Трансфер до Содома
Шрифт:
– Аркадий…ты это серьезно? – вдруг не выдержала Ольга Тимофеевна…– Как же так…А дети?
Марина видела, что Ольга Тимофеевна сдерживается, но с большим трудом. Ее лицо покрылось пятнами, она тяжело дышала, разводя руки в стороны, словно пытаясь обнять воздух.
– Да не волнуйтесь, вы так, Ольга Тимофеевна. Я детей не брошу, буду помогать…Вы же знаете, моя компания процветает, так что все будет тип—топ…
«Тип—топ…Тип—топ…Топает малыш» – откуда—то из глубину памяти Марины вылезла старая песня. А следом за ней, по колее, проложенной
– Ну и кто же теперь будет твоей женой? – Марина и сама не ожидала, что спросит об этом. – Ты ведь не уходишь в никуда?
Она даже дыхание затаила, чтобы неровен час, не вспугнуть ответ.
– Не твоя ли секретарша?
Ольга Тимофеевна умоляюще прижала руки к груди: дескать, здесь же дети…
– Да! Я не ухожу в никуда… – вальяжным, расслабленным голосом сказал Аркадий и Марине показалось, что в его ответе звучат победительные нотки.
Сволочь, на мокрощелку запал! Марина посмотрела на Аню с Сергеем. По—видимому, им уже все было ясно, потому что Аня ковырялась в телефоне, а Сергей пялился в окно, изо всех сил делая вид, что ему все это надоело до чертиков.
– Мы с Леонтием будем жить за городом. В Репино…
Марине показалось, что она ослышалась.
– Что еще за Леонтий? Сын? Сколько ему?
С сыном – лучше, чем без сына. Возможно, эта потаскуха не сразу повадиться рожать детей…
– Нет, Леонтий – это не сын, – с улыбкой сказал Аркадий. – И вообще—то: я ухожу к Леонтию!
Марина глянула на Ольгу Тимофеевну. Пожалуй, классический апперкот опытного боксера с раздавленным, словно перезрелый помидор, носом, она бы перенесла с меньшими потерями. Мама покачивалась, прижимая обе руки к груди, словно из последних сил сдерживала тяжкий, беззвучный стон.
– Ты будешь жить с мужчиной?
Аня оторвалась от телефона и с интересом посмотрела на отца. Аркадий улыбнулся и похотливо, как показалось Марине, улыбнулся.
– Наверное, так…С мужчиной…Кстати, ему 28 … Полагаю, вы подружитесь?
– Клево! – Аня радостно всплеснула ладонями. – Серый, слышал – теперь у нас будут два папки! Или двое папок? – она загоготала, точно гусь, нацелившийся разворошить горку навоза.
– А может, две мамки? – оживился Сергей.
– Ну—ка, замолчите! – взъярилась Ольга Тимофеевна. – У родителей – драма, а они – гогочут себе! Совсем стыд потеряли…
Неожиданно для
– Насчет стыда, мама, ты погорячилась. Это еще надо посмотреть, кто тут стыд потерял! – она затолкала в рот кусок, потянулась за вторым…
И вдруг потянувшаяся к торту рука замерла, словно уткнулась в невидимую стену.
– В самом деле…– Марина подняла глаза на Аркадия. – Как вы будете делить обязанности? Кто станет женой? Кто – мужем? Или у вас это по очереди?
Аркадий сидел так же, как делал это всегда – расслабленно, чуть откинувшись назад и мягко, задумчиво улыбался. Почти так же, как тогда, двадцать два года назад, когда они только—только поженились. Правда, тогда улыбка была робкой, виноватой – он словно извинялся за что—то, просил пардону. А сейчас вид у него был такой, как будто он совершил что—то героическое – вытащил ребенка из проруби, запустил сердце упавшей в обморок бабушки, вынес из горящей избы котенка…
– Видишь ли, Марина…Это есть вторая часть вопроса, ради которого я всех и собрал…В нашей жизни…– Аркадий громко вздохнул, —… и в вашей, и в моей намечаются большие, можно сказать, радикальные перемены…
– Куда уж радикальней! – хихикнула Аня.
– Замолчи! – взвизгнула побледневшая Ольга Тимофеевна и даже подняла руку, словно намереваясь влепить внучке подзатыльник.
– Мама, уймись! – остановила ее Марина. – Ну, валяй! Хочешь пустить нас по миру?
Она как—то в одно мгновение решила, что стоять будет насмерть. Как солдат, увидевший прущее на него стадо танков, и понимающий, что спастись невозможно, а значит, нужно хоть помереть достойно. С музыкой, с песней, а если надо и с оглушительным скандалом, с вытряхиванием грязного белья, с интимными подробностями, устилающими дно всякой человеческой мерзости. Ни пяди врагу! Отобрать у нее хоть что—то он сможет только через ее труп!
– Ну? Хочешь отсудить дом? Квартиру? Лишить акций? Давай, оглашай список. Чтобы уже закончить с сюрпризами!
Она ощущала себя анкилозавром, с головы до ног, покрытым броневыми пластинами. Эдаким монстром, которому никакие удары судьбы уже не страшны.
Но Аркадий повел себя совершенно не так, как Марина предполагала. Он вдруг слегка привстал, выставил перед собой кулачки, словно намереваясь за что—то ухватиться, после чего сообщил:
– Я через неделю улетаю в Женеву. В клинику генетических исследований…
– А как же Леонтий? – съехидничала Аня.
– Мы летим вместе. Он не может меня оставить в эту трудную минуту… Аркадия скоро не станет…
Все притихли. Марине вдруг стало стыдно – неужели она проглядела смертельный недуг? А ведь ничто не предвещало. Полгода назад он проходил обследование в клинике Первого медицинского… Слегка повышенное давление, камни в почках, ожирение I—й степени.
Конец ознакомительного фрагмента.