Траун. Измена
Шрифт:
К этому моменту корабль грисков начал отвечать огнем. Но так как все это время он был вынужден поддерживать маскировочное поле, враг находился на минимальном энергопотреблении, что ставило его в крайне невыгодное положение. «Химера» продолжала молотить его, стреляя по всей площади, тогда как СИДы, налетая, обрабатывали точечные цели. В разгар боя корабль как будто распался надвое, и лишь когда оторвавшаяся часть на большой скорости понеслась прочь, Фейро узнала тот корабль снабжения, которому Траун дал сбежать с поста
Грузовик успел удалиться километров на десять, когда пара СИДов пустилась в погоню и разнесла его в пыль.
— Полетели, — молвила Фейро, указав на приборную панель челнока. — Думаю, адмирал все держит под контролем.
— Куда же мы летим?
— Куда и собирались, — ответила коммодор. — Поищем пленников, которых мы хотели спасти.
Глава 15
«Мы боремся не с плотью и кровью, — всплыло в памяти Фейро старое высказыванием времен Войн клонов, — а с идеями и страхами, с безнадежностью и манипуляциями».
На соединенных кораблях они определенно боролись не с плотью и кровью. Здесь враг присутствовал в форме ловушек.
Начиная со стыковочных люков, которые должны были взорваться, если бы неопознанный корабль подошел слишком близко. К счастью, когда прибыл транспорт Фейро, командир первого челнока уже послал на разведку двоих космодесантников, которые и обнаружили мины. Поскольку «Химера» выключила глушение сигналов, Карвия кратко переговорил с командиром СИДов, и несколько точечных залпов благополучно подорвали бомбы. Космодесантники навели две абордажные трубы, и все перешли на борт.
СИДы выявили на корпусах большие штабеля взрывчатки, предположительно настроенные на сигнал с военного корабля. Поскольку от него остались одни обломки и светящаяся плазма, эти бомбы больше не представляли угрозы.
Но коридоры и люки были начинены минами поменьше: некоторые предназначались для одного зазевавшегося противника, другие могли очистить от живой силы целые отсеки. К счастью, у грисков было мало времени на создание полосы препятствий, так что большинство мин было легко обнаружить и подорвать с безопасного расстояния.
По настоянию Карвии Фейро держалась позади абордажной команды. Штурмовики методично очищали путь от ловушек. Они уже почти добрались до центра корабля и приближались к большому открытому люку, когда штурмовик на передней линии вдруг поднял руку.
— Впереди жизненные формы, — пробормотал Карвия. — Подождем пока здесь, коммодор, если не возражаете.
Один из штурмовиков высунулся в проем…
— Нашел их, — объявил он и, отойдя от края, шагнул внутрь, держа бластерную винтовку Е-11 наготове. Двое штурмовиков проскользнули в отсек слева от него, двое справа, и еще двое миновали группу и заняли позиции дальше по коридору — на случай, если скопление жизненных форм в отсеке окажется отвлекающим
— Докладывайте, — раздался в гарнитуре голос Трауна.
— Восемь людей и здорово побитый дашейд в углу отсека, сэр, — сообщил один из штурмовиков. — Точнее, все они в не слишком хорошей форме. Шестеро инородцев неизвестного вида в центре отсека. У троих бластеры, двое из них держат пленных на прицеле. Третий… вроде как целится в нашу сторону, но больше в пол. Непосредственной угрозы нет.
Из отсека, а также в гарнитуре Фейро послышалась серия звуков, похожих на скрип когтей животного по металлу.
— Думаю, они пытаются что–то сказать, — добавил штурмовик.
— Дайте я попробую на сай–бисти, — предложила Фейро. — Кто–нибудь может подключить меня к внешнему динамику?
— Да, коммодор… все, вы в эфире.
— Вы говорите на сай–бисти? — спросила Фейро на упомянутом языке.
Снова скрип.
— Адмирал, если они из Неизведанных регионов, то могут понимать язык чиссов, — предположила Фейро.
— Сомневаюсь, — ответил Траун. — Но могу попробовать мизе–каулф. — Он произнес несколько слов.
Внезапно скрип умолк. Повисла тишина, а затем заговорил другой голос — по–прежнему скрипучий, но теперь слова уже звучали как слова.
— Один из них, похоже, понимает, сэр, — подтвердил штурмовик.
— Да, — сказал Траун. Он заговорил снова, и последовал другой ответ, на сей раз более продолжительный. Новый обмен фразами…
— Коммодор, он утверждает, что боится за свою жизнь и за жизни своих товарищей, — перевел Траун. — Я дал ему слово, но он заявляет, что нужна гарантия от кого–то из присутствующих, иначе он убьет пленников–людей.
— Если он работает на грисков, неудивительно, что он немного параноик, — вставила Фейро, шагнув вперед. — Давайте я попробую разрядить ситуацию.
— Секунду, — прервал Траун. — Ваш видеотранслятор, кажется, выключен.
Почувствовав, как все лицо наливается румянцем, Фейро наклонилась к нагрудной пластине. Во время перелета она выключила крошечную камеру, опасаясь, что гриски засекут даже такой незначительный поток данных, и забыла включить обратно, когда они прибыли на корабль.
— Простите, сэр, — сказала она и активировала камеру.
— Ни к чему извиняться, коммодор. Мы получаем сигнал. Действуйте, но с осторожностью. Я буду переводить.
Фейро кивнула. Она миновала штурмовиков и вошла в проем.
Ситуация в отсеке оказалось точно такой, как описали штурмовики. Люди и дашейд сидели на полу в одном углу, причем оливковая рептильная туша дашейда возвышалась над его сокамерниками. В центре сгрудились шестеро неопознанных инородцев. Фейро с интересом оглядела дашейда: они были в списке народов, которые особенно любили блосфаевый экстракт, обнаруженный Трауном на угнанных кораблях снабжения.