желчью, прикрытой наружной любезностью, и занялся планированием следующей интриги. — Адмирал Траун, вам есть что возразить?

Траун шевельнулся:

— Нет.

— Тогда, боюсь, у меня не остается иного выхода, как разрешить спор в пользу директора Кренника, — произнес Таркин. — Но будьте уверены: я продолжу говорить с Императором от вашего имени. Владыка Вейдер тоже выразил интерес к СИД-защитникам. Я не сомневаюсь, что, когда «Звездочка» будет достроена и появятся дополнительные средства, ваш проект будет в приоритете.

— Спасибо, — кивнул Траун. — Касательно «Звездочки»: могу ли я дать один совет?

Глаза директора Кренника чуть–чуть сузились.

— Слушаю с интересом, — настороженно произнес он.

— Учитывая важность проекта, мне кажется, что с приближением момента сдачи он может стать объектом повышенного интереса и атак — как извне, так и изнутри.

— На что вы намекаете, адмирал? — с предостерегающими нотками в голосе спросил Кренник. — Мои заместители и офицеры беззаветно преданы Империи.

— Иного я и не утверждаю, — спокойно согласился гранд–адмирал. — И все же враг потенциально может изыскать способ проникнуть на борт, где он может создать серьезные проблемы.

— Мои меры безопасности…

— Что конкретно вы предлагаете, адмирал? — вмешался Таркин.

— По моему мнению, в Империи есть человек, способный не только распознать все опасности, грозящие «Звездочке», но и разделаться с ними, — высказал предположение Траун. — Я предлагаю привлечь владыку Вейдера для надзора за проектом как минимум до первого пробного рейса.

Директор Кренник хмыкнул:

— Вряд ли в этом есть необходимость.

— Прекрасная идея, — ровным тоном произнес Таркин. — Я, разумеется, предложу ее Императору при первой возможности.

— Спасибо, — кивнул инородец. — Если с этим покончено, то я получил известие, что ситуация на Лотале стала критической. Я должен немедленно туда вернуться.

— Об этом я также слышал. — Лицо Таркина посуровело. — Поскольку командование Третьим флотом в полном беспорядке, я приказал «Предвестнику» вас сопровождать. — Губы гранд–моффа раздвинула легкая усмешка. — Сомневаюсь, что присутствие капитана Пеллеона так уж понадобится вам для окончательной победы над тамошними повстанцами, но все же он может оказаться полезен.

— Спасибо еще раз, — произнес Траун. — — Директор Кренник, я возвращу вам господина Ронана, когда ему будет удобно.

— Спасибо, адмирал Траун, — отозвался директор. — Буду рад сотрудничать с вами в будущем. — Он протянул руку за пределы экрана и исчез.

Ронан, однако, сознавал, что эти слова были ложью. Поскольку Траун оказался замешан в последней из интриг Таркина — какой бы невинной ни была роль гранд–адмирала, — директор Кренник больше никогда не будет ему доверять.

— Не стану отвлекать вас от дел, адмирал, — сказал Таркин. — С нетерпением жду вестей о ваших новых успехах на Лотале. — Он тоже потянулся за экран.